Православно-догматическое богословие. Том II

(Продолжая там же гласом, когда диакон указывает на св. хлеб и говорит: благослови, Владыко, святый хлеб): «И сотвори убо хлеб сей честное тело Христа Твоего». (Когда диакон, сказав — аминь, произносит: благослови, Владыко, святую чашу): «А еже в чаши сей честную кровь Христа Твоего». (И наконец, когда диакон, сказав — аминь, и указывая на обоя святая, произносит: благослови, Владыко, обоя): «Преложив Духом Твоим Святым» (диакон: аминь, аминь, аминь). 
Отсюда видно — а) что слова Спасителя: приимите, ядите…, пийте от нея вси…, произносимые священнодействующим, с указанием на св. дары, потом призывание на св. дары Духа Святого и самое благословение их составляют одно непрерывное и нераздельное действие; б) что означенные слова Христовы воспоминаются собственно в молитве, обращенной к Богу, и воспоминаются, как заповедь Спасителя последователям Его (1 Кор. 11, 23–25), и — в) что на основании сей–то заповеди (воспоминающе убо сию спасительную заповедь) священнослужитель дерзает, от лица всех верующих, обращаться с молитвою к Богу Отцу о ниспослании на св. дары Духа Святого и о преложении Им хлеба и вина в тело и кровь Христову. Таким образом, приписывая словам Господа, произнесенным Им при установлении таинства Евхаристии, всю важность, как спасительной заповеди, по которой служители алтаря дерзают и без которой никогда не осмелились бы приступать к священнодействию столь великого и страшного таинства, православно–кафолическая Церковь вместе с тем «верует и мудрствует  [1150] совершатися в божественной Литургии пресуществлению тела и крове Христовы наитием и действием Св. Духа чрез призывание архиерейское или иерейское в словесех Богу Отцу молительных: сотвори убо хлеб сей честное тело Христа твоего, а еже в чаши сей честную кровь Христа твоего, преложив Духом твоим Святым»  [1151]. Так и всегда веровала Церковь Христова, по преданию самих св. Апостолов. Это видно:
1) Из еe древних литургий, каковы: литургия св. апостола Иакова, брата Господня; литургия, изложенная в Постановлениях апостольских, и литургия св. Василия великого. Во всех их, как и в литургии Златоустовой, слова Спасителя, сказанные при установлении Евхаристии, воспоминаются в молитве, обращенной к Богу, и притом с ясным прибавлением заповеди Христовой: сие творите в мое воспоминание (Лук. 22, 19), а непосредственно за тем следует призывание Духа Святого на предлежащие дары для освящения их и преложения. В литургии св. апостола Иакова это изложено следующим образом: «Посему (т. е. по заповеди Христовой: сие творите в мое воспоминание) и мы грешные, поминая Его (Спасителя) животворящие страдания, спасительный крест…, приносим Тебе, Владыко, сию страшную и бескровную жертву, моляся… Помилуй нас, Боже, по великой Твоей милости, и ниспосли на нас и на предлежащии дары сии Св. Твоего Духа, Господа животворящаго, сопрестольнаго Тебе Богу Отцу и единородному Твоему Сыну, соцарствующаго, единоcущнаго, совечнаго…, — сего всесвятаго Твоего Духа, Владыко, ниспосли на нас и предлежащие дары сии, дабы, пришед, святым, и благим, и славным своим наитием, освятил хлеб сей и сотворил святым телом Христа Твоего, и чашу сию — честною кровию Христа Твсего»  [1152]. В Постановлениях апостольских; «Посему (т. е. по той же заповеди Спасителя) воспоминая страдание Его, и смерть, и воскресение из мертвых…, приносим Тебе, Царю и Богу, по заповеди Его (κατά τήν αύτού διάταξιν), хлеб сей и чашу сию, благодаря Тебя чрез Него за то, что Ты удостоил нас предстоять пред Тобою и служить Тебе, и молим Тебя, Боже вседовольный, воззри милостиво на предлежащие пред Тобою дары сии, благоволи о них в честь Христа Твоего, и ниспошли на жертву сию Св. Духа Твоего, свидетеля страданий Господа Иисуса, да сотворит хлеб сей телом Христа Твоего, и чашу сию — кровию Христа Твоего…»  [1153]. В литургии же св. Василия великого хлеб и вино, даже после того, как над ними произнесены слова Спасителя: приимите, ядите…, и — пийте от нея вси…, ясно называются только вместообразными (αντίτυπα) тела и крови Христовой, т. е. представляющими один образ их, а еще не преложившимися в тело и кровь Господа: «предложше вместообразная святаго тела и крове Христа твоего, Тебе молимся, и Тебе призываем: Святе святых, благоволением Твоея благости, приити Духу Твоему Святому на ны и на предлежащия дары сия, и благословити я, и освятити, и показати  [1154]». Затем следует молитва: «Господи, иже пресвятаго Твоего Духа… » и самое благословение св. даров с произнесением известных слов.
