Взгляд в Бездну

— Нет, это спасение!
— К оружию, к оружию!
В темную и пыльную пещеру, теперь освещенную, благодаря проходу, раскрытому Валланто, ворвался с десяток живых в форме королевской гвардии. Небритые, осунувшиеся, в руках оружие, на лицах готовность дорого продать свою жизнь, но в то же время понимание, что они обречены.
— Не может быть! – ахнул еще один живой, высунувшийся из-за угла. – Герои! Мы спасены!
Гвардейцы выходили на каменный склон, щурясь от солнца, прикрывая глаза рукой. За ними последовали придворные, один из которых обернулся и крикнул:
— Ваше Величество! Все в порядке, город очищен!
— Что?
— Король жив?
Бран ощущал взгляды в свою сторону, слышал возгласы, но не спешил реагировать, стоял, сложив руки за спиной.
— Дорогу, дорогу, болван! – донесся знакомый голос.
Король Джерард Третий, побледневший и слегка спавший с лица, но все такой же наглый и уверенный в своем превосходстве над окружающими, отпихнул гвардейца, пробился вперед. Надо отдать должное, в этот раз он не пытался делать вид, что его оторвали от важных дел, сразу закричал.
— Бранд Алмазный Кулак! Верный сын Стордора! И вы все…, - взгляд короля упал на Мурка, Джарро и Крадаса, язык его споткнулся только на мгновение, - спасители!
— То есть мы можем рассчитывать на амнистию? – деловито уточнил Мурк.
Бандиты его грабили столицу, попутно вылавливая всех тварей и проклятых, кто еще не вылез, выманивая их на себя, как на живца.
— Конечно, конечно, друзья мои! – воскликнул Джерард громко. – Всем амнистию, всем помилование и награды, титулы, земли!
— Даже мне?! – протолкалась вперед Марена. – Узнаете меня?!
— Маре… на Кладис, - слегка побледнел король Джерард. – Какая… неожиданная, но все равно счастливая встреча! Я рад, что справедливость восторжествовала!
— Справедливость?! – вскинула голову Марена, ноздри ее раздувались, в глазах сверкали молнии, не хуже, чем у Ланы. – ДА КАК СМЕЕШЬ ТЫ ГОВОРИТЬ О СПРАВЕДИВОСТИ?!!
Рука ее отпустила косу, выхватила молот. Древон и скальная черепаха за спиной зашумели, затрубили, поддерживая хозяйку.
— Что за неуважение к королю?
— За такое ее надо покарать!
— Да как смеешь ты дерзить его величеству?
Придворные зароптали, несколько гвардейцев двинули вперед, выхватывая оружие.
— Все, у кого есть претензии к моей внучке, могут высказать их мне, - скучающим тоном заметил Бран.
Гвардейцы остановились, замерли, кто-то сразу отступил, кто-то опустил оружие. За спиной неприкрыто ржал и смеялся Матершинник, от придворных тянуло страхом.
— Вну…чке? – переспросил Джерард, снова споткнувшись на середине слова.
— Дед, да скажи же ты им! – закричала Марена отчаянно. – Как он порвал твою бумагу с амнистией от короля Горхорна! Как хотел нас казнить! Как предал и убил бабушку!
— Что? – переспросил Литанек Копье. – Он убил Плату Укротительницу?!
— Это все ложь, ложь! – воскликнул Джерард. – Я ничего не делал! Мои слуги перестарались! Это все Хорторн! Он запугал меня, окружил своими людьми! Вы же видите, я сам еле спасся!
— Ваше Величество! – жирным голосом воскликнул один из придворных, кто-то новый, незнакомый Брану. – Вы не должны оправдываться перед ними!
— Если король предал Укротительницу, - прошамкала Феола, - то должен.
— Да он Бранда хотел казнить!
— Я не знал, что это Бранд! – взвизгнул Джерард. – Это все Хорторн, Тайная Канцелярия!
Затем он попробовал нырнуть за спины придворных, но Бегун пресек его движение, вытащил обратно перед всеми. Из пещеры выходили еще живые, придворные и гвардейцы, смотрели хмуро, но не лезли. Понимали, что против десятка героев, даже против одного, не сдюжат.
— Вы не имеете пра…! – снова вылез тот же придворный, но замолчал на полуслове.
— Нечего пиздеть вперед старших, - наставительно произнес Матершинник.
Джерард попробовал было открыть рот, но Дж`Онни заткнул и его одним лишь жестом.
— Это же король!
— Да мне насрать, - добродушно сообщил кентавр. – Я вообще с Перты, у нас там королей нет и полная свобода!
Затем Матершинник сделал шаг вперед, копыто его раскололо камень, тон стал угрожающим, подавляющим даже.
— Но если кто-то убивает наших, то он подлежит суду героев!
— Вы не имеете права! – прозвучало это с трусостью отчаяния.
Неудивительно, подумал Бран, если они все тут получили места, благодаря подлизыванию Джерарду.
— Имеем, - заявил Гвидо, слетая с небес вместе с Диналой. – Он имеет.
Рука его указывала на Брана.
— Какой еще суд?! – вскричала Марена. – Разве король дал нам его? Дал его мастеру Касселю?!
Не дал, подумал Бран, но это ничего не меняет. Слишком много неясного было в этой истории с хозяином и его слугами, Стордором и Провалом, взрывами подземелий по всему материку. Он же искал свидетелей? Вот он, свидетель, коронованный, выше просто некуда! А уж знал он или не знал, все это легко можно выяснить во время суда и дальше действовать по обстоятельствам. Даже формальности были соблюдены, то, о чем толковал Гвидо, попытка подлого убийства в спину вместо открытого суда, Бран имел полное право призвать короля Джерарда на суд и потребовать от него ответа.
— Честный и справедливый суд, - ответил Бран, упирая на слово справедливый.
Марена замолчала, сверкая глазами.
— Суд героев. Обыскать дворец, привести всех живых, кто остался, - отдавал распоряжения Бран. – Расчистить центральную площадь, чтобы всем хватило места. Громоптах еще не вернулся? Доставить из храма Ордалии не только авианов, но и живых, кого они спасли. Тех, кто был в Таркенте в момент прорыва. Кто-то может сказать, что не время и не место, поэтому суд будет не только честным и справедливым, но еще и быстрым! Возражений нет? Тогда действуйте!
Живые, кто не относился к свите и охране короля, кинулись в разные стороны. Сам Джерард может и рад был бы возразить, но перебить заклятия Дж`Онни не мог и только страшно вращал глазами.
— Ираниэль и Гатара вижу, а остальные где? – спросил Бран по дороге вниз, к центральной площади.
— Несравненный бард Минт Вольдорс, - с непередаваемой интонацией изрекла Ираниэль, - стал королем Алавии, а принцесса Амали - королевой. Они преподнесли нам в подарок отряд эльфов, благодаря которым мы так быстро добрались сюда.
— Понятно, - ответил Бран и повернулся к Феоле. — Да ты мне команду развалила.
— А ты прямо рвался их учить, - ответила та, не скрывая сарказма.