Неповторимая

— Лорд Даглас! — прошептала она.
— Леди Даглас, — отозвался он и коснулся ее губ.
В поцелуе не чувствовалось отчужденности или насмешки. Он оказался горячим, нежным, продолжительным. Губы Дэвида слегка вздрагивали. Поцелуй вызывал искушение.
— Дэвид… — пробормотала Шона.
— Что?
Внезапно она вспомнила: кое-что осталось невыясненным.
— Дэвид, — встревоженно заговорила она, — скажи, Айдан не был…
— Шона, Айдан ни о чем не подозревал. Когда-то недовольство твоего дедушки и мечты о большом наследстве толкнули его на странный путь. По-моему, он был не столько сатанистом, сколько человеком, жаждущим власти. — Дэвид пожал плечами.
— Мой родственник! — вздохнула Шона.
— Все уже позади, миледи. — Дэвид помолчал. — Шона, я мечтал отомстить Мак-Гиннисам, но поверь, я искренне сожалею о случившемся. Мы с Айданом долго беседовали — он убит горем. Гоуэйн изумлен. Эндерсоны были ревностными приверженцами культа Лоуэлла, как и твоя горничная Мэри-Джейн. Она… — Дэвид помедлил. — Она мертва.
Шона передернулась.
— Она заявляла, что камень друидов жаждет жертвы. Но Лоуэлл не хотел спешить с убийством. Должно быть, он решил: если Мэри-Джейн желает принести жертву камню друидов, пусть так и будет.
— Может быть.
— Что с Лоуэллом?
— Мне пришлось убить его. Шона села и крепко обняла его.
— Дэвид, он хотел убить меня! Мой родственник…
— Не надо вспоминать об этом. Он был болен, Шона, он потерял рассудок. Твои родные любят тебя — Гоуэйн, Айдан, Аларих… и Алистер.
Вздрагивая, Шона прижалась к его груди. События вчерашней ночи едва не закончились трагедией и до сих пор ужасали ее. Лоуэлл замыслил и чуть не совершил злодеяние. Теперь он мертв. А Дэвид жив.
— Дэвид…
— Да?
— Мы и вправду женаты?
Дэвид отстранился со странной полуулыбкой.
— Ты знакома с преподобным Мэсси?
— Конечно.
— Ты видишь, что мы в покоях Дагласов?
— Да.
Дэвид замолчал. Шона смотрела в его искрящиеся глаза. Неожиданно он опустил ресницы: казалось, ему трудно заговорить.
— Ты хочешь быть моей женой?
Ей следовало ответить, что ее ничуть не прельщает мысль до конца жизни быть жертвой мужа-деспота. Но Шона не сумела дать такой ответ. Она поняла: Дэвид боялся за нее. Он много выстрадал и теперь с трудом верил людям. Но Шоне он доверял, не всегда осознавая это. Он женился на ней, и какими бы ни были обстоятельства, он никогда бы не сделал это вопреки своему желанию.
Она улыбнулась и кивнула.
— Ты так долго решала, хочешь ли быть моей женой? Ты… простишь меня? — тихо добавил он.
— За что?
— За то, что я умолчал о своих планах.
— Об этом я еще не думала. Ты скрыл от меня слишком многое.
— Я обыскал всю долину и скалы, чтобы спасти тебя.
— Верно.
— Так ты… простишь меня?
Она снова улыбнулась и, задрожав, прижалась к его широкой груди.
— Я и вправду леди Даглас?
— Конечно. Я заслужил прощение?
— Да. А ты простишь меня — за то, что пять лет назад я соблазнила тебя?
— Ты признаешься в том, что соблазнила меня?
— Может быть.
— Может быть?
— Да. Признаюсь.
Он крепче обнял ее, смяв тонкое кружево строгой ночной рубашки.
— Дэвид…
— Ты по-прежнему любишь меня, Шона? — сдавленно спросил он.
Она снова отстранилась, глядя ему в глаза.
— Да, я люблю тебя, Дэвид Даглас — человек, зверь, оборотень, призрак и лорд этой земли. Как давно я тебя люблю, Дэвид!
— Да, любимая, мы отчаянно стремились друг к другу вопреки времени и смерти. А теперь… у нас есть ребенок. И жизнь. — Он схватил ее в объятия, покрывая поцелуями, неторопливыми, длинными и обжигающими. В поцелуях сочеталась нежность и страсть. — Да, жизнь… — повторил он, касаясь губами ее губ.
На глаза Шоны навернулись слезы.
Дэвид продолжал:
— Нам еще предстоит брачная ночь, миледи. Я прощу, что некогда ты выманила меня из замка и соблазнила, заставив погрузиться в сладкое забвение, если только…
— Что — если только?
— Ты повторишь свою выходку. Ну, что вы скажете, миледи?
Шона робко обвила руками его шею, воскликнув с жаром, воспламенившим зеленые глаза Дэвида:
— Конечно, лорд Даглас. Это справедливое условие. Она ответила на его поцелуи и готова была отвечать до бесконечности, но Дэвид вдруг отпрянул.
— Это восхитительно, но… я поклялся.
— Поклялся?
— Я сказал, что попрошу у тебя обещания в обмен на… подожди минуту.
Он встал. Шона с недоверием следила, как Дэвид открывает дверь и выходит из комнаты. Секунду спустя он вернулся, неся на руках Дэнни. С радостным криком Шона бросилась к мужу и сыну.
Высоко над замком угасала полная луна, небо над Касл-Роком озарил золотистый отблеск нарождающегося дня, сулившего начало новой жизни.