Не мой вариант
– Жизель? – слышу я шепот.
Я изображаю глубокое дыхание, еще крепче зажмуриваю глаза.
Он возится у меня за спиной, но не переползает через меня, а вопреки моему ожиданию переваливается через спинку дивана и с шумом приземляется на пол. Судя по звуку шагов, он отправился в кухню; судя по звукам оттуда, открывает холодильник, что-то берет и уходит к себе в комнату. Дверь открывается и почти неслышно затворяется.
Я вскакиваю и тороплюсь к себе. На часах 11:30. Час на то, чтобы принять душ и одеться, еще полчаса на дорогу до Дейзи.
Через полчаса, когда я сушу волосы, он стучится в дверь моей ванной. Я слегка приоткрываю дверь.
Он вопросительно смотрит мне в глаза, потом рассматривает мой синий кружевной халатик до бедер, приобретенный в магазинчике в центре. Он идет к моим глазам, этого хватило, чтобы решиться на покупку.
– Я сварил тебе кофе и подогрел оставшиеся маффины. Знаю, ты торопишься.
– Спасибо.
– Тебе спасибо за вчерашний вечер и за сегодняшнее утро. – Его взгляд выдает колебание.
– Всегда пожалуйста, – отвечаю я, шире открывая дверь ногой. На нем летние брюки в синюю полоску, такой же пиджак, белая рубашка, контрастирующая с загаром. Ремень тоже полосатый, коричневые лоферы надеты на босу ногу. Судя по тому, как щегольски все это на нем сидит, он заплатил за это больше, чем я плачу за квартиру. Девон пожимает плечами, я восторженно разеваю рот. Его зачесанные назад темные волосы завораживающе блестят. От такого вида – не иначе, я испустила дух и очутилась в раю его имени – остается только пускать слюни. Он неотразим. Сексуален. Взрыв яичников, вот что это такое.
– Куда ты идешь? – спрашиваю я, пряча разочарование: сегодняшний день мы проведем врозь.
Он опять пожимает плечами и поправляет белый платочек в нагрудном кармане пиджака.
– Надо увидеться с Лоренсом.
У меня проблема с дыханием. С Лоренсом – в таком виде?
– Как ты умудрился так быстро принять душ, одеться и сварить кофе?
– Рывок вперед на старте. Я встал раньше тебя. Разве я не первым проснулся?
Я борюсь с желанием развеять его заблуждение. Показываю на фен.
– Волосы отнимают уйму времени.
– Тебе нужна помощь перед встречей с Майком? Советы в последнюю минуту? – Он разыгрывает беззаботность, но его выдает бесстрастное напряженное лицо.
– Ах да, Майк, старое увлечение. Жду не дождусь. – Я корчу соответствующую гримасу.
Он направляется в мою комнату.
– Что ты наденешь? Начнем с этого.
Он принимается шарить в платяном шкафу. Там почти пусто: несколько юбок, платья, две пары джинсов, невеликий выбор блузок.
Он достает длинное платье.
– Вот это.
Я удивленно смотрю на золотистых щенков, гоняющихся по бархату за малиновкой на фоне прелестного пасторального пейзажа с высокими деревьями и пологими холмами.
– Это гавайское платье, подарок для Миртл, я забыла его ей отдать. Мне оно велико на пять размеров, на мне оно повиснет, как занавеска в ванной.
– И шлепанцы, – продолжает он, словно не слышал моего вердикта. – Минимум косметики, никаких духов.
– У тебя сугубо мужское представление о моде. Спишем это на недосып. – Я проскальзываю мимо него и на бегу отнимаю у него платье. При этом полы моего халата расходятся, он проявляет интерес к моему декольте. Повесив на место гавайский балахон, я достаю и прикладываю к себе одно за другим два новых платья.
– Мотоциклетное красное или черное без спины? – Я верчу платья. – У меня есть белье для обоих.
Он присвистывает.
У красного, вернее малинового, платья на несколько дюймов выше колен длинный разрез с прозрачным черным кружевом на спине и корсаж с бретелькой через шею. Черное платье еще короче, у него кокетливая, как у фигуристки, юбочка, круглый вырез на груди и, как было сказано, робкое кружево вместо спины.
Он все еще настаивает на платье Миртл.
– От щенят все всегда без ума. У него, кажется, есть дочь?
Я не помню, говорила ли ему об этом.
– Мне надо произвести впечатление на отца, а не на ребенка. – Я достаю черные туфли из одних ремешков на трехдюймовой шпильке. – Туфли подходят под оба платья. Ну, от которого мужчина подавится куриной ножкой?
Он долго на меня таращится.
– От черного.
Я улыбаюсь, но глаза в улыбке не участвуют. Я хочу наряжаться для него, хочу, чтобы у меня на дне рождения был он.
– Решено. Будем надеяться, что ему понравится.
Девон направляется к двери и, не оборачиваясь, бормочет:
– Он будет в восторге.
– Ты ревнуешь? – Он не может ждать, чтобы я отказалась от встречи с Майком, после того как исчерпывающе описал наши отношения.
Я иду за ним по коридору. Он, не отвечая, доходит до двери пентхауса, берет ключи, потом, размяв шею, поворачивается ко мне. Мы смотрим друг на друга.
Все, что было накануне вечером – клуб, Синди, его удары по стене, – вскипает, как булькающее варево из эмоций и недодуманных мыслей; теперь, после его ласк на диване и глупых советов об одежде, все это идет вразнос.
– Ревнуешь, ревнуешь! Не хочешь, а ревнуешь. – Мой голос звенит от прорвавшейся правды. Он меня хочет – возможно, это даже больше, чем желание. Прячущаяся у меня внутри страстная девушка просится наружу. С нее довольно, она требует своего.
Он глубоко вздыхает, оглядывает меня своими зелеными глазами и берется за дверную руку.
– До чего же мне все это надоело. Брандт, Грег, тот, вчера вечером, черт, все они тебя не достойны, Жизель, и я тоже, но я тебя хочу, и я на перепутье: либо налево, либо направо, к тебе. Я боюсь, что ты, не знаю… причинишь мне боль. – Он тяжело дышит. – Мне надо идти.
И он убегает.
Вместо себя он оставляет безвоздушное пространство. Я плетусь в гостиную и падаю в кресло. Впусти меня, Девон. Пожалуйста, впусти.
19
ЖизельСолнце жарит вовсю, когда без нескольких минут час я вкатываюсь на «Мазерати» на мамину подъездную аллею. Там стоит только мамин «Кадиллак», и я облегченно перевожу дух. Наверное, тетя Клара еще занята, Тофер тоже. Не исключено, что обедать будем только мы с мамой. Вся в волнении из-за динамики наших с Девоном отношений, я просто хочу посидеть у нее, поесть, вернуться и дождаться его. Я уже вылезаю из машины, как вдруг звонит мой телефон. Номер мне неизвестен. Считая, что это кто-то из моих студентов, я принимаю звонок. На следующей неделе финальные экзамены, и я могу быть им нужна.
– Алло.
– Жизель Райли?