Дорогая Джозефина

Хейворт посмотрел на Элиаса.
– Это правда? Вы ответили взаимностью мисс де Клэр?
Элиас стиснул челюсти, гнев кипел в нем. Он посмотрел на Себастьяна с такой яростью, на какую только был способен.
– Да. Он был безумно влюблен в нее, – с усмешкой сказал Себастьян, его глаза сверкали озорством. Возможно, он хотел отвлечь внимание от своего проступка. – Да, мой кузен, кажется, был в восторге от Джозефины на рождественском балу…
– Хватит, – крикнул Элиас. Он хлопнул ладонями по столу и встал, от его движений зазвенел фарфор. – Ты – человек без чести. Мне стыдно, что мы родственники.
– Ради всего святого, – Хейворт усмехнулся, – успокойся.
– Я серьезно. – Элиас жестом указал на Себастьяна и вдову де Клэр. – Вы сидите здесь, не беспокоясь о своих проступках – о своем вопиющем предательстве, – в то время как Джозефина страдает. Где же справедливость?
Себастьян отпил из своего бокала, вино окрасило его верхнюю губу. Все это время он знал о чувствах Элиаса к Джозефине, но не сказал ни слова. Какой демон завладел им? Как он мог находить радость в несчастьях других?
– Я не хочу в этом участвовать. – Элиас бросил салфетку на стол и поднял руки в знак капитуляции. Он стремительно вышел из комнаты, каждый шаг был как глоток свежего воздуха.
– Уэлби! – Хейворт выбежал из столовой и последовал за Элиасом в прихожую. – Стой! Куда это ты собрался?
Элиас снял пальто с крючка и открыл входную дверь. Он посмотрел на Хейворта, тот неловко хватал воздух ртом.
– Скажи моему отцу, что я уехал в Морпет.

Выбор был прост. Элиас отправится за Джозефиной, невзирая на расстояние. Он найдет ее и будет умолять простить его. Никакое состояние не стоило их разлуки. Он найдет способ обеспечить себя без наследства. Он стал бы работать на мистера Хейворта или попросил бы работу у своего дяди. Он сделает все необходимое, чтобы построить жизнь с Джозефиной, потому что время не смогло убить в нем его мечту. Оно подготовило его к тому, чтобы посвятить себя кому-то, и это лучшее, что он может сделать.
Он должен был принять это решение несколько месяцев назад, до того, как лорд Уэлби предъявил ультиматум, до того, как Джозефина попрощалась с ним. Когда-то он думал, что для счастья нужно много вещей. Теперь он понял, что для счастья нужно только одно.
Элиас ехал всю ночь, его спина и плечи болели от напряжения. Он добрался до Морпета, когда рассвет окрасил горизонт голубой дымкой.
Пастух указал ему дорогу к дому де Клэр – небольшому поместью, расположенному в миле от города. Дом стоял на склоне холма, окруженный ухоженными садами и пастбищами. За каменные стены цеплялись глицинии, а из труб вился дымок.
Коттедж был далек от той лачуги, которую представлял себе Элиас. Должно быть, стипендия мистера Дарлинга и лорда Уэлби позволила Джозефине нанять сторожа. Откажется ли она от финансовой помощи ради Элиаса? Он пообещал бы пропалывать сад и подрезать кусты роз. Он попытался бы готовить еду, рубить дрова, выполнять любую работу.
Элиас спустился с лошади, как только достиг ограды участка. Он открыл ворота и повел лошадь по травянистой дорожке, утренняя роса намочила его брюки. Ему следовало привести себя в порядок, так как долгая поездка привела его в плачевное состояние. Его одежда была растрепана. Его дыхание было несвежим, а ноздри покалывало от собственного запаха пота.
При таких обстоятельствах ни одна дама не сочла бы его хоть сколько-нибудь привлекательным.
Он остановился перед домом, где кудахтающие куры искали корм. Его сердце бешено забилось, когда в окне наверху показалась Джозефина. Она заглянула между занавесками, ее глаза расширились при виде его.
Любовь не зависит от того, встретилась ли правильная девушка с правильным юношей. Любовь просто была – была там, в груди, упрямая и уверенная. Но иногда правильная девушка все-таки встречалась с правильным юношей. Иногда их любовь побеждала.
Через несколько минут из дома вышла Джозефина, одетая в ночную одежду и тартан своей матери. Она смотрела на Элиаса так, словно не могла решить, реальность это или сон. Она подошла к нему осторожными шагами, ее босые ноги ступали по траве.
Элиас бросил поводья лошади и двинулся вперед. Он смотрел на нее, и он любил ее так же сильно. Сейчас он был тем, кем он хотел быть – юношей, который увидел девушку и не покинул ее, юношей, чья любовь никогда не находила препятствий.
Она остановилась на безопасном расстоянии. Она нахмурила брови, рассматривая внешность Элиаса. Несомненно, она была прекрасна даже в этот неурочный час. Ее каштановые волосы были заплетены в косу, перекинутую через плечо. Ее лицо было свежим и чистым, как роса.
– Ты потеряешь все, – прошептала она. Слова вырвались из ее уст, как вздох, словно она знала планы Элиаса. Она читала его как книгу.
Он рванулся вперед и притянул ее лицо к своему. Он целовал ее так, словно это был конец света, и он не возражал, если бы это был его последний вздох. Он целовал ее за каждый месяц, проведенный в разлуке. Он поцеловал ее за все слова «я скучаю по тебе» и «я люблю тебя», которые хотел сказать. Если они смогли обнять друг друга сейчас, после долгих ожиданий и бесчисленных ошибок, то, конечно, все возможно.
Ее поцелуй был единственным домом, в котором он когда-либо нуждался.
Джозефина обняла Элиаса за шею, когда он приподнял ее с земли. Она засмеялась и снова поцеловала его, ее вздох смыл все сомнения с души Элиаса. В эту секунду его мир состоял из ее рук на его лице, ее губ, слившихся с его губами, целой вселенной, освободившей его из темницы теней. День был ярким. Его видели.
А она была всем.
 
Двадцать шесть 
 Джози
От: Джози де Клэр 
Отправлено: Четверг, 18 ноября, 4:53 PM
Кому: Вера Моретти 
Тема: Что случилось с Элиасом Рохом?

Вера, я знаю, что случилось. Друг Оливера прислал нам информацию об Элиасе. Ты должна радоваться, что мы не в FaceTime, потому что я не могу перестать рыдать. Моя клавиатура мокрая, а лицо розовое и в пятнах. Нэн даже не хочет ко мне подходить.
Сегодня мы с Оливером поехали за пределы Аттеберри на кладбище, расположенное на холме. Я увидела надгробия, и у меня перехватило дыхание. Я отказывалась подходить к ним, пока Оливер не обнял меня и не сказал, что я должна знать конец этой истории. Он привел меня к участку, окруженному зарослями чабреца.
Я начала плакать, прежде чем прочитала надпись.
Надпись гласила: «Сэр Элиас Кейтсби Рох: Любимый муж, отец и друг». Он был похоронен рядом с Лорелай Рох, своей женой, прожившей пятьдесят пять лет.
Оливер рассказал мне, что Элиас женился на Лорелай и вскоре после свадьбы переехал на побережье. У них было пятеро детей, двадцать один внук. Элиас прожил восемьдесят шесть лет.