Его падший ангел

Сажусь в припаркованную рядом тачку и набираю знакомый номер:
– Андрюха, привет, – делаю паузу, – ты Аду Троицкую помнишь?
– А ты с чего ее вспомнил? – напрягается друг.
– Встретил.
– Да какого черта? – сразу срывается Андрей, – что ей от тебя надо было? Небось узнала, что в гору пошел и решила к тебе в койку прыгнуть?
– Нет, – от его предположений становится даже смешно, – послала, как обычно.
– Ну и хрен с ней, Мирон, – вздыхает тот уже более спокойно, – пусть лесом идет.
Сжимаю трубку сильнее. Знаю, Андрей хочет как лучше. Только у меня уже остановиться не получится. Я должен узнать все, мне нужно увидеть ее еще раз.
– Андрей, мне услуга нужна, – говорю тихо.
– Для тебя сделаю, говори.
– Узнай мне все о ней, где живет, с кем. Все, что сможешь.
– Мирон, да твою ж мать, – ревет Андрей в трубку, – тебе эта сука полжизни испортила, а ты все никак не успокоишься.
– Андрей, я взрослый мальчик, сам разберусь.
– Да ты во всем разобраться можешь, кроме нее.
– Мне нужно все, что найдешь,  – отвечаю упрямо.
– Через полчаса наберу, – он скрипит зубами, – пробью по всем базам.
– Спасибо, лучше тебя я спеца не знаю.
– Еще бы, – Андрей невесело усмехается, – как она вообще, все такая же?
– Да в том-то и дело, что нет, – я задумчиво вожу ладонью по рулю, – и я хочу знать почему.
Вешаю трубку и откидываюсь на сиденье машины.
Ада. Что же с тобой произошло, что ты до такого опустилась?
Я же помню тебя совсем другой. Легкий, невесомый мотылёк, с ангельским лицом и сволочным характером. Ты не пропускала ни одной вечеринки, ни одного праздника. Было ощущение, что все, что ты хочешь – это по максимуму вобрать в себя все возможные впечатления, как будто завтра твоя жизнь кончится и будет уже поздно.
«Есть только здесь и сейчас». Эти слова были вытатуированы на твоем теле и в полной мере подходили стилю твоей жизни. Ты брала, брала и брала. Парни сходили с ума и готовы были осуществить любой твой каприз. Вечные поездки, новые места. Каждый день десятки новых фотографий  в инстаграме. Ты пила жизнь большими горстями, упивалась ею. И что сейчас? Все закончилось? Надоело? Нет больше тех, кто готов тебе потакать?
Не верю.
Даже сейчас всего пара щелчков и спонсор твоих грез появится. Даже долбаный дилер хочет тебя, видел, с каким трудом он отлип от твоего тела.
Я бы и сам сделал для тебя все, только раньше не было денег, а сейчас ты даже не попросила, хотя и видела что могу.
– Мирон, ну я тут порылся, – Андрей откашлялся, – но про нее очень мало и странно.
– Слушаю, – я нетерпеливо размялся, полчаса ожидания в одном положении дали о себе знать, тело затекло.
– Короче, есть только адрес, где она сейчас живет и в этот район тебе лучше не соваться.
– Только адрес?
– Все, – Андрей затих, – исчезла, потом появилась. Видимо, живет тихо и скрытно. Данных о работе нет, отчислений государству никаких не платит. На что живет и как не знаю. В соцсетях ноль, старый профиль удален. Я, если честно, думал, она себе богатого папика нашла и катается с ним по миру.
– Я тоже так думал, но не похоже, – вспоминаю ее растрёпанный вид. У нее точно никого сейчас нет, иначе выглядела бы Ада совсем по-другому, – сбрось адрес.
– Сброшу, – пробурчал друг, – если хочешь узнать больше, мне нужны еще зацепки, – он помолчал, – узнать бы куда она уехала.
– Не знаю, в один день ее не оказалось на вечеринки и все. Я искал, приходил к их дому, но он был уже продан. Соседи ничего вразумительного не рассказали. Оказалось, они вообще скрытно жили.
– Знаешь, – Андрей прокашлялся, – если так вспомнить, то я о ней особенно ничего и не помню, – Ада если болтала, так в основном расспрашивала. О себе говорила мало и в общем.
– Я попробую поискать новую информацию.
– Давай, мне самому уже интересно.
– Пока.
Вешаю трубку и вбиваю адрес Ады.
Чертаново, так себе район, конечно. Смотрю на карту, высоченная высотка с больше чем тысячей квартир. Муравейник. В таком легко можно затеряться при желании.
Нажимаю на педаль газа и направляюсь к ней.
Ада, я хочу знать твою тайну.
    
Глава 04 Ада
Боль отпустила и я спокойно приехала домой. Хотя дом, это лишь территориальное обозначение. К реальному месту, куда бы хотелось возвращаться и находиться постоянно эта унылая однокомнатная квартира-студия в жутком районе не имеет никакого отношения. Но за последние полгода я уже привыкла.
Вваливаюсь к себе и тяжело захлопываю дверь, таблетки отправляются на полку в ванной и я забираюсь в небольшую сидячую ванную. И кто придумал такие? Прислоняюсь головой к плитке и прикрываю глаза, раздумывая о сегодняшней встрече, которая всколыхнула во мне слишком много.
Четыре года прошло и многое изменилось.
Это для меня вся жизнь вертелась вокруг бесконечных больниц, фондов помощи и спонсоров, оказывающим поддержку таким как я. Надежда теплилась всегда, пока отцовские деньги не закончились. Он не выдержал и слег с инфарктом, потом умер и я осталась продолжать борьбу одна. Время шло, схемы лечения менялись и переставали работать, терпение у врачей истончалось. Мой случай слишком редкий и дорогой, а значит бессмысленно тратить на его исследования и попытки мне помочь большие деньги – так было озвучено.
Для Мирона эти годы были совсем другими. Он наверняка много работал, достиг вершин, о которых раньше только грезил. С ним точно есть рядом идеальная женщина, возможно и дети уже появились. И я не злюсь, он всего этого достоин.
Больше не злюсь и на врачей. Они правы, в мире миллионы маленьких детей с куда более простыми случаями, им и нужно помочь. А моим родителям в свое время просто нужно было сделать генетические паспорта и тогда ребенок с такой редкой и опасной для его здоровья комбинацией генов не родился бы никогда. Я лишь ошибка природы, которую она сама пытается исправить, заложив у меня внутри программу по уничтожению сосуда, носящего бракованный генофонд.
Потихоньку выбираюсь из  ванной и натягиваю на мокрое тело майку и шорты, длинные волосы заворачиваю в полотенце.
Пора возвращаться к привычной практике.
Я живу в моменте. Здесь и сейчас. Мне хорошо и тепло, я не чувствую боли. Выхожу в комнату и подхожу к окну. Смотрю на красивейшую панораму города, расселившуюся под моими ногами. Именно поэтому и была снята эта квартира. Здесь есть на что посмотреть, кроме унылых стен. Провожу ладонями по коже рук, они гладкие и нежные. У меня все хорошо. Прямо сейчас все отлично. Я не чувствую боли.