Удар судьбы

Велисарий, так и не отводя взгляда от лампы, хитро улыбнулся.
— Неужели я такой предсказуемый?
Маврикий фыркнул, прошел в шатер и положил руку на плечо Велисария.
— Ну, развеселись, парень. У меня есть хорошие новости. Я расширяю состав твоих телохранителей. Во время следующей кампании ты поведешь большую армию союзников. Должен иметь более внушительную охрану. И если и ничего больше, то персы будут дуться и обижаться, если у тебя ее нет.
Велисарий скорчил гримасу.
— Ради Бога, Маврикий. Если ты дашь мне охрану в персидском стиле, то я не смогу увидеть и собственную руку.
Маврикий рассмеялся.
— О, я не думал ни о чем таком изысканном. Просто собираюсь добавить еще одного человека, чтобы дать немного отдохнуть Анастасию, Исааку и Прискию. Кстати, новый человек здесь, прямо у шатра. Я бы вас представил, только это было бы просто смехотворно. И я не хочу слушать, как он бормочет себе под нос о глупых формальностях.
Велисарий вскочил и вылетел из шатра через мгновение.
— Видишь? — спросил Маврикий у Антонины. — Разве я не говорил, что развеселю его?
Обвинение и упрек
— Он просто отпустил меня, полководец, — сказал Валентин. Катафракт показал большим пальцем назад, в направлении персидского лагеря. Казалось, там идет дикая гулянка. — Он отпустил всех римских пленников. Велел мне передать тебе, что взамен всех пленных раджпутов, которых ты оставил в кванате.
Велисарий почесал подбородок.
— Это я могу понять. Но почему тебя! Я предлагал ему настоящее богатство в качестве выкупа за тебя.
Узкое лицо Валентина озарила улыбка.
— Если я проживу достаточно долго, полководец, то попрошу тебя вспомнить про этот выкуп. Когда ты будешь решать вопрос о выходном пособии.
Велисарий улыбнулся и кивнул.
— Я не забуду, Валентин. Ты можешь быть в этом уверен.
В его глазах все равно стоял вопрос. Валентин пожал плечами.
— Я на самом деле не знаю, полководец. Но он сказал кое-что странное, когда я уходил.
Велисарий вопросительно приподнял бровь. И снова Валентин пожал плечами.
— Для меня ничего не значило. Я даже подумал, что это какая-то глупость. Но как раз когда я садился в седло, Дамодара сказал, что, как он надеется, ты — человек, который уважает грамматику.
Тогда Велисарий рассмеялся. Смех продолжался так долго, что Валентин начал бормотать.
«Мне показалось, он сказал: „загадочные чертовы клоуны"», — объявил Эйд.
«Мне тоже, — ответил Велисарий ментально, все еще посмеиваясь. — Но я уверен: мы ошиблись. Было бы очень неуважительно по отношению к главнокомандующему».
«Определенно! — Грани сверкнули. Появился кристаллический павлин, его глаза-бусинки наполнились обвинением. — Говоря о чем…»
Смех продолжался и продолжался. Маврикий с Антониной вышли из шатра.
— У нас проблемы, девочка, — объявил Маврикий. — Серьезные проблемы. Этот сумасшедший идиот, как предполагается, должен вести нас к окончательной победе.
— Следи за языком! — холодно сказала Антонина. — Ты говоришь о моем муже. — Она нахмурилась. — Даже если он и чертов клоун.