Окольный путь

Я считаю, что он — Калкин. Десятый аватара, который был обещан, присланный, чтобы связать асур и уничтожить их приспешников.
Или, по крайней мере, обучить нас, как это сделать ».
Рагунат Рао бросил папирус в огонь и смотрел, пока языки пламени полностью не уничтожили его. Затем он вынул кинжал. Рао также пожертвует и кинжалом.
На самом деле отличный кинжал. Но время кинжалов прошло.
Однако перед тем, как он собирался бросить его в огонь, Рао почувствовал импульс. Импульс, которому невозможно сопротивляться и, как он решил, наиболее соответствующий моменту.
В его душе слились боль, приносящая ему страдания, и радостное удивление, и Рагунат Рао вскочил на ноги.
Да! Он будет танцевать!
И он танцевал на берегу, на золотом краю Эритрейского моря. Он был великим танцором, Рагунат Рао. И теперь, у края расплавленного сокровища природы, в золотом солнечном свете взрывающейся надежды, он танцевал танец. Великий танец, ужасный танец, никогда не забытый Танец созидания. Танец разрушения. Танец времени.
И когда он танцевал, он поворачивал колесо времени и ни разу не подумал ни о своих врагах, ни о своей ненависти. Потому что в конце концов они были ничем. Он думал только о тех, кого любит, и тех, кого полюбит, и был удивлен их количеству.
Он танцевал для своей императрицы, восхищаясь ее величием, и для своего народа, восхищаясь его могуществом. Он танцевал Эритрейскому морю и триумфу, поднимающемуся из его волн. Он танцевал друзьям прошлого и товарищам будущего. И, самое главное, он танцевал самому будущему.
Наконец почувствовав, что силы покидают его, Рагунат Рао поднял кинжал. Снова восхитился им и бросил ценный подарок в волны. Он не мог придумать лучшего места для этой красоты, чем воды Эритрейского моря.
Он закрутил последний прыжок. О, как высоко он подпрыгнул. Так высоко, что у него было время рассмеяться — до того как он бросился в воду. Рассмеяться от радости.
«О, великий Велисарий! Разве ты не видишь, что ты — танцор, а Калкин — только душа твоего танца?» — мысленно воскликнул Рагунат Рао.