Карающая длань законотворца - 2

— Прости, Дир. Прости. Я не должна была кричать. У тебя что-то случилось? — Брат насупился даже не пытаясь скрыть слёзы. — Дир? Что произошло? Почему ты в кабинете, да ещё и прячешься?
— Сестра. — Всхлип. — Сестрёнка-а-а… — Брат разрыдался, пряча лицо под шеей Сааша.
— Сааши?
— Прости, хозяйка. Пока я присматривал за демонами и твоим братом, кое-что произошло.
— И-и что же?..
— Его Величество император объявил свою волю: на исходе третьего месяца твоя мать будет выдана замуж за барона вех Дульма.
— Кого? — у меня упало сердце. — Он же умер на собрании старейшин шесть лет назад.
— Умер старик. Твою мать выдают за его младшего брата.
— Герцогиню за барона? Что за бред. — Я сжала трясущиеся руки и беспомощно посмотрела на Иэля. — Разве так можно?
— Барон вех Дульма два месяца назад получил должность при императоре. За заслуги перед империей он был одарен постом Верховного судьи.
— Верховного судьи? Невозможно… Погибший барон был работорговцем, как посмел Аганеш даровать подобную должность преступнику?!
— Кхм. Дело в том, что работорговцем был Сартрей. За его братом, Гларусом, никаких прегрешений нет. Если быть точнее, то он сам отдал все компрометирующие род документы в руки императору.
— Нет… Но зачем? Разве мама согласилась, Сааш?
Демон облизал лицо Каудира и фыркнул.
— А её никто не спрашивал. Герцогиня давно потеряла связь с реальностью. А зачем… Так это просто: чтобы заполучить земли де Гралья. Ты — несовершеннолетняя, формально твоей жизнью управляют родители или родственники со стороны жениха. Но ты ни тем, ни тем не даёшься. Да и замуж идти отказываешься. Ты всё ещё временная глава рода, хозяйка. Если твоя мать выйдет замуж за этого человека, то он сможет на правах её мужа войти в этот дом.
— Нет. Тогда уж мать отправится в его владения.
— Этот мужчина великодушно согласился взять фамилию де Гралья и войти в твой род. При этом он потеряет все права на собственный род, но так как вех Дульма давно себя изжили и показали с самой плохой стороны, то такой шаг вполне в духе отчаявшегося.
— Сааш. — Я нечаянно вцепилась в руку Иэля. — Прямо сейчас к вам летит дракон Эйбс. Помнишь его?
— Да, хозяйка.
— Эйбс будет жить в соседних покоях с Каудиром. Передай всем демонам — дракон свой. Беспокоить его нельзя. Он будет питаться на наших землях. Если Дражен попробует возражать — выкини его в окно ещё раз. Или сбрось с крыши. Защищай Каудира любой ценой, Сааш. Этот мальчик очень важен.
— Что насчёт дракона?
— Этот пройдоха способен о себе позаботиться. Мать отдай под постоянное наблюдение Хамти. Не выпускайте её за пределы замка. Даже за пределы покоев не пускайте. Будет сопротивляться — разрешаю применить силу и отправить в подземелье. Этот человек, новый барон, ни за что не должен получить доступ к нашему замку. Всё ясно?
— Да, хозяйка. Когда мы официально объявим войну?
Иэль закашлялся.
— Ещё не время. Попробуем решить всё миром. Я скоро вернусь.
Отключив сферу, я откинулась на руки и задумалась.
Теперь всё становилось немного яснее. Понятно, почему император это затеял. За три месяца он рассчитывает выпроводить меня из империи, а после этого завладеть родом де Гралья приручив Каудира. Вот только… Как со всем этим связан Дражен, и что ему нужно?
— Иэль.
— Да, Диела?
— Я планирую устроить переворот. У тебя есть время, чтобы решить — со мной ты или против.
 
    
Глава 16
— Мы полагали, что у нас ещё есть время, — начала свой рассказа Яниса.
После общения с Саашем и клятвы Иэля мы смогли продолжить с того места, где остановились. Ну, почти.
— Прошу прощения, леди, — перебил вдруг принц. — Мне нужно отлучиться на некоторое время. Кто-то из ребят подрался и получил ранение в грудь.
— Можешь не возвращаться, — напутствовала я.
— Дракон прав — ты язва.
Иэль взлохматил мне волосы и легко поклонившись прародительнице, вышел, тщательно закрыв дверь.
— Хороший мальчик, — кивнула Яниса. — Достойный наследник.
— Он никогда не займёт трон. Иэль бастард и зверолюд. Совет старейшин ни за что не допустит подобного. Но мы сейчас не о нём. Леди Яниса. — Я на всякий случай выглянула в окно и кивнула. — Прошу вас рассказать всё, что помните об этом чудовище из-за Грани.
— О нет, дорогая. Он не из-за Грани, он и есть Грань. Потом поймёшь. Так вот, мы думали, что у нас есть время. С начала войны не было и дня, чтобы драконы не пытались остановить бойню. Много их полегло и за людей, и за демонов. Но больше всего погибло молодняка. Да. — Призрак прикрыла глаза и закачалась. — В то время ещё существовали созидатели. Их сила, сравнимая с божественной, не подчинялась после кражи. Да, многие из нас промышляли подобным. Чтобы держать линию обороны и не допустить врага в сердце страны, мы крали чужие силы. Когда с согласия, когда и без него. Мне, к счастью, не пришлось испытать это на себе. Я оказалась полезной. — Она грустно улыбнулась и присела на кровать. — Женщины человеческого рода служили источником силы. Другое дело созидатели — те могли даровать силу, не тратя своей. Можно сказать, что созидатели — то же ядро Сыяна, только размноженное и одушевлённое.
Я ничего не знала о созидателях. Я даже не слышала о них. Но спросить не решилась, чтобы не прерывать драгоценный поток информации.
— За сто лет войны многое было сделано, и многое пройдёно, в том числе и эксперименты над магами. — Я округлила глаза и задержала дыхание. Неужели?.. — Чтобы увеличить собственный ресурс и как можно дольше противостоять атакам, советом старших было предложено насильно изменить человеческое тело. Тело мага. Таким образом, был шанс на то, что краденая сила созидателя приживётся.
— А почему их опустошали, — не выдержала я. — Если они добровольно делились силой?
— А кто откажется от целого моря, если тебе предлагают только его каплю? Никто. Да и созидатели… Они были нейтральны. До тех пор, пока однажды, одна из них не полюбила демона и не отдала всю себя победе. Люди не простили. Созидателей стали ловить, пытать и накачивать их магией подопытных. К сожалению, ни один из экспериментов, которые курировала я, не завершился благополучно. Тела… не принимали эту силу. Не принимали ядро. Они плавились и наблюдать за процессом мог разве что тот, кто имел очень крепкий желудок. Не смотри так на меня, девочка. Я многим заплатила за это. Слишком многим.
Я отвернулась, чтобы скрыть поселившееся в глазах презрение. Отчего-то Яниса напомнила мне отца. А я не могла, да и не хотела воспринимать её так. Только не спустя две тысячи лет скитаний бестелесным призраком.