Нумансия
Часть 20 из 22 Информация о книге
М а р и й
Что это, святые боги!Ю г у р т а
Чему ты изумляешься?М а р и й
Тому, чтоПередо мной озера красной крови,По улицам Нумансии простертыТысячи трупов.С ц и п и о н
А живых не видно?М а р и й
Живых, должно быть, нет. По крайней мере,Мне на глаза таких не попадалось.С ц и п и о н
Так спрыгни вниз, все рассмотри подробно.Гай Марий прыгает со стены в город.За ним последуй ты, мой друг Югурта,А за тобою — мы.Ю г у р т а
Такая спешкаТебе не полагается по сану.Умерь свой пыл, начальник храбрый. БудемЖдать возвращенья Мария с отчетомО том, что происходит в непокорнойНумансии. Придерживайте крепчеМне лестницу. О праведное небо!Да! зрелище ужасное и вместеПрискорбное встает перед глазами…Как страшно это все! Горячей кровьюВся полита земля. И всюду трупы —На площадях, на улицах… Хочу яСам спрыгнуть вниз и разглядеть получше.Югурта прыгает в город, а Квинт Фабий говорит:
Ф а б и й
Сомнений нет, зверей нумансианскихИх варварская ярость побудила,Когда они отчаялись в спасенье,Подставить головы свои железуСвоих мечей… На все пойти готовыОни, чтоб не отдаться в руки нашиПобедоносные. — Угроза этаДля них всего на свете ненавистней.С ц и п и о н
Когда б один-единственный осталсяИз них в живых, нетрудно было б в РимеВсем доказать, что до конца сломил яТот дерзостный народ, который РимуВрагом смертельным был; народ упрямцев,Которые бросались на любуюОпасность, как на праздник… Ни единыйПохвастаться не может римский воин,Что спину повернуть нумансианцаЗаставил он когда-нибудь. И храбростьОтчаянная их на ратном полеПричиною была, что применил яК ним средство, применяемое к дикимЗверям. Я запер их. И эта хитростьМне принесла триумф, который силойНе мог я взять. Но вот уже как-будтоГай Марий возвращается… Что скажешь?Гай Марий возвращается, соскакивая со стены. Он говорит:
М а р и й
Напрасно, вождь, умом и силой славный,Отряды войск у крепости столпились.И твой пропал напрасно труд державный,Победы в дым и ветер превратились,Хоть мы, приблизив к нам успех конечный.Твой замысел исполнить торопились.Конец — столь жалостный, столь быстротечный —Нумансии не знавшей пораженья,В веках себя покроет славой вечной!Увидя в смерти — вместо униженья —Величье, вырвали триумф заветныйОни у нас, ускорив приближеньеКончины в о л ь н о. Оказались тщетныРасчеты все. — Дух чести изначальныйНе сломишь силой воинской несметной!..Сам сжег себя народ многострадальный, —Кто их судьбою лютой не смутится!О длинной повести конец печальный!Нумансия успела превратитьсяВ озера крови. И в озера этиНе могут трупов тысячи вместиться.От тех цепей, которых нет на светеСтрашней и тяжелей, освобожденьяНарод добился — от бича и плети!На площади горит без огражденьяКостер и пожирает скарба кучиИ тел истерзанных нагроможденье.И вот что мне помог увидеть случай:С волнением спешу вам рассказать я,Как гордо умер Теоген могучий.Он, посылая горькие проклятьяВеленьям Рока грозным, в то мгновенье,Когда раскрылись пламени объятья,Так закричал: «Надеюсь, песнопеньеСложить про храбрых слава не забудетИ описать тупое изумленье,В котором гордый римлянин пребудет,Увидев, что добыча дымом стала,Что он шипы взамен цветов добудет…»По городу я побродил немало,И многое на улицах заметил,Нумансианцев же — как не бывало.Ни одного я жителя не встретил,Не мог нигде ни одного живогоВзять пленника, который бы ответилНам толком, под влиянием какогоЧудовищного бреда порешилиОни приход конца ускорить злого.С ц и п и о н
Заранее они меня лишилиВсех добрых чувств и варварски жестокимУбийцею меня вообразили.Как будто состраданием глубокимПроникнуться к сраженным я не в силах?..Мне долгом предначертано высокимПрощать врагов, когда я победил их! —Нумансианцам Сципион окажетБольшую милость. Он уже простил их.Ф а б и й
Вот твой Югурта. Пусть тебе он скажет(Хоть в гневе он) о том, что знать желаешь…Он просьбу сципионову уважит.Югурта возвращается с той же стены.
Ю г у р т а
Ты зря себя заботой угнетаешь:Отныне применяй в другой стране тыТе замыслы, в которых ты не знаешьСоперника. В Нумансии себе тыПоживы не найдешь. Судьбы постылойКонца там ждет, нарядно приодетый,Как перст, один на башне, видом милыйПодросток. Нам он, — думать основаньеИмею, — скрасит наш триумф унылый!