Алтарных дел мастер. По чужим правилам
– Ты забыла, злыдня, что я младше? Уж наверняка опосля тебя.
– Но почему? – Она посмотрела на волшебный кристалл, и это стало ее фатальной ошибкой.
Луч, застывший возле смоленской кикиморы, нашел себе новую цель. Злыдня исчезла, а полупрозрачный камень упал в траву.
– А потому, сестрица, что у меня есть то, чего у тебя никогда не будет, – друзья, которые завсегда помогают. Столь ненавистный тебе Данила поведал о твоей страшной находке. Он же и средство от сей напасти добыл. – Старуха вытащила из кармана плод, похожий на лимон.
О нем кикимора вспомнила, когда Еремеев рассказал о полупрозрачном кристалле, реагирующем на живое. Плод когда-то рос на острове лихоманца. «Цитрус» был способен разрушить любую тюрьму для нечисти, поэтому не позволил пленить его обладательницу.
– И чего мне теперь с этим богатством делать? – Кикимора переводила взгляд с лимона на кристалл и обратно. – Оставить как есть? Захапать угодья всего ковена и объявить себя болотной царицей? М-да… А оно мне надо? В своих бы угодьях порядок навесть. Вон русалки от рук отбились, болотники обленились, сладу с ними нет, опять же – острову источника пригляд надобен. Да и скучновато будет без старых коряг – хоть изредка, да видимся.
Кикимора коснулась плодом кристалла, и раздался громкий звон бьющегося стекла.
Затем прямо на холме возник смерч из серого тумана. Воронка сначала взметнулась на сотню метров вверх, а затем вращение замедлилось, оседая на землю и расширяясь. Туман заполнил обширное пространство вокруг возвышенности, а когда он развеялся, холм окружало болото.
Шесть освобожденных кикимор сидели на траве и мотали головами, словно пытаясь что-то вытрясти из ушей…
– С вызволением, подруги, – произнесла смоленская. – Хотела попытать, обвинения с меня сняты?
– Не токмо сняты, весь ковен просит прощения за непотребства и благодарит за вызволение, – ответила самая древняя из кикимор, которая быстрее других пришла в себя.
– Мы же подруги – надобно помогать друг дружке.
– Твоя правда.
– Раз ко мне притязаний нет, пойду я?
– Хорошо.
– Кхе-кхе, и мне пора, – поднялась с травы злыдня.
– А тебя никто с этого островка не отпускал! – рявкнула на провинившуюся старшая. – Судилище не закончено.
– А чего ее, кхе-кхе, отпускаешь?
– Чтобы она по доброте душевной не надумала просить смягчить наказание. Вы же сестры, – ехидно ответила та.
Глава 22
Я же не ясновидящийМург добрался до Смоленска без происшествий. По совету Данилы гном разместил тайный груз в подвале кабака «Жирный налим». Хозяин заведения, ознакомившись с запиской крашенского боярина, принял самое живое участие в его делах: организовал бесплатный ужин, разместил на ночлег, подобрал новую одежду, даже был готов выделить охрану.
От охраны чужак отказался. Он уже понял, что для безопасности более важно оставаться незаметным, а не окружать себя самыми умелыми бойцами.
Гном собирался переждать ночь, а утром как можно раньше появиться в здании банка. И на то имелось несколько причин. Во-первых, Мург не хотел встречаться с начальником. Тагур обычно приходил на работу ближе к полудню, поэтому утренние часы были самыми подходящими. Во-вторых, на рассвете производилась смена охранников, бдительность которых в это время оставляла желать лучшего. А в-третьих, Горум, как правило, появлялся в своем кабинете еще до восхода солнца.
В качестве дополнительной меры предосторожности для проникновения в здание банка Мург выбрал потайной ход, которым почти не пользовались. Он слабо охранялся, зато являлся кратчайшим путем к кабинету Горума. Ход начинался в соседнем здании, затем вел через подвал и подземный тоннель.
– Ну наконец-то! – Знакомый голос в мрачной тишине подземелья заставил вздрогнуть. Из-за угла вышел ухмыляющийся Тагур.
Мург остановился, не дойдя до конца тоннеля всего десяток шагов. Он оглянулся назад и увидел, как за спиной появилась стена из желтого тумана. Путь к отступлению был отрезан.
– Второй день тебя поджидаю, Мург, извелся ночи тут коротать. Мог бы немного и поторопиться.
В тусклом освещении тоннеля босс выглядел зловеще, по крайней мере, так показалось раннему визитеру.
– Прошу прощения, не ведал, что ты меня ждешь, – стараясь, чтобы голос не дрожал, ответил Мург.
– Как же не ждать? Горум рвет и мечет – считает меня виновным в провале поимки алтарных дел мастера, хотя этим занимался ты. Или только делал вид, что занимался?
– Пока меня не отстранили, я прилагал все усилия, чтобы выполнить задание.
Настрой начальника не сулил ничего хорошего. Зная его нелюбовь к ранним побудкам, Мург ожидал худшего.
– Когда результатов нет, надо менять нерадивого исполнителя.
– Если бы мне не мешали…
– Да ты совсем обнаглел! Надеешься, Данила опять тебя спасет? Или решил, что коли сумел одурачить Горума, то и я тебе поверю? Как бы не так!
Мург догадался: Тагур поставил хитроумные сигналки на входе, а его поджидал здесь, чтобы не допустить встречи «нерадивого исполнителя» с Горумом.
– Я никого не одурачивал. – Подчиненный пытался держаться уверенно.
– Хочешь сказать, что нашел этого алтарных дел мастера? – оскалился Тагур.
Мург не спешил с ответом, пытаясь понять, чего добивается начальник.
– Отыскал, – наконец ответил он.
– И кто же это?
– Задание мне выдал мэтр Горум, ему я и доложу.
– Вон ты как заговорил. – В глазах Тагура появились красноватые оттенки.
– Между прочим, этого мастера могли бы и живым взять, ежели бы кто-то не задержал меня в Смоленске.
Мург все сильнее убеждался, что их неожиданная встреча ничем хорошим для него не закончится. Начальник пришел сюда один, отсек пути к отступлению и настроен был крайне агрессивно. Вдобавок из-за успехов Мурга Тагур попал в немилость к Горуму, что могло обернуться для него большими проблемами.
– Твои потуги свалить на меня свои ошибки тщетны, – почти зашипел Тагур. – Ничего не выйдет, тебе не избежать наказания. Раньше оно свелось бы к обычной ссылке в глухомань, однако теперь ты не оставил мне другого выбора.
– Гномы не убивают друг друга, – побледнел Мург.
– Намеренно – никогда. Однако бывают и роковые случайности, – зловеще усмехнулся Тагур. – Особенно когда начальник защищается от обезумевшего подчиненного.
– Я в своем уме! – вжался в стену «обезумевший», действительно почти обезумев от страха. Он понимал: в схватке один на один со старшим гномом шансов у него нет.
– Это ты так думаешь. Мне со стороны виднее…