Классическая драма Востока

 Хор 
 
 
Так отчего ж не взять меня с собою,
 
Так отчего ж не взять меня с собою,
 
Ведь в имени моем сокрыты
 
Хранительный покой и тишина, —
 
Их умоляла Сидзука, рыдая.
 
О, вспомните, мы поклялись однажды
 
Перед богами в верности друг другу.
 
Ах, даже клятвы ненадежны в этом мире!
 
"Поистине, готова я отдать  [287]
 
За долгий-долгий век
 
Короткий миг разлуки,
 
Когда бы только знать, что в этой жизни
 
Мы сможем снова свидеться с тобой".
 
 
 Ёсицунэ.Бэнкэй, вели подать Сидзуке вина!
 Бэнкэй 
"Всегда слуга ваш верный", — и Бэнкэй подносит чашу Сидзуке.
 
 
"Так пейте
 
Напиток долголетия — росу,
 
Впитавшую целительные соки
 
Чудесной хризантемы. Пусть в пути
 
Сопутствуют нам радость и удача".
 
 
 Сидзука 
 
 
Ужели расставанье неизбежно?
 
И сердце разрывается от боли
 
В груди у Сидзуки. Рыданья душат.
 
 
 Бэнкэй 
 
 
Бэнкэй же молвит: "Омрачать слезами
 
Не надо расставанья тяжкий миг.
 
Не лучше ль песнею прощальной
 
Удачного пути нам пожелать?"
 
 
 Сидзука 
 
 
Тут поднялась она и начинает петь,
 
Хоть голос прерывается от горя:
 
"Вот ветер стих  [288], и в путь привычный
 
Вновь отправляется ладья.
 
 
 Хор 
 
 
Вот солнце вышло из-за туч, и волн среди
 
Видна вдали земля изгнанья".
 
 
 Сидзука 
 
 
Не в силах шага я
 
ступить,
 
 
 Хор 
 
 
И "рукавом взмахнуть" не в силах.
 
 
 Судзука.Предание рассказывает нам о том, как в старину князь Тао Чжу-гун,
 Хор.…последовав за государем Гоу-цянем, разделил уединение его на горе Куайцзи. Там был составлен хитроумный план, и Гоу-цянь смог, наконец, одержать победу над властелином царства У. Так исполнилось его заветное желание.
 (Исполняет танец-пантомиму кусэ-но маи.) 
 
 
Власть над страной вернулась к Гоу-цяню,
 
Он смыл позор сраженья на Куайцзи.
 
И торжеством таким обязан был немало
 
Прозорчивости мудрой Тао Чжу.
 
И, удостоенный высоких званий,
 
Стал ведать Тао Чжу дела правленья,
 
Обрел он имя славное, богатство,
 
И исполнялись все его желанья.
 
Но вдруг открылось Тао Чжу: в вершине славы
 
Уйти от мира  [289]— вот он путь
 
Отмеченный благословеньем Неба!
 
На челн взойдя, от берега шестом
 
Оп оттолкнулся, и уплыл к далеким
 
Прекрасным островам Пяти Озер,
 
Дабы покой желанный обрести
 
Вдали от суетного мира.
 
 
 Сидзука 
 
 
 
О да, случалось и такое. А теперь
 
 
 Хор 
 
 
В тот ранний час, когда луна
 
Еще сияет в предрассветном небе,
 
Мой господин, столицу покидая,
 
Взошел в ладью и вот плывет к далеким
 
Чужим просторам западных морей.
 
Мольбы безвинного изгнанника, я верю,
 
Дойдут до государя, и тогда
 
Склонится к брату сердцем Ёритомо —
 
Так ветка ивы клонится под ветром —
 
И, право, можно ль разорвать
 
Связь братьев двух — двух ивовых ветвей,
 
Растущих из единого ствола?
 
 
 Хор 
 
 
Ты только верь…
 
 
 Сидзука 
 
 
О да, "ты только верь,
 
Убогая трава, век жалкий свой
 
Влачащая в долине Симэдзи,
 
 
 Хор 
 
 
Пока я в этом мире есть.
 
Ты не лишишься никогда опоры".
 
 
 Сидзука 
 
 
И если верно прорицанье Каннон,
 
 
 Хор 
 
 
И если верно прорицанье Каннон,
 
Недолго господину быть в изгнанье.
 
Но в путь пора, не медлите, гребцы,
 
Но в путь пора, не медлите, гребцы.
 
Ёсицунэ к своей ладье выходит.
 
 
 Сидзука 
 
 
А Сидзука все плачет, плачет горько.
 
 
 Хор 
 
 
Она отбросила и шляпу и накидку.
 
Ей боль разлуки разрывает грудь.
 
Невольно сердце полнится печалью,
 
Невольно сердце полнится печалью
 
При взгляде на нее.
 
 
 Во время пения хора Сидзука снимает головной убор и медленно покидает сцену. 
  
Действие второе
 
 Кормчий сообщает Бэнкэю, что приготовления к отплытию закончены. Выходит на середину сцены, садится лицом к Бэнкэю. Между ними происходит короткий диалог о готовности корабля. 
 Бэнкэй 
Прошу всех по местам, и в путь скорее!
 Один из спутников.Постойте! Наш господин желает повременить с отплытием. Слишком разбушевалось море, опасно отправляться в путь.
 Бэнкэй.Я уверен, что здесь одна причина, — не может он с Сидзукой расстаться. Ведь помню я, как год тому назад мы отправлялись в поход на Тайра из Ватанабэ и Фукусима  [290]. Тогда и ветер был сильнее, чем сейчас, однако мы не медля выступили, повергли чванливых Тайра и Поднебесную объединили под своею властью. Сегодня день ничем не хуже, да и медлить с отплытием нельзя.
 Спутник 
 
 
Он прав, теперь не время медлить, ведь враги
 
Нас поджидают всюду.
 
 
 Бэнкэй