Ад идёт с нами
Когда командующий замолчал, король вежливо кашлянул.
— Генерал-полковник, — обратился он к командующему. — Корона желает оказать всё возможное содействие, но для этого необходимо понимать то, о чём вы говорите здесь и сейчас. Вы не могли бы коротко и в понятных гражданским терминах повторить суть?
— Попробую, — коротко кивнул командующий. — Мы так хорошо вводили врага в заблуждение касаемо нашей численности, стараясь оттянуть время атаки, что перестарались. Даже учитывая то, что союзовцы сейчас пытаются с помощью имитаторов навешать нам лапши на уши по по поводу уже своей численности, их, один чёрт, много. По самым скромным прикидкам наземные части Союза превосходят наши раз в восемь.
— А флот… — король вопросительно поднял бровь.
— Сил недостаточно для победы над врагом, — не стал скрывать генерал-полковник. — Только понесём бессмысленные потери в кораблях. Наш флот проредит корабли с вражеским десантом, затем оставляет автоматические ракетные платформы, минирует орбиту и уходит на соединение с идущими на помощь кораблями Доминиона. Так что какое-то время нам придётся справляться своими силами.
Король ненадолго задумался, а потом коротко спросил:
— Справимся?
— Должны, — командующий помассировал переносицу. — Если нам удастся ликвидировать первую волну десанта, то получим ещё немного времени, пока они подготовят вторую высадку. Не получится — перейдём ко второму плану: отведём войска на оборудованную линию обороны между столицей и занятым союзовцами плацдармом. Пусть они бьются лбами о наши укрепления, теряя людей и технику, пока мы ожидаем подкрепление из метрополии.
— Как скоро прибудет помощь Доминиона?
— В среднем — неделя, — прикинул командующий. — Кораблям придётся совершить серию прыжков от центральных миров к нам.
— Когда мы узнаем более точное время прибытия флота?
— Когда они появятся в системе, — вздохнул генерал-полковник. — Связи мы лишимся в ближайшие сутки. Противник либо захватит, либо уничтожит Врата. В обоих случаях наши сигналы некому будет пересылать через кротовины к следующим Вратам.
Дариус помрачнел.
— Что помешает врагу просто обойти, или перелететь нашу линию обороны? — спросил он.
— Подземные оборонительные сооружения, — мы называем их “фортами”, — расположены, грубо говоря, кольцом диаметром в тысячу километров, в центре которого — столица, — упростил генерал. — Форты связаны между собой сетью тоннелей, позволяющей оперативно доставлять боеприпасы и перебрасывать подкрепления, вдобавок могут оказывать друг другу поддержку артиллерийским огнём и вызывать авиацию. От воздушных и орбитальных ударов врага гарантированно защищает наша противовоздушная и противокосмическая оборона. В случае прорыва на каком-либо участке мы обладаем достаточным резервом, чтобы его купировать. В общем, силы врага не безграничны и сидение в обороне играет только нам на руку.
— Почему вы считаете, что враг пойдёт на защищённую столицу? — продолжил расспросы монарх. — Зачем им “биться лбами” о ваши укрепления, когда они могут захватить любой незащищённый город планеты?
— Потому что пока мы тут — подкрепления Доминиона могут высаживаться беспрепятственно, под защитой наших систем противокосмической обороны, — пояснил генерал. — В то же время флот Союза будет постоянно находиться под угрозой наших ракет.
— Значит, боевые действия будут вестись на земле, на укреплённых позициях… — резюмировал Дариус. — Чем мы можем помочь войскам?
— Объявите набор добровольцев в службы спасения. Проведите экспресс-курсы по оказанию экстренной помощи среди медиков всех специализаций. Проверьте запасы медикаментов и продовольствия — у вас не больше суток на пополнение. Потом поставки в столицу могут заблокировать. И начинайте проводить среди населения учения по гражданской обороне.
Планета Идиллия. Военная база “Эсперо-1”
У китежцев есть старая пословица: шила в мешке не утаишь. Идиллийцы — не очень хорошие хранители тайн, и то, что происходило между Брауни и Схемой, недолго оставалось секретом. И едва информация об отношениях между штамповкой и человеком дошла до ушей Дюрана, тот немедленно уведомил командира бригады Стражинского, проигнорировав майора Савина, в чьём непосредственном подчинении находились репликанты.
Доклад заставил комбрига задуматься. Стражинский хорошо знал, чем заканчивались прошлые попытки создать “универсального солдата” и меньше всего хотел получить новый мятеж репликантов. А в прошлом к восстания приводило как раз желание штамповок уподобиться людям.
Лично Стражинскому было глубоко наплевать на то, чем репликанты занимались в свободное от службы время, пока они исправно исполняли возложенные на них функции. В настоящий момент его, как командира, репликанты устраивали полностью. Исполнительные, дисциплинированные, готовые выполнить приказ ценой собственной жизни. Идеальные бойцы.
В отличие от обычных солдат, с репликантами практически не возникало проблем. А те проблемы, что иногда случались, носили совершенно иной характер и, по мнению офицеров, непосредственно командующих репликантами, происходили исключительно по вине разработчиков, усиливших природную агрессию модели “Арес”.
Но сейчас… Сейчас речь шла о прямом нарушении запрета на внеслужебные отношения с людьми. Дисциплинарный проступок для человека, для репликанта это могло стать первым шагом на пути неподчинения. Пути, в конце которого все они умоются кровью.
С другой стороны, в происходящем была изрядная вина командования. Они сами отдали репликантам приказ выходить в город и наладить общение с местным населением. Штамповки могли трактовать противоречие в пользу ослабления или отмены старого запрета. Да и Идиллия — не лучшее место для спуска репликантов с поводка. Местные, как в старой шутке, трахали всё, что движется, а что не движется — расшевеливали и трахали. Чего греха таить, Стражинский и сам не отказывал себе в удовольствии проводить свободное время в объятьях местных “спутниц”. Если идиллийка-тех применила на штамповке феромоны — у того практически не было шансов сохранить дистанцию.
Первым порывом комбрига было разогнать к чёртовой матери всех идиллийцев, пока их тяга к забавам не привела к беде. Но рассудок удержал Стражинского от неразумного поступка. Во-первых, несмотря на слабую дисциплину, идиллийцы были высококлассными специалистами, которых всегда не хватало. Во-вторых, что толку выгонять аборигенов с базы, когда репликанты ежедневно разгуливали по туристическому кварталу?
Комбриг налил в стакан фруктовый сок и подошёл к окну. “За окном шёл дождь и пехотная рота” — некстати вспомнилась ему древнейшая шутка при виде солдат, марширующих на обед под ласковым идиллийским дождиком. Настроение, правда, от этого не поднялось. Нужно было как-то разобраться в сложившейся ситуации и, если это стало реально проблемой, как-то её решить.
Стражинский сделал глоток, задумчиво глядя поверх крыш жилых модулей.