Неисполненные желания

— Тогда это вам! — протягиваю ему купленный шарф.
Отряхиваюсь, сжимаю сумку, губы и кулаки, уверенно зашагав в сторону дома. Меня обманули, предали … бросили. Но не потому что я плохая, вовсе нет. Больше ни одной слезинки из-за Ирвина Спенсера. Разве что можно оплакать пять лет моей фальшивой семейной жизни. И то украдкой, потому что я уже и забыла, что значит себя жалеть. Ирвин всегда говорил, что ему нравятся сильные женщины, и я всегда старалась быть сильной. И делая из всего выводы — похоже, я слишком старалась быть доброй, милой, пунктуальной, хозяйственной, потому что мой муж любил порядок и ненавидел хаос и истерики. Истерики я и сама не люблю, никогда не пробовала истерить, может, даже не умею. А может, потому что гордости лишней много.
Не позволю вытирать об меня ноги и делать из меня идиотку!
Как только вхожу в квартиру — меня тут же начинает тошнить.
От его запаха.
Я просто физически ощущаю, как моя любовь к нему испустила дух, никаких шансов. Он сегодня её прошил автоматной очередью. Пока я отсчитывала шаги до дома — любовь потухла, истекла иллюзиями и скукожилась. Точка.
Сегодня точно заснуть не смогу, зная, что где-то там мой муженёк трахает свою любовницу, отмечая своё тридцатипятилетие. Что ж сволочь, я сделаю тебе ещё один подарок — у тебя начнётся новая жизнь! Ты любишь порядок, мой милый, так и быть я исполню последнее желание.
Беру мусорные пакеты поплотнее, надеваю резиновые перчатки и респиратор. Значит, затеем генеральную уборку!
Вся моя нервная система натянута одним сплошным, упрямым и несгибаемым нервом. Я не стану рыдать в подушку часами, доводя себя до мучительной мигрени, как моя подруга Тринити, когда от неё ушёл муж, заявив ей, что видите ли, у неё задница слишком толстая. Вот почему я отчётливо видела, что её муж козёл ещё на их свадьбе, а что мой не лучше -  не замечала? Я ведь думала у меня всё по-настоящему, у меня же блин любовь, меня это не коснётся!
Я ещё долго буду выскребать из души остатки этого разочарования, но для начала я выскребу из своей жизни Ирвина Спенсера!
Я зла, и злость помогает мне двигаться! Может, я слишком хорошо воспитана, чтобы устраивать скандалы, но я слишком себя уважаю, чтобы это терпеть!
Начинаю с ванной, не пропускаю ни одной его вещи, бритвенные принадлежности, лосьоны — всё летит в пакет. После кухня.
Его любимую чашку, которую, кстати, тоже я ему купила, не выдержав, я швырнула о стену. Это единственный срыв. Осколки тоже в пакет ему на память. Туда же его любимые хлопья и сорт чая. Затем одежда, книги. Гора пакетов растёт. Но я молча, сцепив зубы, продолжаю вычищать следы моего мужа.
В пять утра поднимаюсь на этаж выше  и давлю на кнопку звонка. Настойчиво так давлю. Через пять минут за дверью раздаются тяжёлые шаги. Дверь резко распахивается, сосед гневно сопит, вращая глазищами, патлы взлохмачены, хорошо хоть трусы надел.
— Арчи, телек нужен? Совсем новый. Бесплатно. Только забрать нужно прямо сейчас! — выдаю я. Этого кадра шокировать сложно, так что я не напрягаюсь, невзирая на его громадный рост и суровый вид.
Арчи окидывает меня тяжёлым взглядом, что-то прикидывает в уме, и молча идёт за мной. Босиком и в трусах, как был. Арчи немногословен, обожает рок и свой байк. В данный момент я его просто расцеловать готова за то, что он не задаёт никаких вопросов. Покосившись на гору пакетов, обойдя их с другой стороны, Арчи прошёл за мной в гостиную.
— Стойку тоже нужно забрать, — протягиваю я ему инструменты на выбор.
Ирвин любил просматривать сюжеты, которые они снимали, глазами обычного зрителя, когда те выходили в новостях, ещё раз оценивая себя и работу оператора, интересуясь моим мнением. Мой муж работает репортёром очень известного телеканала. И его любимого питомца, в смысле телевизор, тоже подарила я на прошлое Рождество, выбрала самую навороченную модель. Больше его в моём доме не будет, пусть им лучше Арчи наслаждается. А я на его место картину повешу!
Я не спала всю ночь, но на нервной почве даже не хочется. Выпиваю уже третью чашку кофе. Сегодня ещё много дел.
— Пакеты тоже забрать? — неся под мышкой телевизор, интересуется Арчи.
— Нет. Это его.
Арчи понимающе кивает. Замешкался. Видно даже что-то хочет сказать. Мы не очень-то друг друга знаем. Так, всегда здороваемся при встрече по-соседски. Один раз я даже вызывала полицию, потому что мой громила сосед решил в два часа ночи побалдеть от рока, и искренне обиделся, что соседи не разделяют его восторгов. Но сейчас на его лице отразилось вполне человеческое сочувствие.
— Всё пройдёт, — философски изрекает Арчи и шлёпает босиком по ступенькам наверх.
Конечно пройдёт, ради мерзких предателей и бабников сердце полосовать себе не стоит. Он меня не стоит. Я вовсе не хочу, чтобы однажды Ирвин пожалел о своём поступке, чтобы кусал локти и плакал. Нет, я жалею лишь о том, что в своё время сделала неправильный выбор, не разглядела. И теперь, когда мои розовые очки лопнули стёклами внутрь, я, наконец, могу признать, что предпосылки всё-таки были, этот эгоист больше всего любил себя драгоценного. Слабак. Ненавижу слабаков!
Дальше договариваюсь с фирмой, которая устанавливала нам двери, о смене замков. Арендую складскую ячейку для хранения крупногабаритных вещей и вызываю грузчиков. С работы пришлось отпроситься, придумав расстройство желудка. Если понадобится — могу и отпуск взять.
В десять утра от моего мужа приходит смайлик и поцелуйчик. …. И я в первый раз по-настоящему, захлебнулась от ненависти к этому лицемерному человеку. Оказывается,  людей, которых мы подпускаем к себе слишком близко — мы узнаем лишь поверхностно. А как же души взахлёб и любовь до гроба, где это? Только в книгах?
К обеду у меня новые замки и ключи. Старые летят в мусор. Квартира принадлежит мне, так что имею право, а Ирвин пусть валит к длинноногой или в гостиницу. Мне теперь всё равно.
Грузчики погрузили пакеты с вещами Ирвина и нашу двуспальную кровать, вывезя последнее напоминание. Ещё через два часа мне привезли новую, которую я успела заказать по интернету ещё с утра. Как выяснилось, в режиме стресса я очень организована и фантастически вынослива. А ещё я больше ничего не чувствую, …кроме пустоты.
Отправляю с посыльным конверт. Его должны будут доставить Ирвину на рабочий стол завтра в девять утра. … И падаю спать на свою новую кровать. Которая не напоминает о супружеской страсти. Теперь я уже и не уверена, а была ли эта страсть. О всех этих глупых нежностях, которые он мне шептал до или после секса. На которой больше нет его запаха. Я сожгла мосты без объяснений с его стороны. Сожгла и развеяла пепел одним щелчком! А он ещё об этом даже не знает.
    
Глава 2
Знаешь…как трудно…страницами чистыми…
Дни начинать…без чужих параной…
И рассыпаться…отважными искрами…