Аномальный наследник. Том 3
— И плечиками потёрлись, — хохотнул Беляков, смутив Антохина ещё сильнее. После этого Влад резко повернулся ко мне и заявил: — А от тебя после танца с Царицей лицея вообще никакие претензии не принимаются.
— Завидуешь?
— А то! Это же моя мечта!
— Мелковата мечта, — усмехнулся я.
— Она прекрасна и бесподобна! — начал распаляться Влад.
— Не увлекайся, а то Инне расскажу. Сейчас она в таком состоянии, что может и оторвать тебе что-нибудь. Или откусить… Нос, например.
— Грязно играете, Аскольд Игоревич, — проворчал в ответ Беляков.
Мы попрощались с милыми администраторшами и вышли на крыльцо ресторана. Осенняя свежесть тут же накрыла нас с головою. Приятный ветерок, прохлада… Стоп, чего-то явно не хватает.
— А где наши дамы? — задал я закономерный вопрос, оглядываясь по сторонам.
И ответом мне послужил самоуверенный мужской голос, прозвучавший в отдалении и эхом отразившийся от зеркальных стен небоскрёба:
— Приятно со всеми вами познакомиться. А теперь, Софья Антоновна, позвольте поинтересоваться… Какого лешего вы не смогли выйти во второй этап турнира? Я год тренировался, чтобы расквитаться с вами за прошлый финал, и ради чего? Ради того, чтобы узнать, что вы проиграли какому-то простолюдину? После этого ещё и с подругами празднуете здесь как ни в чём не бывало! Здесь, где мы отмечаем мою победу! Уму непостижимо!
Речь прозвучала весьма эмоционально. И, вероятно, выпитый во время празднования алкоголь лишь распалял чувства говорившего.
— Не лезь, — велел я Владу. На пути вниз мы уже преодолели почти половину ступенек высокого крыльца. Справа от лестницы увидели две компании. Наших дам и разнополую хорошо нарядную толпу молодёжи. Всего, с учётом слуг и служанок там стояло человек двадцать пять. И с разных сторон к месту громких разговоров спешно направлялись мужчины и женщины в строгих костюмах. Явно охрана молодых аристократов (в том числе и «наших» девочек).
А за нашими спинами уже охрана «Башни Демидовых» в рации запрашивала подкрепление.
— При всём уважении, Юрий Иванович, моё поражение к вам никакого отношения не имеет, — ровным тоном ответила Софья.
— Да как же не имеет?! С кем мне теперь сражаться в финале этапа?! — в сердцах крикнул черноволосый невысокий парень.
— Положим, со мной, — глядя на него с высоты нескольких ступеней, уверенно произнёс я.
Подняв на меня глаза, он прищурился, ловя фокус.
— С кем имею честь? — бросил он.
— С тем, кто будет представлять «Алую Мудрость» на…
— Простолюдин?! — взревел парень. — Как смеешь ты разговаривать с княжичем свысока?
Перепрыгнув через перила лестницы, я пустил под ноги альтеру, чтобы смягчить приземление.
Я оказался возле Софьи, как раз перед княжичем и, выпрямившись, я произнёс:
— Прошу прощения, ваше сиятельство, — отвесил поклон и уставился в его чёрные глаза сверху вниз, — Сидоров Аскольд Николаевич к вашим услугам. Как я уже сказал, я удостоен чести представлять «Алую Мудрость» на всеимперском турнире. Если жребий будет к нам благосклонен, мы имеем все шансы встретиться в финале.
— Сначала дойди до него, — буркнул княжич, не отводя глаз.
— О, я дойду. Будьте уверены, — парировал я. Никто из присутствующих не посмел встревать в наш диалог. — И с радостью сражусь с вами, чтобы пройти дальше.
— Простолюдину вроде тебя никогда не одолеть меня! — гневно воскликнул княжич.
— А если одолею? — спокойно спросил я.
— Хех, если одолеешь, пришлю тебе корзинку арбузов, — хмыкнул он.
— Идёт. Я люблю арбузы, — я кивнул.
— Но, если выиграю я, тогда… тогда… — он резко повернулся к Троекуровой. — Тогда я отомщу за ваше поражение, Софье Антоновна. И в таком случае будете ли вы столь благосклонны, чтобы подарить мне свидание?
Не скрывая, любопытства я повернул голову. Софья смотрела на княжича холодно, как на червя. И так же холодно она хмыкнула:
— Идёт. Если вдруг сможете в честном поединке победить Аскольда Игоревича.
— Ух, я аж воспылал! — сжал кулаки княжич и ожёг меня дерзким взглядом. — Никому не проиграй до битвы со мной.
Я не успел ответить, так как слева вновь прозвучал холодный голос Троекуровой:
— Но в противном случае не забудьте про корзинку с арбузами. Слово княжича дано и возврату не подлежит.
На этот раз ответить не успел Юрий. Возле нашей группы уже собралась ещё одна, численностью даже больше нашей. Среди прибывших выделялись люди в фуражках — Слуги Демидовых и охранники их башни.
— Господа и Дамы! — привлёк к себе всеобщее внимание один из них. — Прошу прощения, но вы находитесь на частных землях рода Демидовых и любые конфликты здесь запрещены.
— Да нет никаких конфликтов, — махнул ему рукой княжич. — Так, дружественный спор. Дамы, честь имею, — поклонился он нашим княжнам. — Идёмте, ребята, — сказал он своим друзьям.
Княжич бросил напоследок в мою сторону тяжёлый взгляд и больше не оборачивался.
— Прошу прощения, Аскольд Игоревич, что из-за меня был испорчен ваш вечер, — проговорила Софья и поклонилась.
— Не стоит, Софья Антоновна, — усмехнулся я. — Благодаря вам я разжился в перспективе целой корзинкой арбузов. Надеюсь, корзинка будет большая. И, конечно, я поделюсь со всеми вами.
Друзья заулыбались. Причём в глазах княжон отчётливо читалась гордость. А вот Маша, напротив, явно была напугана произошедшим и цепко вцепилась в Васю. К Владу же прижималась Инна, происходящее ей нравилось.
Молодцы, парни, вовремя подоспели…
— Кстати, а кто это был хоть? — вспомнил я.
— Наследник князя Астраханского — Юрий Иванович Урусов. Прошлогодний финалист второго этапа всеимперского турнира, третьекурсник лицея «Цветок папоротника», — по-военному чётко отрапортовала Троекурова.
— А-а-а, тот, о котором вы недавно говорили, — хмыкнул я. — Лёгок на помине.
***
На вечеринку в «Демидовских яствах» Софья прибыла в компании сестёр Оболенских и Инны — девушки ехали в салоне удлинённого седана, болтая о всякой чепухе по дороге. Тем же составом они отправились и обратно. Мастер, а по совместительству телохранитель Софьи — Николай Иванович, ехал в машине сопровождения вместе с двумя охранниками Оболенских. Когда машины остановились возле общежития «Алой Мудрости», он пожелал госпоже спокойной ночи и отправился в свою комнату в крыле для учителей.
Софью же в её номере ждала служанка. В отличие от той же Лики — служанки великой княжны Казанской, Нина, встречавшая Софью, не была её личной служанкой и не жила с ней. В своё время Троекурова отказалась брать с собой в общежитие служанку из Выборга. Софье не хотелось отрывать девушку от семьи и запирать на три года в клетке. А ещё Софья просто любила проводить время в одиночестве.