Под другим небом

— Маш, ну а когда цыплята вырастут? — посмеивалась я. — Что наседка делать будет?
Та закатывала глаза.
— Ой, большая проблема! Новые цыплята будут! — и показывала на меня, в то время с небольшим ещё животиком. Что ж, каждый вправе делать свой выбор, её — такой.
Я подошла посмотреть, что придумали девочки.
— Грандиозно! Потрясающе! — искренне похвалила я.
Из подручных природных материалов, собранных в саду, они сделали макет нашего городка в мельчайших подробностях. Вот главная площадь, вот малюсенькая лавка Эбби, вот церковь где служил Джастин…
Джастин. Наш путь был очень непростым. Местами горьким, а бывало, что и вовсе безнадежным…Сейчас всё это вспоминалось уже без боли. Напротив, с какой-то даже гордостью, что мы прошли через всё это, и не потеряли себя.
Мои мысли прервала Лиса, которая, оказывается дёргала меня за рукав.
— Мама, мам, а папа точно приедет? И все остальные? — она давно уже перешла с обращения «Марк» на «папу». И только когда сердилась на него, называла Марк.
Ей, конечно, хотелось бы видеть его чаще — она по-прежнему была привязана к нему и очень любила. Хотя к тому, что он живёт с другой своей семьёй смириться ей было нелегко. Лисе казалось, что он всецело принадлежал ей. Пришлось объяснять всем вместе, что мы будем часто видеться, но немного реже, чем хотелось бы.
— Точно, детка. На твой день рождения они все приедут.
Через месяц Лисе исполнялось десять лет, и она с нетерпением ждала и этого события, и гостей — Марка, Кэтрин, малыша Джастина и Олдина с Маргарет.
Странно, конечно, переплелись наши судьбы. Сейчас я не жалела ни о чём, потому что убедилась сама — пути Господни неисповедимы. И когда жизнь ведёт тебя по какому-то суровому, извилистому и трудному пути, никогда не опускай рук. Возможно, до счастья осталось всего несколько шагов.
Когда мы с Марком покинули дом Олдина, оставив там Джастина и Кэтрин, я думала, что уже точно представляю свою будущую жизнь.
Я точно решила остаться здесь, в старой Англии. Здесь я ощущала себя дома. Поначалу мы с Лисой заняли мой старый домик и потихоньку обживались там. Не смотря на то, что наши пути с Джастином, казалось бы, окончательно разошлись, я сказала Марку, что нас могут связывать только родственные отношения. И я еще раз убедилась, насколько он изменился, когда с достоинством принял это.
Через какое-то время ему потребовалось поехать к лорду Ангусу по делам — он занял место главного волхва вместо Джастина. А четвёртой, вместо Эннет стала я.
Сначала я не поддавалась на уговоры, была категорически против. Но действительно больше было пока некому…И мне пришлось согласиться.
Впрочем, таких катаклизмов, какие произошли с моим перемещением, больше не случалось. Всё происходило не так уж часто и очень тихо-мирно.
В тот день, который снова изменил мою жизнь, Марк вернулся от Олдина Ангуса и пришел к нам с Лисой. Я наскоро накрыла обед. Мы трепались о местных новостях, я рассказывала что-то о проделках дочери. О Джастине я не спрашивала никогда — это было слишком для меня. Я знала, что у них родился мальчик, которого тоже назвали Джастином, а Кэтрин чудом выжила.
После обеда Марк отвёл меня в сторону и передал мне письмо. Оно не было подписано, однако, я сразу поняла от кого оно.
Я ослабела. Руки задрожали. Зачем? К чему? Джастин, ну больно же…
Марк сжал моё плечо и заставил повернуться к нему.
— Натали, прежде чем ты со своей поспешностью, кинешь письмо в камин, разреши сообщить тебе новость. Я сделал предложение Кэтрин. И она его приняла.
Я непонимающе посмотрела на него. Что за бред?..
Марк усмехнулся. Немного горько.
 
— Прочитай письмо. Подумай. Я своего решения, конечно, уже не изменю. А твоё — за тобой.
 
«Любовь моя. Если бы ты знала, как мне тяжело писать тебе, обращаться к тебе так, ведь я не имею на это никакого права. Хотя я всё это время ежеминутно, ежечасно вёл свой внутренний диалог с тобой, называя тебя так — моя любимая, моя единственная.
Я не буду тебе рассказывать, как сильно я хотел вернуть тебя, найти тебя. Но мои обязательства, хоть и не по моей воле, связывали меня.
Вчера случилось одно событие, которое перевернуло всю эту безысходную, казалось бы, ситуацию. Маленький Джастин вчера сделал свои первые шаги. Конечно, я был счастлив, насколько можно быть счастливым в заточении.
После этого Кэтрин, глядя на малыша и на меня, разразилась слезами. „Джастин, сказала она мне. Я давно уже не могу смотреть на твои страдания. После того, как появился наш сын, меня убивает мысль, что ему придётся отвечать за мои грехи перед тобой. И еще, — добавила она, — мне разрывает сердце то, что с нашим сыном может кто-то поступить так же, как я с тобой.“
Она отпустила меня, Наташа. Я свободен. Мой сын всегда останется моим, у нас не будет споров. Мы расстались, простив друг друга. И если ты всё еще любишь меня, как люблю тебя я — будь со мной. Я буду ждать твоего ответа всю свою жизнь.
 
Джастин».
 
Вспоминая события тех лет, я улыбалась им. А еще тому, что глядя сейчас в окно, я видела, как Джастин играет с нашей младшей дочерью, которую мы назвали Эннет-Джеймс.
 
Конец