Классическая драма Востока
Доу Тянь-чжан.Подведите ближе старуху Цай. Тетушка, ведь вам на вид уже седьмой десяток, и деньги в доме водятся; как же случилось, что вы вышли вторично за старого Чжана?
Цай.Он с сыном спас меня от смерти, и я взяла их к себе в дом и стала кормить, одевать. Младший Чжан часто уговаривал меня выйти замуж за отца, но я так и не согласилась.
Доу Тянь-чжан.В таком случае твою невестку нельзя считать убийцей свекра.
Дух Доу Э.Я возвела на себя поклеп и созналась в отравлении свекра лишь потому, что судья хотел бить свекровь, а я боялась, что она, старая, не выдержит пыток.
(Поет.)
На мотив "Вино из цветов сливы"
Не стоило мне сознаваться в чужой вине —так утверждаете вы,Мое терпение, мое почтение,приличные для вдовы,Стали ненароком бед моих истокоми худой обо мне молвы.А поверила суду и попала в беду —увы!Не прошло и дня — на площади менялишили головы.И я захотела, чтобы кровь моего тела —не лилась просто так, но поднялась на флаг,что плескался среди синевы,Желанье второе — я хотела,чтобы снежный слой лег надо мнойвместо зеленой травы,И желанье третье — чтоб от засухи на трехлетьестали посевы мертвы.Судья, смотри, — были все трижеланья мои таковы!На мотив "Возвращенная Цзяннань" [108]
Всюду вокруг только на югсмотрят ямыней врата,Судилищ земных, — и творятся в нихподлость и неправота.Скорблю я жестоко у Желтых источников,куда заточила меня клевета.Уже три года, как нет исхода,и горечь до дна испита, —Моя скорбь бесконечна, как Янцзы и Хуай,и плачу я, сирота.Доу Тянь-чжан.Дуань-юнь, дочка, твоя обида мне известна, возвращайся спокойно. Я определю наказания этим преступникам и судье, что замучил тебя, а затем закажу молебен, чтобы твоя душа отправилась на Небо.
Дух Доу Э
(кланяется и поет)
На мотив "Утки-неразлучницы"
Да будет славен твой гордый мечи твоя золотая пластина.Чиновников здравствующих, самоуправствующих,Истреби за коварство — в них бед государстваглавнейшая причина.Пусть каждый час с Сыном Неба у васбудет одна кручина:Пусть лиходей не тронет людей,что не имут ни званья, ни чина.Забыла попросить тебя еще об одном, отец. Свекровь уже стара, ухаживать за ней некому; возьми ее в свой дом, ради меня корми ее при жизни и похорони после смерти, я же в загробном мире спокойно сомкну глаза.
Доу Тянь-чжан.Как почтительна ты к старшим, дитя мое!
Дух Доу Э
(поет)
Еще, наконец, любезный отец,прошу, поступи, как мужчина.Свекровь к себе возьми пока, пусть ей будетлегкаее недальная кончина.На целый свет у бедняжки нетни невестки, ни сына.Кто ее пригреет, в старости взлелеет?Печальна ее судьбина.Свиток вновь разверни, на него взглянии все сведи воедино,(Говорит.)И исправь, отец, то, что говорится о Доу Э.
(Поет.)
Напиши, что она была казненабезжалостно и безвинно.Доу Тянь-чжан.Подзовите сюда старуху Цай! Тетушка, вы узнаете меня?
Цай.Стара я стала, плохо вижу. Нет, не признаю!
Доу Тянь-чжан.Я Доу Тянь-чжан. Дух же, которого мы только что слышали, — моя дочь Дуань-юнь, несправедливо казненная. Эй, люди! Слушайте мой приговор. Чжана Осленка, отравившего родного отца и покушавшегося на честь вдовы, подвергнуть мучительной казни: отвести на рынок, прибить к "деревянному ослу" [109], а потом разрубить на сто двадцать кусков.
Правителю округа Тао У, ныне повышенному в должности, и секретарю управы за злоупотребление властью дать по сто палок и навсегда закрыть для них доступ к государственной службе. Лекаря Сай-лу за неуплату долга, попытку убийства и незаконную торговлю ядом сослать на вечное поселение в пограничные местности с нездоровым климатом. Тетушка Цай будет жить у меня. Доу Э признать невиновной.
(Говорит нараспев.)
Пусть не скажут, что ради дочери я —преуменьшил ее вину —Я Чучжоу хочу от засухи спасти,я жалею нашу страну.Некогда Юй-гун оправдалженщину из ДунхаяИ тотчас была орошеназемля, три года сухая.Разве можно богов и природу винитьв отсутствии дождей,Забыв, что Небо внемлет пороймоленьям добрых людей.Я свиток судебный сейчас разверну,чтобы правильной запись была —Чтобы всем было ясно: царский законне причиняет зла!Главная сцена пьесы: "С зеркалом и мерилом в руках инспектор творит справедливый суд". Полное название пьесы: "Тронувшая небо и землю обида Доу Э".
Ma Чжи-юань [110]. Осень в Ханьском дворце
Пролог
Входит "чунмо" в роли шаньюя [111], сопровождаемый своими соплеменниками. Говорит нараспев:
По войлочным юртам ветер несетзапах осенних лугов.На ущербе луна. Тростниковая флейтаслышна в предрассветную рань.Сто тысяч лучников у меня,я стою во главе полков.Бью челом на границе:примите меня в данники дома Хань.Я — шаньюй Хуханье. Мое племя издавна живет в пустыне Гоби, безраздельно владеет всем северным краем. Охотой мы добываем себе пропитание, война для нас — привычное дело. Правитель Вэнь-ван, спасаясь от наших набегов, увел свой народ на восток. Сановник Вэй Цзян, устрашившись нас, уговорил своего правителя заключить с нами мир. Сменялись века, и наше племя называли то сюньюями, то сяньюнями, а предводителей величали чаньюями и каганами. Когда шла война между империями Цинь и Хань, земли Центральной равнины были разорены, а наше государство расцвело и окрепло — войско его насчитывало много сотен тысяч воинов. Мой предок, шаньюй Маодунь, семь дней не выпускал ханьского государя Гао-ди [112]из окружения в горах Бодэн. По совету сановника Лоу Цзина между нашими странами был установлен мир, и китайская принцесса стала женой нашего шаньюя. Начиная со времен государя Хуэй-ди и государыни Люй-хоу китайские правители следовали установленному обычаю и выдавали своих дочерей замуж за наших предводителей. При государе Сюань-ди мои братья враждовали между собой из-за власти, и военная мощь нашей державы ослабла. Ныне племя провозгласило шаньюем меня, Хуханье. А я ведь по матери племянник Ханьского дома. Сейчас я привел на юг к Великой стене сотни тысяч воинов, чтобы назвать себя данником Хань. Вчера был отправлен к государю посол — он должен поднести дары и просить мне в жены принцессу. Не знаю, согласится ли ханьский государь на подобный союз. Сегодня небо чистое и ясное, все мои предводители отрядов ускакали в степь на охоту. Что может доставить больше удовольствия!