Классическая драма Востока

 Колесничий 
 (Смотрит на царя и лань.) 
Государь, когда за ланью мчитесь вы один без слуг, Мнится мне: то мчится Шива, свой натягивая лук!
 Душьянта.Далеко эта лань завела нас с тобой, колесничий! Посмотри на нее:
 
 
Пленительно выгнула шею,
 
Бежит, озираясь в тревоге,
 
И к задним передние ноги
 
Подтягивает, а за нею —
 
Грохочет моя колесница
 
И скоро стрела устремится!
 
Травинок поесть не успела, —
 
Она изо рта их роняет,
 
И землю как бы отклоняет,
 
И в воздухе движется тело!
 
 
 (С удивлением.)Но почему я не вижу ее, хотя неотступно за ней гоняюсь?
 Колесничий.Дорога была неровная, и я, подтянув поводья, замедлил бег колесницы. Вот почему лани удалось так далеко убежать от нас. А теперь, государь, мы на ровной дороге, и настичь ее будет нетрудно.
 Душьянта.Отпусти поводья.
 Колесничий.Слушаю, государь. (Изображает быстрое движение.) Смотрите, государь, смотрите:
 
 
Я отпустил поводья, и, радуясь погоне,
 
С такою быстротою помчались наши кони,
 
Что уши их подвижны, султаны их застыли,
 
И не хотят копыта коснуться топкой пыли,
 
И внемлет лес дремучий и топоту и ржанью,
 
И мчатся кони, будто соперничают с ланью!
 
 
 Душьянта (радостно). Поистине кони скачут быстрее гнедых Солнца и зеленоцветных скакунов Индры, — и вот доказательства:
 
 
Что мне казалось малым — внезапно возросло;
 
Что было расчлененным — единство обрело;
 
Что было кривизною, то стало прямизной!
 
С такою быстротою летим в глуши лесной,
 
Что близь и даль смешались для глаза моего:
 
Ни близко, ни далеко не вижу ничего!
 
 
Но погляди, колесничий, сейчас моя стрела ее настигнет! (Кладет стрелу на тетиву.)
 Голос за сценой.Государь! Государь! Эту лань убивать нельзя!
 Колесничий (вслушиваясь и вглядываясь). Между тобой, государь, и ланью встали отшельники.
 Душьянта (поспешно). Попридержи коней.
 Колесничий.Слушаю, государь. (Останавливает колесницу.)
 Появляется отшельник в сопровождении двух учеников. 
 Отшельник (поднимая руку). Государь, эта лань принадлежит святой обители, и нельзя ее убивать, нельзя!
 
 
Для чего ты настигаешь
 
Лань своей стрелой?
 
Ты живой цветок сжигаешь,
 
Чтобы стал золой!
 
Смертна лань; в лесу подлунном
 
Скоротечны дни,
 
А твоя стрела перунам Громовым сродни!
 
Спрячь стрелу внутри колчана, —
 
Пусть не будет зла,
 
Ибо страждущих охрана —
 
Воина стрела!
 
 
 Душьянта (пряча стрелу в колчан). Я сделал, как ты сказал.
 Отшельник (радостно). Это достойно тебя, царь из рода Пуру!
 
 
О светоч рода Пуру, о царь и лучник меткий,
 
Поверь, твое деянье благословляют предки.
 
Да обретешь ты сына, чтоб он вселенной правил,
 
Чтоб добрыми делами свой древний род прославил!
 
 
 Ученики отшельника.Да обретешь ты сына, повелителя мира!
 
 Душьянта (низко склоняясь) — Я благодарю вас за благопожелание.
 Отшельник.Царь, мы вышли собирать топливо. А там, на берегу реки Малини, виднеется пустынь святого отца Канвы  [42]. Если у тебя нет другого, более важного, дела, то посети пустынь. Тебя примут с почетом, достойным такого высокого гостя. А кроме того, -
 
 
Увидев, как, исполнены отрады,
 
Отшельники вершат свои обряды
 
При тихом трепетании листвы, —
 
Подумаешь: "Когда приду к покою?
 
Иль долго буду биться я рукою,
 
Отмеченной рубцом от тетивы?
 
 
 Душьянта.А святой отец пребывает сейчас в пустыни?
 Отшельник.Нет, он поручил своей дочери Шакунтале принимать гостей, а сам совершает паломничество в Соматиртху, надеясь с помощью молитв сделать счастливой долю девушки.
 Душьянта.Хорошо, я с нею повидаюсь, и пусть она, изведав мою преданность богам, расскажет об этом своему отцу, великому подвижнику.
 Отшельник.А мы пойдем своей дорогой.
 Отшельник уходит с учениками. 
 Душьянта.Быстрее, быстрее, колесничий. Очистим наши души созерцанием святой обители.
 Колесничий.Как прикажет государь. (Изображает езду на колеснице.)
 Душьянта.Если бы даже нам ничего не сказали, можно было бы догадаться, что мы приближаемся к священной роще.
 Колесничий.Почему?
 Душьянта.Да разве ты сам не замечаешь?
 
 
Зерна дикого риса — везде на земле:
 
Попугаи, что в каждом гнездятся дупле,
 
Их, клюя, разбросали.
 
Там и сям — для размола плодов жернова,
 
К ним, промасленным, снизу прилипла трава,
 
А красавицы-лани
 
Так доверчивы к людям, что им не страшны
 
Наши речи среди вековой тишины,
 
Громкий бег колесницы,
 
А на тропках, что выведут нас на пруды,
 
Почему-то виднеются капли воды, —
 
Понимаю, в чем дело:
 
То отшельники, помыслом светлым добры,
 
Шли в одеждах своих из древесной коры, —
 
И вода с них стекала…
 
 
И еще:
 
 
Приносились здесь жертвы с напевом святым;
 
Пахнет маслом топленым; возносится дым,
 
Застилает он прелесть
 
Тех деревьев, чьи корни питает вода
 
Ручейков, что с вершины сбегают сюда,
 
Листьев слышится шелест,
 
И оленей бестрепетно бродят стада,
 
Будто с родом людским прекратилась вражда!
 
 
 Колесничий.Все так и есть.
 Душьянта (проехав немного вперед).Не будем тревожить обитателей святой пустыни: останови колесницу, я сойду.
 Колесничий.Я крепко держу поводья, государь.
 Душьянта (сходит и оглядывает себя). В святую обитель полагается вступать в скромной одежде и без оружия. Возьми украшения и лук. (Отдает все колесничему.)Пока я буду у отшельников, искупай лошадей.
 Колесничий.Повинуюсь, государь. (Уходит.)
 Душьянта (идет и смотрит вокруг). Вот врата обители. Я войду. (Войдя, чувствует подергивание в руке.)Рука моя дрожит, примета хорошая, но к чему она здесь?
 
 
От всех страстей обитель далека,
 
Так почему дрожит моя рука?
 
 Или повсюду мы стоим у врат
 
Грядущего — и нет пути назад?