Сто причин ответить «нет»

Перекладина пересекала верхнюю грань куба, как мост. Ее края держались на металлических трубках перекрытия. Высоко-то как. Три этажа сахарного стекла.
— Готова?
— Да!
— Три, два, снимаем!
Уитни глубоко вдохнула и, босая, ступила на перекладину, ощущая, что воздушный шар внутри расширяется до горла. Шаг, шаг, шаг… Она добралась до середины, и тревогой, как волной, захлестнуло.
— Уитни, стой! Страховка не держит!!!
Окрик Джастина оглушил. Сердце больно ударилось о ребра, губы мгновенно пересохли. Уитни задержала дыхание и услышала тихий треск. Медленно опустила взгляд, и кровь в венах застыла.
Мамочки. Господи.
Трещина.
Трещины.
Они расходились быстро, как на обледенелом озере…
— Уитни, не двигайся!
Туманом застлало, ужас сковал цепями, не продохнуть. Она через силу разжала зубы, шепнув:
— Крис! — и провалилась.
 
Крис
 
Сознание будто крюком дернули, животный порыв толкнул вперед. Фон исчез, осталась только цель: прозрачный куб, девушка в золотом. Он не думал, просто бросился к ней, без защитных накладок, без сомнений. Слёту врезался ногами в стеклянную стену, разбивая, и градом осколков присыпало, перекрывая свет.
Блики. Белые, золотые. Холодные иглы страха под ребрами.
Скользнув спиной по гладкой поверхности, Крис едва успел привстать и снова рухнул под весом Уитни. Он затылком ударился о пол, но сознание не потерял; только дыхание вышибло из легких, внутренности скрутило от удара. Казалось, небо рушится на головы.
Да и черт с ним, с небом.
Уитни вцепилась в него намертво. Она не могла говорить и двигаться, а Крис видел кровь на ее плече. Алую, как пелена перед глазами.
— Я держу тебя, держу, — прохрипел он, и в следующее мгновение на них набросили защитное покрывало.
Суета, крики. Боль… Болело всё, но он утешал Уитни, щупал ее руки, ноги, ребра, проверяя, где порезы.
Только плечо. Господи… Крис с облегчением прикрыл глаза.
Что за удачливая девчонка.
«Скорая» приехала минут через двадцать. Пребывающую в состоянии шока Уитни осмотрели и забрали в частную клинику. Крис позвонил ее родителям, чтобы встретили после процедур, а сам остался на площадке. Медсестра обработала ему мелкую царапину на скуле, вколола обезболивающее, но ему было плевать на боль. Ничто не могло отвлечь от мысли: какого черта здесь произошло???
Он сгреб пригоршню стеклянных осколков и окликнул каскадера:
— Джастин! Кто занимался страховкой?
— Я. Вчера все проверил… Одри, ты пристегивала ее, неужто не заметила, что трос не в порядке?
Помощница Уитни стояла бледная. Она выглядела виноватой.
— Не обратила внимания. То есть, я даже не подумала…
Брэндон, оператор, зло на нее посмотрел:
— Да уж! Все силы на ночное свидание ушли.
— Свидание? Где — здесь? — насторожился Крис. — Ты кого-то сюда приводила?
Она замотала головой.
Точно приводила.
Крис подошел к ней и с тихой угрозой сказал:
— Признаешься либо здесь, либо в полиции.
Одри закрыла рот рукой и зарыдала. Ее прорвало, как кран.
— Я не знала, что он повредил страховку и перекрытие! Клянусь! Он сказал, что его заводит секс на съемочной площадке. Просил рассказать, как идет процесс, какие кадры еще остались… Он очень скучает по работе.
— Кто?
— Спенсер.
Крис не сразу вспомнил, что за тип. Бывший препод, что ли? Беззубая звезда «Калифорникейшен»?
— Его выпустили?
— Да, до суда. Я залог внесла.
— За этого ублюдка?! Который студенткам наркотики впаривал?!
Одри пропустила мимо ушей обвинения:
— Ему было очень плохо. Он искренне раскаивался во всем.
Святая простота. Крис даже усмехнулся.
— Ты его адрес знаешь? — Одри испуганно вскинула заплаканные глаза. — Обещаю, я просто с ним поговорю, — мягко заверил он, сдерживая внутреннего зверя, и девушка кивнула.
— Я уверена, что он не хотел причинить Уитни вред, — убеждала она себя, листая контакты в телефоне в поисках адреса.
— Поехать с тобой? — предложил ему Джастин.
— Не стоит, лучше забери телефон у Одри, чтобы не позвонила этому недоумку, — ответил Крис.
Он набросил пиджак и, на ходу застегивая рубашку, вышел на улицу. Сел в свою машину на парковке и набрал номер Винса.
 
***
Хозяин дома явно торопился. Дверь настежь, два чемодана на крыльце.
— Ничего себе, хорошо живет, — пробасил Винс, оглядывая особняк из серого камня; на широком запястье приятеля чернел моток строительного скотча вместо браслета.
— Проверь, есть ли кто-нибудь наверху, — сказал ему Крис, расстегивая кобуру под пиджаком, и отправился на звук чужого страха вглубь просторного дома.
Спенсер пересчитывал пачку денег на кухне; купюры шелестели по столу.
— Такси прибыло, сэр, — громко произнес Крис, и этот подонок вздрогнул, промычав:
— БыэОав!!!
Если цветом записать, убожество получится.
Ублюдок дернулся к панорамному окну, но Крис не дал ни малейшего шанса сбежать. Заломил ему руки и силой усадил на деревянное кресло.
— Как зубы? Швы накладывали? Красавчик…
Нижняя часть лица все еще была отекшей, и Спенсер выглядел не очень. Одри, видимо, совсем без мужского внимания истосковалась, если подпустила это ничтожество к себе.
— Чисто, — раздался грозный голос Винса, который вошел на кухню, подбрасывая скотч. При виде татуированного великана Спенсер обмельчал.
— Что вам надо? Что ты хочешь, Паркер?
— Ничего. Пообщаемся и всё. — Крис подвинул второе кресло и спокойно сел напротив, хотя внутри зверь бушевал, раздирая когтями.
Увы, Спенсер оказался слабонервным.
— Всё из-за этой суки!.. Сука!!! — Он истерично рассмеялся, оглядываясь по сторонам. Видно, оружие где-то рядом лежало. Рисковать не стоило, поэтому Винс примотал недоумка скотчем к креслу, чтобы не наделал глупостей.
Но это же Спенсер, глупость — его второе имя.
— Надеюсь, она сдохла, тварь! — прошипел он.
Крис резко подался вперед. Надавил ему коленом на причиндалы, чтобы заорал, вынул армейский «Браунинг» из кобуры и вставил дуло пистолета в поганый рот. Спенсер начал давиться, но Винс обмотал его голову черным скотчем, закрепляя ствол.