Страна грез
Эш, пепел – то, что оставляет огонь после того, как горящее прогорает дотла.
Символ преходящей природы человеческой жизни. Или, как сказали бы маниту, он напоминает человеку о его Колесе, вращающемся, как времена года. Жизнь может казаться короткой, но она всегда начинает вращаться снова.
Эш, ясень, в кельтских мистериях был деревом, соединявшим внутренний и внешний миры. Иггдрасиль, Древо Мира, на котором висел Один, чтобы обрести просветление.
В огамическом письме друидов место Одина занимал Гвидион, и с ним все было еще таинственнее. Друиды называли это дерево Нуин, и для них оно связывало три круга бытия – которые одни называли прошлым, настоящим и будущим, а другие – беспорядком, равновесием и творящей силой.
Круги.
Колеса.
Чем же это делало Лусвен?
«Мы наполняем мир духов грезами,» – сказали ей маниту.
Означало ли это, что это они создали Лусвен как проводницу для нее, или Лусвен была тем, чем могла стать Эш, когда вырастет?
«Я – то, чем ты могла бы стать,» – сказала ей Лусвен, когда Эш в последний раз спросила ее, кто она.
– Эш!
Эш моргнула и повернулась к кузине.
– У тебя был такой вид, будто ты где-то совсем далеко, – сказала Нина.
– Я и была.
Она рассказала Нине, о чем думала, наслаждаясь простой радостью делиться такими вещами с кем-то – с кем-то твоего возраста, с кем-то, кому можешь доверять.
– Это значит, что твой тотем – ясень? – спросила Нина, когда Эш рассказала все. – Такое бывает вообще?
– Не знаю.
– Как бы это узнать наверняка? – задумалась Нина.
Эш долго не отвечала ничего. Она поглаживала пальцами амулеты на браслете, который Лусвен дала ей, и вспомнила о гранате.
Определенно, нужно вспомнить эту филигрань.
– Есть только один способ, – ответила она наконец.
***Они нашли Боунза в Фитцгенри-Парке, где он обрабатывал какую-то туристку. Они стояли совсем близко, глядя на разбросанные косточки, на то, как аккуратно его пальцы повторяли в воздухе над ними их расклад. Когда он, наконец, закончил, и туристка отошла, выразив свое восхищение десятидолларовой бумажкой, которую опустила в деревянную чашу, стоявшую возле его колена, Боунз повернулся к девочкам.
– Ну, привет, – сказал он.
Его клоунские глаза были теми же – сумасшедшие веселые огоньки плясали в их темных глубинах.
– Пришли послушать маленькие тайны, которые говорят через меня? – добавил он с улыбкой.
Эш покачала головой.
– Покажи нам, как путешествовать по миру духов, – сказала она.