Опасные желания
– Садитесь, пожалуйста, – пригласила я, торжественно водрузив курицу в самую середину.
Гордость считалась грехом, но я не могла не гордиться ужином, который приготовили мы с Мерри. Пусть мамы и не было дома, при взгляде на стол возникало ощущение, что она с нами. Мы приготовили все свои любимые рождественские блюда: жареную курицу с картошкой, стручковую фасоль с маслом и луком, печенье и подливку, клюквенный соус и тушеные сливы. У меня едва не потекли слюнки, когда все уселись за стол и склонили головы в ожидании благословения. Сэм и Эзра заговорили одновременно – ни один из них не подозревал, что другой считает эту обязанность своей.
– Тысяча извинений, – тут же уступил Эзра. – Я не хотел никого обидеть.
Сэм нахмурился и торопливо произнес короткую и довольно невыразительную рождественскую молитву.
– Аминь, – отозвались мы все.
– Итак, расскажите мне, мистер Прайс, – начал Эзра, нарушая тишину, установившуюся за столом, пока мы наполняли тарелки и передавали друг другу блюда и миски. – Эллери говорит, что вы траппер.
Уитакер побрызгал свой кусок курицы подливкой, перевел взгляд на моего дядю и поднял брови, словно ожидая вопроса, на который можно будет дать ответ.
– Я бы не отказался посмотреть ваши шкуры – подумываю сшить себе новое пальто.
– Вас что-то конкретное интересует? – уточнил Уитакер, передавая поднос с печеньем Мерри, сидевшей слева от него.
– Лиса, если найдется по разумной цене. Хочу что-нибудь теплое на воротник. В ближайшее время я подумываю надолго выбраться в лес.
– С какой целью?
Я с любопытством посмотрела на дядю. У него не было ни своего хозяйства, ни ремесла, насколько я понимала. Я не представляла, чем они с Томасом занимались, сидя у Берманов. Не знать об этом было странно, но спрашивать – тем более. Я боялась показаться назойливой.
– О, я планирую написать книгу, – объявил он, гордо поправив очки на переносице.
– Книгу? – эхом отозвался Сэм. – О чем?
– Об Эмити-Фолз, конечно! Мне довелось объездить немало мест на западе, и я всегда восхищался путеводителями по побережью. В них масса сведений о растениях и животных, которые встречаются в тех местах. Есть даже акварельные рисунки и все такое. А вот про наши места ничего подобного не написано. Я подумал, что попробую сам составить путеводитель.
– Так вы, значит, художник? – спросила я, отрезая кусочек картошки.
Эзра улыбнулся.
– А ты? – Мерри повернулась к Томасу. – Ты тоже любишь рисовать?
– В основном таскаю за отцом инструменты, – сухо усмехнулся тот.
– Я даже планирую добавить несколько страниц про животных-мутантов. Волк, на которого мы наткнулись. Олени. Лягушки и рыбы. В городе мы наслушались разных историй. На прошлой неделе мистер Фаулер поймал щуку в проруби. У нее было два хвоста, а между ними небольшие ножки. Любопытно, не правда ли? – Эзра потянулся за перцем. – А вы не встречали странностей в своих путешествиях, мистер Прайс?
– Можно просто «Уитакер», – поправил тот, дожевывая фасоль. – Нет, признаюсь, не встречал. Я очень благодарен вам и вашему сыну за то, что вы подстрелили того волка. Не хотел бы я, чтобы он заглянул ко мне в лагерь.
Эзра с Томасом покивали, принимаясь за еду.
– Но их там намного больше, – сказал Сэм. – Этих волков – или кто они там на самом деле.
Мы с сестрами переглянулись. Нужно было срочно сменить тему, иначе Сэм будет весь вечер вспоминать свой поход с обозом.
– Расскажите нам подробнее про свою книгу, дядя Эзра, – попросила Сейди. – И передайте, пожалуйста, фасоль.
Томас выполнил ее просьбу, и ужин продолжался.
* * *
– Вы уверены, что хотите сейчас возвратиться в город? – спросил Сэм, пока Эзра наматывал шарф на шею.
– Так рано? – добавила Мерри.
Мы только что убрали тарелки после десерта.
– Мы обещали Кельвину и Вайолет, что вернемся, чтобы выпить по рюмочке в честь праздника, – объяснил Эзра. – Но спасибо вам всем огромное за этот чудесный вечер. Побыть с родными в такой день – это очень ценно.
Томас кивнул.
– Всем доброго Рождества.
После прощальных объятий они сели в свою повозку и скрылись в лиловых сумерках.
– «Доброго Рождества»? – повторила Сейди.
– Некоторые так говорят, – сказала я, хотя мне тоже показалась странной эта фраза.
– Елка у вас чудесная, – похвалил Уитакер, возвращаясь в гостиную, и мы выбросили из головы все странности.
Он повернулся, окидывая комнату восхищенным взглядом. В воздухе покачивались бумажные снежинки, подвешенные на лесках, а стены были украшены ветвями падуба с темно-зелеными листьями и блестящими красными ягодами.
– И весь дом прекрасно выглядит. Вы, дамы, устроили настоящее рождественское чудо.
– Сэм все это развешивал, – заметила Сейди, бросив на брата полный верности взгляд и указывая на плющ. Сэмюэль весь вечер держался тихо, похоже стушевавшись на фоне остальных мужчин, громких и уверенных в себе. – Больше никто не дотянулся.
Сэмюэль отмахнулся от похвалы:
– Зато ты придумала повесить на елку ягоды вместе с воздушной кукурузой.
– Жаль только, мы не смогли испечь имбирное печенье, – сказала Мерри, пристально глядя на елку, будто пытаясь создать эти украшения силой мысли. – От него во всем доме приятный запах, и мама всегда разрешала нам снимать его с елки и есть, когда захочется.
– Звучит отлично, но сегодня все и так было идеально, – заверил Уитакер. – Не представляю, что могло бы улучшить такой праздник.
– Подарки, – с тоской вздохнула Сейди.
– Запеченные яблоки, которые сделала Эллери, – это и есть наши подарки, – напомнила ей Мерри. – Она потратила на них остатки корицы.
– И они получились очень вкусные, – согласилась сестренка. – Но их нельзя было положить под елку и развернуть, как настоящие подарки.
– Сейди, – строго произнесла я, и она тут же надула губы. – Мы же об этом говорили. В этом году без подарков.
– Я знаю. Просто…
– Почему бы тебе не заглянуть под елку? – перебил ее Уитакер. – Никогда не знаешь, что там можно обнаружить.
Сейди с сомнением опустилась на колени возле деревца, приподняла тяжелую хвою и радостно взвизгнула, доставая какой-то кулек. Он был завернут в простую коричневую бумагу и обвязан веревочкой, но Уитакер украсил упаковку листочком плюща для придания праздничного настроения. На бумаге была выведена красивая буква «М».
– Мерри, это тебе, – объявила Сейди, передавая подарок с таким важным видом, будто сама его заворачивала.
Она снова нырнула под елку и достала еще два подарка, на каждом из которых была буква «С». Сейди повернулась к Уитакеру, вопросительно глядя на него.