Я хочу от него сына
— Тебе полегчало? — стону в его губы между поцелуями.
— Определенно, — хмыкает он. — У тебя как с профилактикой? Прошла, нет?
Ну надо же! Моих словечек нахватался. Профилактика, блин!
Три дня, конечно, маловато. У меня дней пять она длится в идеале. Да и ладно.
— Угу, — подыгрываю ему, провокационно ёрзая по его паху. — Опять твоих родителей смущать будем?
— Главное, чтобы ты не смущалась, — подхватывает меня на руки и относит на диван.
* Омбре — с франц. "затенение", в данном случае имеется в виду техника окрашивания, имитирующая эффект естественно выгоревших на солнце волос
* Пневма — Пневмоподвеска (пневматическая подвеска, пневма) — сочетание пневматики, механики, и электроники в устройстве ходовой части автомобиля. В отличие от традиционных решений с использованием обычных амортизаторов и пружин или рессор, пневматическая подвеска или просто пневма: позволяет изменять клиренс автомобиля; обеспечивает более высокий комфорт и лучшую управляемость; всегда удерживает кузов в оптимальном положении на неровностях и т. д.
* Грув (англ. Groove) — ритмическое ощущение в музыке («качели»), создаваемое игрой музыкантов-барабанщиков, гитаристов и клавишников
19. Бах и лобовое столкновение— Ева, сбегаешь в магазин за майонезом? — сказала мне Федина мама, когда я с вдохновением нарезала салаты, помогая хозяйке с подготовкой к праздничному столу. — Что-то я не рассчитала, — расстроенно пробормотала она. — Не хватит, кажется.
— Без проблем, — поднялась я с места, обтирая руки полотенцем. — Сейчас сгоняю, Аня.
Да-да, мама Феди сама предложила так себя называть, учитывая нашу разницу в возрасте в тринадцать лет.
«Не тетей Аней же тебе меня звать, — были её слова, огорошившие меня порядком. — А Анна Николаевна слишком официально. Мы же не в школе, Ева».
При этом, хитрец Михаил Андреевич активно подмигивал мне из-за её плеча, во время этого разговора.
Все-таки шампанское с утра, которым её потчевал продуманный супруг не прошло даром. Я кое-как от этого угощения отвертелась, сказав, что у меня голова болит после шампуня.
Обычные объяснения, что я «вообще ни капли не употребляю» вызывают стереотипные подозрения. Ага, беременность или еще лучше, что я закодирована.
Настроение было праздничным у всех, особенно, когда все дружно обменялись подарками.
Михаил Андреевич с сыном порадовали нас — первым делом преподнесли по букету тюльпанов каждой.
Потом я вручила Анне Николаевне свой презент — флакон её любимой туалетной воды известного бренда, который купила накануне.
Федя подарил мне белье, что не было для меня сюрпризом. Вместе же вчера по бутикам бегали. И я его даже примеряла в кабинке, успев еще и пошалить и поразвратничать на радость бурильщику.
— Ну, Ева, — сказал он мне накануне. — В подарках я не силен, поэтому идем выбирать тебе подарок вместе. Сильно только не наглей, детка. А-то ещё разоришь, пожалуй, — вроде шутил, а тем не менее в его словах я услышала подсознательный страх из серии: «В каждой шутке — доля шутки, все остальное чистая правда».
— Хорошо, роднуль. Ты сам тот еще подарок, — пошутила в ответ, разрядив возникшую невольно неловкость.
Кажется, он сам смутился от собственных слов.
Марченко-старший преподнес жене кастрюлю, которой она с шуткой замахнулась на него, угрожая надеть её на голову благоверного.
Я с любопытством наблюдала за этим представлением. А это было именно оно, потому что у них оказывается такая традиция: сначала напугать жену подарком, потом уже дарить настоящий. Из ювелирного.
Федя подарил маме смартфон, так как старому её телефону уже четыре года, он страшно «лагает», пора ему в утиль.
Мне Анна Николаевна, то есть уже Аня, подарила набор косметических натуральных масел.
Какая она прозорливая. Заметила, что я пользуюсь подобным.
Готовить мужчины Марченко даже в такой день не приучены. Мама семейства их к этому делу не допускает, сама хлопочет по привычке.
— Да ну их! — пояснила мне она свою позицию. — Нажарят картошки, да мяса. Вот и весь их праздничный обед.
Я улыбнулась, понимающе кивая и предлагая свою помощь.
Мужчин попросили временно удалиться и не мешать готовить.
Таким вот образом и получилось, что я иду сейчас за майонезом, радуясь солнечному деньку, и отмахиваясь от уличных торговцев мимозами.
В ближайшем супермаркете выбираю майонез в стеклянной банке. Дороже, зато не так токсично для организма. Уксус в составе данного продукта активно вбирает в себя все вредное из пластиковой упаковки. Нафиг!
Могу себе позволить. И да! Я в этом вопросе зануда. Но мне не перед кем сейчас объясняться и отстаивать свою позицию.
Прихватив еще, кое-что из продуктов на свое усмотрение, я двинулась на кассу, а потом к выходу.
Вот там-то она меня и встретила. Поджидала видимо.
***
Недоуменно хлопнула глазами, заметив препятствие на своём пути, в лице расфуфыренной блондинки в дорогой белой шубке. Посчитав данное событие не более, чем недоразумением, я сделала шаг в сторону.
Ну мало ли? Девица считает себя ПУПкой земли, а смерды должны обходить королеву.
Вот и не буду травмировать психику мамзель, рассудила я, благоразумно решив её обойти. И даже разглядеть её толком не удосужилась. А чего пялиться-то? Что я там не видела?
Однако, как оказалось, «королева» явилась по мою душу, живо среагировав на мой маневр и перегородив мне дорогу.
Я даже на ножку, бедолаге, наступила, и своей эко-авоськой с банкой майонеза её приложила, по инерции, от чего та взвыла:
— Осторожнее можно?! — натурально взвизгнула эта неразумная особь.
«Сама бросалась под тралы танка, а теперь верещит возмущенно», — мысленно закатила я глаза, поправляя на носу очки, которые едва не слетели с меня от нашего столкновения.
— Извините, — пробормотала на автомате, включив воспитание и, присущую этому, вежливость.
Или нет? Подождите! Это я-то танк? Кажется, я всё перепутала.
Мне бы еще больше удивиться, но нет! Интуиция, хоть и с опозданием, отчаянно засемофорила о том, кто это может быть, такой настойчивый.
«Паровоз», к которому на встречу я не стремилась, меня таки нагнал.
— Ева, значит? — пискнули снизу смутно знакомым голосом с эдакой претензией.
Ага, еще с долей презрения.
Уже боюсь, трепещу и плачу.
Соизволила опустить взгляд на пигалицу, которая доставала мне до плеча даже на своих копытцах, то есть, модных сапожках на каблуках против моих удобных «тимберлендов».