Чужая земля
Медведь взмахнул кулаком и повернулся к Сахарову, заместителю председателя губсовнархоза:
– А ну-ка, Сашко, заводи нашу, чтоб кровь в жилах закипела!
Сахаров встал и ровным, хорошо поставленным баритоном запел:
– Белая армия, черный барон Снова готовят нам царский трон…
Гости, как по команде, вскочили и дружно подхватили:
– Но от тайги до британских морей Красная армия всех сильней…
Глаза загорелись задорным юношеским блеском, плечи расправились, вмиг исчезли хмель и усталость.
– Так пусть же Красная Сжимает яростно Свой штык мозолистой рукой. И все должны мы неудержимо Идти в последний смертный бой!..
Голоса сливались в сильный слаженный хор:
Красная армия – марш, марш вперед! Реввоенсовет нас в бой зовет. Ведь от тайги до британских морей Красная армия всех сильней!..
Песня вызывала из глубин души самые светлые и чистые порывы, на которые только были способны эти люди. Сильные и прекрасные качества русского характера обрели в сердцах большевиков новый смысл, до конца понятный и оправданный лишь теми, кто был членом сей невиданной касты. Вся мрачная суровость средневековых орденов, кромешные радения Ивановых опричников, сектантская истерия раскольников и хлыстов представлялись невинной забавой по сравнению с большевистским сообществом.
…Гремела боевая песня, вырывалась в тишину ночи, заставляя вздрагивать мирных обывателей и темные безмолвные небеса.