Корона Ксилара
Коринеус покачал головой.
– Не могу себе представить, чтобы человек, прошедший через такие рыцарские приключения, мог остепениться и вести скучную жизнь.
Джориан ответил:
– Поскольку я своей кожей почувствовал всю прелесть этих смертельно опасных приключений, то теперь мне есть о чем поговорить у камина. Но я их вовсе не искал; их послала мне богиня Элидора. Попадая в очередную переделку, я всей душой желал оказаться где-нибудь подальше. Сдается мне, когда человек за первую половину жизни столько раз был на волосок от смерти, он будет только рад, если вторая половина окажется спокойной, мирной и размеренной. По крайней мере, я так думаю.
– Неужели теперь, когда ты не рискуешь головой, тебя не привлекает честь и слава короны?
Джориан покачал головой.
– Может быть, привлекала бы, если бы я никогда не сидел на троне. Но мне с головой хватило пяти лет хождения в причудливых нарядах, просиживания на утомительных церемониях, выслушивания лживых доводов просителей и попыток собрать налоги в размере, достаточном для содержания королевства, но не чрезмерном, чтобы не вызвать бунта. Так что передай своему народу, что я польщен, но тверд в своем отказе.
– Но подумай о тех добрых делах, которые ты мог бы совершить!
Джориан улыбнулся.
– Этот довод приводит любой тиран, захвативший полную власть. Но судя по тому, что я повидал в мире, из планов улучшить участь людей редко получается то, на что надеялись их творцы, даже если их вдохновляли самые лучшие намерения.
– Значит, тебя ничто не убедит?
– Нет, ничто. Вашему парламенту придется обходиться без моей мудрости.
Коринеус опустил взгляд в пол.
– Я... я должен поблагодарить тебя... я выставил себя таким ослом при нашей первой встрече. Ты... ты мог бы по всей справедливости убить меня...
Джориан улыбнулся.
– Забудь об этом эпизоде. Когда я был на десять лет младше, я тоже совершал всяческие глупости. Но позволь задать вопрос: как ты, поклонник старых феодальных времен, оказался вовлеченным в народное революционное движение?
Коринеус смутился.
– По правде говоря, меня убедила Эстрильдис. Она сказала, что нет другого способа легализовать наш брак в Ксиларе. Она умеет убеждать.
– Знаю, – кивнул Джориан. – Как она поживает?
– Отлично, и мальчик – тоже. Она только... э-э, слегка располнела.
– Передай ей мои братские приветы.
– А где старый мальванец?
– Карадур – профессор в Оттомани, он занял место своего уволенного предшественника Абакаруса. Я имею... – Джориан хотел сказать «имею к этому некоторое отношение», но передумал. – Он зовет меня в Академию, читать курс инженерного дела. А что случилось с тем чиновником, Теватасом?
– Его повесили.
– Неужели? Признаться, меня это не слишком печалит. Как это случилось?
– Регентство предложило щедрую награду за возврат короны, но он потребовал для себя места в Совете. Веришь или нет, он жаждал стать главнокомандующим. Потеряв терпение, они сделали вид, что согласны, а затем, как только корона оказалась у них в руках, отправили его на эшафот, почти не утруждая себя юридическими процедурами.
– Таков конец всех обманщиков! – сказал Джориан. – А теперь выпей со мной бокал вина и отправляйся в Ксилар передать мои слова. Если человека, побывавшего в стольких местах, сменившего столько профессий и перенесшего столько превратностей судьбы, жизнь и научила чему-нибудь, так это тому, что уходить со сцены нужно вовремя!