Война близко
Его опасения полностью подтвердились. Нуардис пытала его несколько часов, а потом заявила, что она бессильна и ничем не сможет помочь Хильдегарде: «Всё вернуть обратно может лишь проклятый маляр. Найди его и заставь исправить!» «Ничего из этого не выйдет. Он под защитой Великого Хозяина Морей в подводном царстве», – прохрипел в ответ Уранум. «Где он, меня не касается! Найти! Вернуть! Исправить!» – завопила разгневанная Великая Ведьма. Чёрный кристалл угрожающе зашипел и запрыгал на кованой подставке. Внук поспешил убраться, пока она снова не принялась за воспитательные пытки.
Сын Великого Владыки Недр смирился с неизбежностью и направился в подводное царство. Дорогу в морской дворец он помнил с детства, когда часто ходил сюда в гости вместе с родителями. Слуги любезно приветствовали Уранума и проводили его в приёмный зал.
Войдя в главный холл, гость с порога обратил внимание на чудесные росписи потолка. На изначально белоснежном куполе теперь изображалась грандиозная сцена создания нового горного хребта из морской пучины близ Мыса Слёз. «Какой-то до боли знакомый пейзаж? Где-то я его уже видел? Чувствуется рука мастера. Ничего, за сто лет он вам тут всё размалюет! Родной дворец не узнаете!» – подумал злодей и поспешил вслед за сопровождавшим его слугой.
Войдя в приёмный зал, узрел следующую картину. Великий Повелитель Морей, сидя в удобном кресле, внимательно изучал какую-то огромную книгу. Уранум не знал, что это был самый точный и подробный атлас Южного континента, составленный, разумеется, Великим Хозяином Ветров. Кто ещё был способен так тщательно изучить все углы и закоулки этого мира! На его подготовку ушли сотни лет и колоссальные усилия верных слуг. В то время как отец занимался познавательной географией, сын позировал художнику. Бальдомеро в парадном облачении стоял на одном колене, скромно улыбался и протягивал кому-то огромный, но вместе с тем изысканный букет цветов.
Неожиданный приход Уранума, похоже, нарушил семейную идиллию. Отец захлопнул книгу и положил её на низкий перламутровый столик. Он сложил руки на груди и пристально посмотрел на гостя. Бальдомеро вскочил, отложил букет, поправил бархатный плащ, однако вид у него был крайне смущённый. «Интересно, что они тут делали? Очень уж странная поза для парадного портрета. А где этот гадкий маляр?» – подумал гость, на лице которого застыла до тошноты вежливая улыбка. Он внимательно осмотрел зал, но не сразу понял, куда в мгновение ока подевался Кистиано. Художник проявил завидную прыть и молниеносно спрятался за широкую спину Бальдомеро. Если бы у того из-за левого плеча не торчали основательно измазанные в краске кисточки, живописца никто бы и не заметил. Затянувшееся неловкое молчание прервал хозяин дворца.
– Приветствую тебя, Уранум. С чем пожаловал? – любезно поздоровался он. В его тоне не чувствовалось тепла и благодушия, скорее ледяное спокойствие.
– Я пришёл попросить вас вернуть нам Кистиано буквально на несколько дней.
– Прости, но я взял его на сто лет, – без доли сожаления ответил Великий Морской Владыка. С той же интонацией он попросил бы собеседника удалиться.
– Мне об этом известно. Вы соблюли все правила и формальности, действуя через его изначального хозяина, – словно не замечая холода и неприязни в словах собеседника, продолжил сын Хильдегарды.
– Это значит, что ни у кого не может быть ко мне никаких претензий. Правильно?
– Абсолютно верно! – подтвердил его правоту злодей, ещё раз вежливо поклонился и сказал: – К вам у меня нет претензий, а вот к художнику имеются. Видите ли, Великий Морской Владыка, перед уходом из нашего царства он самовольно изменил один портрет. Это полотно дорого моему сердцу. Я желаю лишь, чтоб Кистиано последовал за мной, придал картине первоначальный вид и со спокойной душой вернулся обратно.
– О какой именно картине идёт речь? – осведомился Великий Повелитель Морей, хотя прекрасно знал, чей портрет на прощанье доработал художник.
– Это неважно. Пусть исправит, и всё, – уклонился от прямого ответа Уранум.
– Знаешь, мне кажется, ты пока не оценил по достоинству новый шедевр живописца. Подожди хотя бы лет сто. За это время точно к нему привыкнешь и сочтёшь, что Кистиано сделал как лучше, – то ли издеваясь, то ли философствуя, то ли примеряя роль художественного критика, изрёк Великий Хозяин Морей.
– Вы отказываетесь вернуть мне его даже на несколько дней?
– Ты правильно меня понял. Изложенное тобой не позволяет сделать вывод, что исправление портрета – дело столь неотложное, что нельзя подождать каких-то сто лет, – развёл руками отец Бальдомеро.
– Вы поступаете так, потому что ненавидите меня? – с дрожью в голосе спросил Уранум.
– С чего ты так решил? – с ледяной улыбкой поинтересовался Великий Властитель Морей.
– После того, что вы говорили о моей матери на Совете Великих Повелителей Стихий!
– Или после того, что ты говорил на этом самом Совете о моей драгоценной жене? – не теряя хладнокровия, ответил вопросом на вопрос Великий Морской Господин.
– Я сказал лишь правду! – выпалил Уранум.
– И ты смеешь утверждать это, глядя мне в глаза?! – взревел Великий Хозяин Морей, в мгновение ока утратив душевное равновесие.
– Мне нечего бояться! – надменно бросил внук Нуардис.
– Зря ты веришь в свою безнаказанность. Одной из участниц вашего заговора мы уже заткнули рот. Возможно, скоро найдём управу и на тебя, подлец, – пригрозил хозяин подводного замка, напрочь забыв о всяких там политесах и любезностях.
– Так это вы за всем стоите? Вот кто покровительствует проклятому колдуну Хорусу! Вот кто надоумил художника на этот самоубийственный поступок!
– Хорус действительно пользуется моей поддержкой, а теперь ещё и защитой твоего отца. Кстати, колдун не позволит вам свести его в могилу и занять трон.
– Это мы ещё посмотрим! – самонадеянно заявил злодей.
– Смотрите сколько хотите.
Понимая, что ничего хорошего из этого разговора не выйдет, Уранум решил напоследок испортить настроение несчастному художнику и как следует его припугнуть:
– Кистиано! Жалкий трус, посмотри мне в глаза!
– И чего я там не видел? – пискнул художник из-за спины Бальдомеро.
– Своей окончательной смерти! Клянусь, через сто лет ты попадёшь мне в руки! А может и раньше, – злобно прошипел сын Хильдегарды.
Художник сдавленно охнул, застонал и схватился за сердце. Никаких других звуков он так и не смог из себя выдавить. За него ответил отец Бальдомеро:
– Не бойся, герой! Я обещаю тебе вечную защиту.
– Не особо доверяй его обещаниям, он собственную жену уберечь не смог! – вконец распоясался Уранум.
– Да как ты смеешь?! – прорычал Великий Повелитель Морей, поднимаясь с кресла.
– И ещё. Если думаете, что лишили меня союзников, глубоко ошибаетесь! У меня есть ещё один советчик. Уверяю, гораздо более ценный и могущественный! – выпалил Уранум, не в силах сдержать переполнявшую его желчь.