Школа в наследство для попаданки – 2. Жена некроманта

– Я очень люблю тебя, Джули. Так сильно, что боюсь сам себя. Боюсь, что однажды…
Он резко замолк. Но Юля прекрасно знала, о чем он хотел сказать и не сказал.
Поддаваясь порыву, она вскинула руки, оплела его за шею и притянула к себе.
– Не бойся, – шепнула в губы. – Ты – не твой отец, а я – не твоя мать. Забудь прошлое, хватит думать о нем, хватит кормить своих демонов. Теперь я – твое будущее, я – твое настоящее, а ты – мое.
А потом уже громче добавила:
– Я очень люблю тебя, Дерек Вандербильт. Только попробуй посмотреть на кого-нибудь, кроме меня!
 
Глава 28
Спустя три недели в главном столичном храме Дивины все было готово для сакрального обряда Наречения. За это время Юля с детворой не раз и не два перечитала “Книгу Имен” в поисках подходящих. Из ста пятидесяти воспитанников Школы почти у сорока были лишь прозвища.
Накануне обряда Юля безапелляционным тоном сообщила супругу:
– Я дам мальчикам свое родовое имя Гейбл, а девочкам – имя тетушки Бронсон.
– Ты уверена? – Дерек заглянул ей в глаза. – Не пожалеешь? Это очень серьезный шаг. Фактически ты признаешь этих детей своими родственниками. Почти сыновьями и дочерями.
С недавних пор супруги перешли на “ты”, что сблизило их еще больше, правда, такую вольность позволяли себе, только оставаясь наедине.
– Знаю, – Юля флегматично пожала плечами. – Но ведь моя школа и так подразумевает выходное пособие каждому выпускнику. Вот и будем считать, что это приданое для “дочерей” и доля наследства “сынам”.
– А как ты себя чувствуешь? – он всмотрелся в ее лицо. – Слабость еще не прошла?
Она отмахнулась:
– Со мной все хорошо, не переживай.
Дерек покачал головой:
– Мне не нравятся твои головокружения, участившиеся последнее время. Все-таки нужно показать тебя лекарю.
– Я просто слегка переутомилась. Вот высплюсь – и все пройдет. Честно-честно!
– И когда же ты собираешься выспаться?
– Как только закончу с этими бумагами, – Юля указала на стопки, завалившие письменный стол.
Герцог вздохнул: он давно уже понял, что спорить с герцогиней Вандербильт абсолютно бессмысленно. Нужно просто брать ее в свои руки! Чем он тут же с удовольствием и занялся. Покинул кресло, в котором сидел, подхватил супругу на руки, не замечая ни ее возмущенного писка, ни медленно планирующих на пол бумаг, ногой открыл дверь в смежную спальню и веско сказал:
– Завтра тяжелый день! Нам всем надо выспаться!
Но, судя по его жаркому взгляду, речь шла не о сне…

***

На следующий день герцогиня бодро встала из постели и с помощью камеристки собралась на обряд Наречения.
Дерек тоже не остался в стороне. Ведь это ему пришлось убеждать главного жреца провести обряд. Вредный лысый старик в расшитой золотом мантии упирался, что никогда еще в Альбионе не случалось такого, чтобы имена давали не новорожденным младенцам, а подозрительным сорванцам. Но увесистый кошелек, полный герцогского золота, да тяжелый, полный предупреждения взгляд некроманта быстро заставили “святого отца” пересмотреть устаревшие взгляды.
Когда Юля с воспитанниками прибыла к храму, там уже ждали маги-беспризорники, спасенные Вандербильтом.
Все эти дни герцог и его подчиненные обучали найденышей контролировать силу. Только вчера Дерек окончательно убедился, что они безопасны. Теперь мальчишки с восторгом крутились на площади, разглядывали величественный храм и совсем не напоминали прежних заморышей.
Подойдя, Юля вежливо поздоровалась и тихонько, почти на ухо, спросила у каждого мальчика, какое имя он хотел бы носить. За ее спиной, вытянув от любопытства шеи и насторожив уши, застыли воспитанники школы.
– Адриано, – прошептал светловолосый малыш-некромант, застенчиво одергивая форменную курточку.
– Какое красивое имя! – восхитилась герцогиня. – А где ты его услышал?
– Так звали моего отца, – потупился мальчик, – матушка часто его вспоминала, пока… была трезвой.
– Хорошо, ты будешь Адриано! – Юля быстро написала имя карандашом на листке бумаги и вручила его ребенку.
– Питер, – сказал мальчик постарше.
– Джеймс! – еще один выбрал свое будущее.
– Лиандр.
– Какое интересное имя, где ты его слышал?
– Господин аптекарь, которому я помогал разносить лекарства, иногда рассказывал мне древние легенды…
– Великолепное имя и достойная судьба!
Когда все желаемые имена были записаны, дети стайкой вошли в храм, где у статуи богини уже ожидал храмовник.
– Дивина Пресветлая, Мать всего сущего, прими чад этих пред лицом твоим. И даруй им новую жизнь и новые имена! – протянул он гнусавым голосом и оглядел толпу детей. – Кто приводит чад сих к лику богини?
Юля решительно шагнула вперед:
– Герцогиня Вандербильт!
– Будьте же матерью в очах Пресветлой этим детям!
– И герцог Вандербильт, – раздался позади Юли спокойный знакомый голос.
Она радостно обернулась: Дерек здесь!
А вот жрец уныло скривился. Присутствие некроманта в храме светлой богини – настоящее святотатство. Но дары, так щедро отпущенные Вандербильтом вчера, заставили “святого отца” вернуться к обряду.
– Будьте же отцом этим детям перед ликом богини! – прогнусавил он, стараясь не смотреть некроманту в глаза.
Пальцы Юли и Дерека на секунду переплелись в молчаливой поддержке. Дети притихли, придавленные полумраком, царившим в храме, блеском внутреннего убранства и сотнями огоньков, мерцавших у подножия статуи, на стенах и высоком сводчатом потолке. В храме пахло воском, редкими маслами и старой бумагой. А сам жрец – тощий лысый старик со съехавшей на одно ухо тиарой – напоминал привидение в белых одеждах.
Подойдя к нареченным родителям, он накапал немного масла на ладони герцогской четы и велел поочередно погладить всех детей по волосам, нарекая новыми именами.
Не сговариваясь, новоиспеченные родители начали с присмиревших малышей, а затем перешли к старшим.
– Эльза, Адриано, Питер, Юдифь…
Юля с удивлением поглядывала на свою ладонь. Кожу покалывало каждый раз, как она касалась ребенка, даже какие-то искорки мелькали. Ей казалось, она делится с каждым мальчиком, с каждой девочкой капелькой своего света, своего жизненного тепла. И они расправляют плечи, выпрямляются, меняются прямо на глазах.
– Богиня даровала вам новые имена и новые судьбы. Будьте же достойны ее великой милости! – благословил детей на прощание храмовник, и те, все еще под впечатлением от ритуала, поклонились в ответ.