Синдром одиночества

Взволнованные и веселые, они подходили к воротам школы.
— Аэлита? — Аля вздрогнула. Мужской голос был очень знакомый. Но она никак не могла вспомнить, кто этот мужчина, окликнувший ее? Рядом с ним важно шагал мальчуган с ранцем и цветами. Явно — первоклассник.
— Не узнаете?
— Извините, нет.
— Дмитрий, — представился он. — Аля вспыхнула, вспомнив новогоднюю вечеринку и свою дурацкую выходку.
— Теперь вспомнила. Тоже первый раз?
— Да. Вот поручили отвести внука.
Аля удивленно вскинула брови:
— Внука?
— Ну да. Мой старший, Валерка, рано женился. И вот осчастливил меня. Я — самый молодой дедушка. А младшего, Сергея, недавно в армию проводили. Вырастил своих сорванцов, а теперь вот — Пашка на мне. Молодежь на работе, а у меня выходной.
Он говорил быстро и много. Але это было кстати — они уже подходили к крыльцу, и она надеялась, что ей не придется объяснять старому знакомому, почему рядом с ними нет Аркадия.
Перед школой было шумно. Гремела музыка. Сновали озабоченные учителя. Бегал организатор. Все готовились к праздничной линейке.
Аля с облегчением вздохнула, когда директор школы объявила открытие праздника…
Аэлита отпросилась с работы, чтобы встретить Дашу из школы. Она по-прежнему работала в детском саду, хотя уже не было надобности ежедневно опекать дочку. Ей нравилась эта работа, и она не раз отказывалась от выгодных предложений перейти на прием в поликлинику или в отделение, хотя зарплата в детском саду была мизерная.
Здесь ее окружали дети, и она с радостью заботилась об их здоровье. Быть может, старалась таким образом заглушить муки совести за содеянный в молодости грех.
Подходя к школе, Лита издали увидела старого нового знакомого. Общаться с ним не было никакого желания. Но он уже заметил ее и направлялся навстречу. Отступать было некуда. Она приготовилась осадить его холодностью, чтобы сразу расставить акценты. Дмитрий опередил ее:
— Привет! — его фамильярность возмутила.
— Здравствуйте, — холодно парировала она.
— Как здорово, что мой внук и твоя дочка будут учиться вместе!
— Что же здесь такого? — продолжать беседу не хотелось. Она намеренно достала телефон и позвонила единственной близкой подруге:
— Привет, Томочка. Как со временем?
— А что, есть предложение?
— У Дашеньки сегодня праздник — первый школьный день. Предлагаю отметить в кафе. Встретимся в «Изабелле» через полчасика. А?
— О, кей. Договорились.
Дмитрий, радостно сияя, сообщил:
— А мы с Пашкой тоже хотели после школы «гульнуть». Можно к вам присоединиться? Веселее будет. Да и дети, думаю, тоже будут в восторге?
— Знаете, Дмитрий, я давно не виделась с подругой, да и дочке обещала…
Она не договорила, потому что из дверей школы уже неслась Дашка, радостно размахивающая бантиками, оказавшимися не в косичках, а у нее в руке. Ярко-рыжая копна волос разметалась по ее плечам, и казалось, будто солнце, вдруг решившее опуститься на землю, стремительно приближается к Але.
Рыжеволосое чудо — Алькина радость и умиление. Ведь естественный цвет ее волос — тоже был когда-то рыжий. В угоду модным тенденциям она давно стала блондинкой. А огненный цвет пышной шевелюры ее золотца как бы подчеркивал их кровное родство, демонстрируемое Литой при каждом удобном случае. Кроме нее и Аркадия никто не был посвящен в тайну удочерения.
За мчащимся огненным сокровищем едва поспевал мальчишка с двумя рюкзаками, в одном из которых Аля узнала Дашкин. А мальчик, с трудом тащивший свой и Дашкин рюкзачки, оказался не кем иным, как внуком Дмитрия. Тот поспешил на помощь внуку.
Дашка уже повисла на руках у матери:
— Мамусик, я так устала. Ты обещала кафешку, тортик, мороженое. Все в силе? — это был не вопрос, а скорее утверждение, не терпящее возражений. Характер у Дашки с младенчества был тот еще.
— Да, конечно, малыш.
— Мам, — губки уже надулись, и дальше шепотом: — какой я тебе малыш! Я уже школьница. — И безо всяких переходов:
— А можно Пашка тоже с нами?
— Дарья, — строго пыталась урезонить ее Аля, но не тут-то было.
— Мамочка, дорогая, любимая, я уже его пригласила, — не унималась хулиганка.
— Так мы ничего против и не имеем, — встрял в эту бурную сцену Дмитрий. Он поправлял ранец на спине у внука и другой рукой удерживал рюкзачок Дашки.
Что тут можно было поделать? Пришлось отправиться в кафе всей гурьбой.
Праздник для детей удался. Им действительно было веселее вдвоем. Тома пыталась многозначительными взглядами хоть что-то вытащить из подруги, но та была невозмутима и подчеркнуто вежлива с Дмитрием.
    
Глава 25
 
Оно мне надо?
 
«Вот и встретились два одиночества…» Им бы сразу костер разжигать. Но каждый рассматривал развитие дальнейшего сюжета по-своему. У каждого были в жизни свои приоритеты…
Аэлита
— Вот навязался же на мою голову! Никто нам с Дашкой не нужен. Нам так хорошо вдвоем. Тихо. Спокойно. Если и правда, что семья — оазис счастья, любви и покоя, то все это у нас есть. А то, что семья должна быть полной, так это выдумки. Господи, как хорошо прийти домой и не думать о том, где и с кем та самая твоя половинка! Даша — вот кто моя вторая половинка. За нее — в огонь и в воду. Для нее — вся моя жизнь.
Так думала молодая женщина, возвращаясь с работы домой, где ее уже ждала дочка.
— Мамусик, — кинулась Дашка обнимать Алю, — знаешь, где мы сегодня с Пашкой были? Его дедушка после уроков водил нас в пиццерию! Мы так налопались! Я твой суп даже не стала есть, когда пришла домой.
Аля опустилась на стул в прихожей:
— Ну вот, опять этот дедушка! Как же он мне надоел! И детей кормит чем попало. — Дашенька, дочка, я же просила никуда после школы не ходить.
— Но ведь дядя Дима всегда провожает меня домой из школы, и тебя это устраивает, — возразила малая шкодница, лукаво улыбаясь.
— Да, меня это вполне устраивает, потому что в это время я на работе. Но мы не договаривались, что он будет таскать вас по всяким злачным местам!
— А что такое злачные места? — не унималась Даша?
— Это те места, куда не стоит ходить обедать, — отмахнулась Аля. — И вообще, сухой перекус вместо супа — прямая дорога к гастриту.
— Мамулечка, да мы не просто перекусили. Мы так наелись, что дышать не могли!
— Ну ладно, я поговорю с дядей Димой. Обещай, что после школы ты с ними больше никуда не пойдешь. Проводили до дома и — до свиданья. Хорошо?