 
2) Из свидетельств еe древних учителей, восточных и западных. Например:
Св. Иринея: «Как земной хлеб, чрез призывание на него Бога, уже не есть обыкновенный хлеб, но Евхаристия, состоящая из земного и небесного: так и тела наши, приобщаясь Евхаристии, уже не суть тленны, но имеют надежду воскресения»  [1155].
Оригена: «Благоугождая Творцу всяческих, мы с благодарением за полученные благодеяния и с молитвою вкушаем принесенные хлебы, соделавшиеся чрез молитву телом святым и освящающим тех, кои пользуются им с добрым расположением»  [1156].
Св. Кирилла иерусалимского: «Хлеб и вино Евхаристии, прежде святого призывания поклоняемой Троицы, были простым хлебом и вином; по совершении же призывания хлеб соделывается телом Христовым, а вино бывает кровиюХристовою»  [1157]. «Хлеб в Евхаристии, по призывании Святого Духа, не есть более простой хлеб, но тело Христово»  [1158]. «После сего (т. е. после Серафимской песни) освятив себя духовными сими песнями, молим человеколюбца Бога, да ниспошлет Святого Духа на предлежащие дары, да сотворят хлеб убо тело Христово, а вино кровь Христову. Ибо всеконечно то, чего коснется Дух Святый, освящается и прелагается»   [1159].
Св. Василия великого: «Слова призывания, при преложении хлеба Евхаристии и чаши благословения, кто из святых оставил нам письменно? Ибо мы не довольствуемся теми словами, о коих упомянул Апостол или Евангелие, но и прежде и после оных произносим и другие, как имеющие великую силу в таинстве, приняв их от неписанного учения»  [1160].
Блаж. Августина: «Телом и кровию Христа мы называем собственно то, что, будучи заимствовано от плодов земли и освящено таинственною молитвою, благочестно приемлем ко спасению душ в память Господня за нас страдания, что, будучи делом рук человеческих по своему видимому образу, не иначе освящается в великое таинство, как только невидимым действием Духа Святаго»  [1161]. «В этих словах (1 Тим. 2, 1) предпочитаю разуметь то, что вся, или почти вся, Церковь повторяет: прошения (precationes) мы возносим при совершении таин, прежде нежели находящееся на трапезе Господней начнет быть благословляемо; а моления (orationes), когда благословляется, и освящается, и отделяется для разделения»  [1162].
Св. Прокла константинопольского: «После вознесения на небеса Спасителя нашего, Апостолы, прежде нежели рассеялись по всей вселенной, единодушно собираясь, пребывали в ежедневных молитвах и, обретая утешение в таинственном священнодействии тела Господня, совершали Литургию с продолжительнейшими песнопениями… Таковыми–то молитвами они испрашивали нашествия Святого Духа, дабы божественным Его явлением явить и показать предложенные в священнодействии хлеб и вино, с водою соединенное, самым телом и кровию Спасителя нашего Иисуса Христа, что таким же образом совершается и поныне, и будет совершаться до скончания века»  [1163].