Созвучно сердцу

— Что такое? — удивилась она.
Стоило только понять, что Маретта — и есть та, кого любит Нирсис, мне захотелось немедленно убедить её, что он — потрясающий мужчина и самый восхитительный инкуб во всём Араланкаре. Но как это сделать? Как вообще могло получиться, что два таких удивительных человека до сих пор не вместе? Чем он ей не понравился?
— Илэрия?
— Ничего, — отозвалась, ёрзая на стуле. — Просто не ожидала, что у тебя тоже есть благословение.
Чтобы втянуть её в разговор, пришлось поступиться привычками и показать своё запястье. Ожидаемо, Маретта изумлённо уставилась на мои цветы и не сдержалась:
— Сразу три? Так бывает?
— Представляешь, как я сначала растерялась? Хорошо хоть сейчас всё начало налаживаться. А у тебя давно они появились? Как вы встретились?
— Давно, — она задумчиво отпила чай. — Ты никогда не хотела отказаться от благословения и выбрать кого-нибудь сама?
— Ещё как хотела! Тот, кого подсунула богиня, оказался совсем не таким, как я мечтала! Честно говоря, я его и сейчас иногда побаиваюсь! Если б не один замечательный инкуб, посоветовавший присмотреться друг к другу и не спешить с принятием решений, у нас, наверное, ничего бы и не получилось.
— «Замечательный инкуб»? — повторила Маретта тихо, сама не замечая, что повторяет пальцами узор знака.
— Лорд Нирсис. Я у него платья заказывала. Никогда не думала, что инкубы такие поразительные!
— И красивые.
— Не то слово! Он, наверное, самый красивый мужчина в Империи! Странно только, что до сих пор один. Наверное, ждёт кого-то особенного, не иначе.
Маретта нахмурилась и не ответила. Было видно, что она расстроена, но я никак не могла понять, почему. Чем обаятельный, мягкий и приятный во всех отношениях лорд ей не угодил? Это же не упрямый дракон или ревнивый оборотень, как с таким вообще можно поссориться?
За время нашего отсутствия в зале произошли перемены: вернулся тёмный и лорд Алер. Выглядели они устало и, наверняка, уже забыли, когда в последний раз нормально спали и ели, но оборотень всё равно встретился со мной бархатным взглядом и улыбнулся.
Я не хотела демонстрировать наши особые отношения при посторонних, но, как ни старалась, снова не сумела скрыть тёплую ответную улыбку. Кажется, это ему и нравилось, потому что в такие моменты он всегда чуть прикрывал веки, становясь похожим на довольного и сытого зверя.
В последние дни мы мало бывали наедине, и я всё чаще ловила себя на мысли, что скучаю. Совершенно неожиданно мне стало не хватать наших разговоров в каком-нибудь ресторане, опустевшем к ночи зале или — очень редко — в моей гостиной.
Он приходил туда только дважды. Когда тихий стук в дверь раздался в первый раз, я собиралась спать и немало удивилась, обнаружив на пороге лорда Алера с букетом ирисов. Не представляю, где он их раздобыл: в Империи мне такие не встречались. На белоснежные лепестки словно капнули пронзительно-синей краской, оставив яркие разводы.
Пока я суетилась, ища вазу, оборотень устроился в одном из кресел и рассказывал о прошедшем дне. Поначалу у нас всегда было только так: он говорит — я слушаю. В конце концов, чем я могла его заинтересовать? Не лекциями же об артефактах и не историями из детства. Но оказалось, ему и это интересно. Ему вообще всё было интересно. И постепенно мне тоже стало неважно, о чём именно говорить, потому что я ещё никогда в жизни не встречала такого невероятного собеседника. Наян не кивал в такт головой, не перебивал, не торопил, а просто смотрел — спокойно и понимающе. Никто и никогда не слушал меня вот так, будто всё, что я говорю — очень важно. Казалось, он постоянно старается услышать нечто большее, чем просто слова. Старается уловить все оттенки чувств и мыслей.
Наверное, именно тогда я впервые и почувствовала, что оборотень, сидящий напротив, близкий и отчасти родной. Тот, кому можно доверять. Меня тянуло к нему, и привычная настороженность сдавала позиции.
Возникшее внутри тёплое и светлое чувство ещё не было любовью, но и простой симпатией уже совершенно точно не являлось. И даже не зная, насколько это взаимно, я позволила ему поселиться в душе, пустить в ней корни. Тщательно возведённая защита покрывалась трещинами и истончалась. Я знала, что дальше станет только хуже. Остаться полностью уязвимой для другого человека — страшно и в то же время соблазнительно. Довериться, полюбить и разочароваться — ужасно, но если доверие оправдается, а любовь окажется настоящей, это стоит любого риска.
Заканчивая работать над перстнем для лорда Алера, я почти не обращала внимания на происходящее во дворце и чуть не пропустила новости.
— Что-то сегодня у нас совсем пусто, — проговорила, обведя взглядом столы. — И вчера тоже.
Как мне вручить свой подарок, если оборотень уже второй день неизвестно где?
— Ты не слышала? — удивилась Маретта. — Вчера в малом бальном зале на Его Высочество Беарила упала люстра!
— Он жив? — побледнела я, вспомнив гигантский подвесной каркас.
— К счастью, да. Телохранитель услышал, как рвётся цепочка, и успел оттолкнуть принца в сторону. Теперь все наши проверяют присутствовавших и ищут, кто повредил звенья. Император потребовал, чтобы преступника поймали до Бала Равноденствия.
— Когда это всё, наконец, закончится?
Атмосфера постоянной опасности действовала на меня изнуряюще. Как тут нормально работать, когда за любым поворотом может таиться злодей? Что, если кто-то из них случайно проберётся ко мне в покои?
— Это же Империя! Свергать кого-нибудь уже почти стало традицией, — рассмеялась девушка. — Скорее уж светлые на наш трон сядут или лорды между собой согласятся, чем во дворце прекратятся заговоры!
Похожее выражение, но в разных вариациях, я слышала уже несколько раз. Никто никогда не конкретизировал, о каких именно лордах идёт речь, но по насмешливым взглядам магов догадаться оказалось не трудно.
Интересно, а сами-то лорды Алер знают, что о них уже пословицы начали придумывать?
Я понимала, конечно, что ни один из братьев не станет внимать миротворческим призывам, но всё же не отказывалась от этой затеи. В конце концов, не так уж они и отличаются друг от друга. Мисталь, когда нужно, ничуть не менее серьёзен, чем Наян, и оба они любители поиздеваться над собеседником. Последний просто делает это незаметно. Наверняка, если получится найти для них какое-то общее дело, то рано или поздно близнецы забудут о разногласиях. По крайней мере, с моими племянниками это срабатывало безотказно.
До самой ночи никто так и не появился. Расстроившись, я ушла в свои покои и, прихватив книгу, вытянулась на кровати. Не то чтобы среди описываемых автором способов крепления камней внезапно обнаружилось нечто новое, но мне нужно было отдохнуть и выспаться.
Почти неразличимый, знакомый стук прямо в дверь спальни заставил сердце зайтись радостным и взволнованным трепетом.