Сила рода. Том 1 и Том 2

Парням я, конечно, шутку объяснять не стал, да и не был уверен, что смогу. Лишь сказал, что это основа под его новый молот.
Мол, рифленая рукоять символизирует удобство, а тяжелый метал самой ручки — неспешность и осмотрительность.
Ну а навершие он, как будущий Воин и Инженер, должен найти себе сам.
Мирон впечатлился, а ребята с завистью посмотрели на только что бесполезную палку, которая в мгновение ока превратилась в часть составного артефакта.
А я смотрел на всплывшее передо мной уведомление и немножечко офигевал:
Внимание! Вы дали задание члену своей команды!
К выполнению задания подготовьте соответствующую награду
Награда: Лидерство +1
Штраф: титул Балабол
Впрочем, по здравому размышлению, изучение сообщений я решил оставить на потом.
К тому же, Фил как раз подошел к самому интересному моменту.
Поставив с помощью зелья Мирона на ноги, ребята отвезли паука к нам и выгрузили его между домом и таверной.
Очень не хватало какого-нибудь склада или мастерской, но Фил, как наш счетовод, предложил элегантный выход.
Он оббежал весь рынок и барахолку. Которые, казалось, работали чуть ли не круглосуточно, и притащил к дому самый настоящий шатёр.
Шатёр был поврежден в одной из пьяных драк и торговец запросил за него всего семь серебрушек. Сошлись на трех.
Шатёр с помощью Алексии и Айны, безжалостно разрезали, опалили края и пробили медные заклепки.
Затем, при помощи солдат Жижека и воздушной поддержки Алексии, получившийся тент натянули между домом и таверной.
А учитывая, что наш домик и таверна находились, грубо говоря, во внешнем поясе — то есть прямо под боком у пограничной стены, получилось очень даже удобно.
Три стены и крыша из белоснежного шатра.
У меня на губах вертелся вопрос про четвертую стену, но и тут ребята смогли меня удивить.
Те двадцать щитов, которые за бесценок купил Роман, оказались осадными щитами западников.
Мало того, что на каждом была выбита руна Прочности и Сопротивления огню, так ещё, составленные в ряд щиты, при наличии накопителя, превращались в монолитную стену.
Изначально Роман планировал использовать их вместо окон.
Щиты отлично держали жар, а колесики, опять же при наличии накопителя, уходили под землю, превращаясь в недвижимое укрытие.
Паука завезли в образовавшийся ангар, из десятка щитов сделали стену, а остальными закрыли внешние окна, заранее спасаясь от дневной жары.
Дальше был мой триумфальный забег, кровопролитная стычка у ворот, и мы, по местным меркам стали богачами.
Правда бо́льшая часть паучков-разведчиков оказалась испорчена богатырскими ударами Мирона.
Самому мне на это посмотреть не удалось, но, по словам Фила, Славик чуть было не избил Мирона за злостную порчу големов.
Ну а потом была транспортировка и разбор трофеев, завтрак, беседа с заглянувшим на огонек капитаном и, спонтанный сбор у моей койки.
— Слушайте ребят, — я прикоснулся рукой к тому месту, где раньше висел амулет. — А как вы поняли, что ранг подняли?
— Амулет же, — прогудел Мирон. — Да и не перепутать это чувство ни с чем! Поскорей бы к стеле!
— Роман, а что ты говорил про представителя княжества?
— Сейчас сами всё узнаете, — мрачно ответил Дубровский, кивая на дверь. — Не стоит стоять перед дверью, заходите!
Дверь тут же распахнулась и в дом, вместе с волной жара, зашла копия Филиппа.
Упитанный толстячок в партикулярном платье с тростью и цилиндром. Улыбающееся лицо, внимательные глаза, мягкая кошачья походка.
В общем, княжеский представитель хоть и казался добродушным толстяком, на деле ощущался как опасный противник.
Уж слишком плавные движения для его комплекции и слишком пристальный взгляд…
— Добрый день, господа гимназисты! — толстячок отвесил небрежный поклон нам и поуважительней Роману. — Меня зовут Акакий…
— … Иванович? — предположил я, чудом удержавшись от короткого хохотка.
— Все верно, — Акакий Иванович неодобрительно посмотрел на меня и продолжил. — Ранг: пять-пять-три. Представитель князя в Пограничье.
— Чем обязаны? — со скукой протянул Роман, но от меня не скрылось его тщательно скрываемое волнение.
— О! — расплылся в улыбке толстячок. — Всего-то хочу предложить вам организовать телепорт до стелы и обратно.
— Мы с радостью… — начал было Мирон, но тут же осекся под нашими с Романом взглядами.
— Договаривайте, уважаемый, — холодно бросил Дубровский.
Акакий Иванович улыбнулся ещё шире, а я явственно почувствовал всплеск неприязни.
— Детали можно обговорить и по пути.
— Интересно, а князь знает, что вы действуете… такими методами? — поинтересовался я. — Почему бы просто не предложить поступить на службу?
— А вы согласны? — Акакий Иванович тут же впился в меня взглядом.
— Я нет, — усмехнулся я. — За остальных говорить не могу.
— Н-нет, — гордо ответил Славик.
— Я тоже пока пас, — улыбнулся Фил.
— Ребят! — на Мирона было жалко смотреть, — вы чего! Это ж государева служба! Это ж… ух!
— Для вашей семьи, — Акакий Иванович посмотрел на Филиппа, — это будет… спасением.
— Я же сказал, — от Филиппа сквозануло мимолетными сомнением. — пока нет.
— Потом предложение может и не повториться, — чуть ли не с угрозой протянул княжеский представитель.
— Нет! — мне показалось, или перед своим ответом Филипп бросил на меня оценивающий взгляд. — Я принял решение.
— Ну а ты, — Акакий Иванович мгновенно потерял интерес к Филу и посмотрел на Славика. — Тебя же сожрут. И даже тройка в Инженерной стезе не спасёт!
— Н-нет. — упрямо повторил Слава, блеснув линзами очков и выпятив вперёд тощую грудь.
— Дурачьё, — покачал головой толстячок. — Пошли, Мирон!
— Подождите, — кузнец, нахмурившись, посмотрел на нас. — Ребят, ну это же… мечта!
— Мирон, — я миролюбиво улыбнулся кузнецу. — Поступай, как считаешь нужным. Наше отношение к тебе не изменится.
— Но почему! — здоровяк всё никак не мог взять в толк, как можно отказаться от такого щедрого предложения. — Это ж… Раз в жизни шанс выпадает!
— Кстати, — от Акакия Ивановича так и дохнуло тщательно скрываемым злорадством. — Пятёрка Громова сделала норму в первую же вылазку. Организаторы уже зачислили им сотню очков, и некоторые из гимназистов уже убыли в… более комфортные для проживания места.