Машка-Потеряшка. В поисках пути домой

И тут же поспешно добавила, чтобы парень не принял на свой счет.
– Ты не виноват. Отец Аой даже не потрудился упомянуть, что рану от когтей надо обработать чудо-зеленкой, – раздражение в голосе было почти настоящим. Злость была слабой: я чувствовала себя разбитой, да и часть меня понимала, что Боги, какие бы они ни были, мало заботятся о судьбах обычных людей. Да и Дзимму мог не знать про яд.
– Это рана от когтей морского дракона Мертвой Денницы? – поинтересовался Азарий, все еще держа чашку с отваром почти у моего лица. Странно, что его морщинистые руки при этом не дрожали: и голос и вид у него был, как у глубокого старца, приближающегося или даже перескочившего порог «100».
Кивнула, забрала деревянную пиалу и сделала глоток. Вкус был знакомый с горчинкой и отдавал землей… Как… Цикорий! Только с примесью чего-то еще.
– Странно, – старик прошелся пальцами по гладко выбритому подбородку. – Яд Рюдзина не действует на обычных людей. Только на потенциально опасных для него существ, коих уже давно нет на наших Землях.
И тут я зашлась кашлем, подавившись, услышав шокирующее заключение. А я думала, что меня уже не удивить…
 
ПМП 45. Старые сомнения в клубах пара
Таращилась, переводя взгляд от одного к другому, но утешительных комментариев не последовало. Вик, жевал губы, подбирая складные слова, фаты беспокойно кружили вокруг, засыпая бесполезными вопросами о моем самочувствии.
Нормально все! Подумаешь, что я какой-то там жуткий гибрид, который даже божественная драконья сущность приняла за угрозу. А так, все просто супер.
Резко выпрямилась. Удивительно даже, что без тошноты и головокружения. Нет ни ломоты в теле, ни слабости – чудо отвар помог почти моментально – не чета нашему земному цикорию, хоть и общий землистый привкус имел место быть.
– Спасибо, мне бы освежиться, – сунула старику обратно его чашку, с отвращением одернув край холщового балахона, липнувшего к телу – а они не врали про жар, слой пота мерзким ощущением налипал на кожу.
– Есть озеро неподалеку, – подал голос Азарий. А у меня проскользнула мысль: Здесь, что, все старики такие умопомрачительно спокойные? Антрус, Ши Бо, Азарий – реагировали так, будто я ничем не отличаюсь от других и не представляю угрозы. В остальных проскальзывала тень беспокойства и инстинктивного страха – даже у Энии, королевы фатов. Да и Вик постоянно нудил, что я должна прятать лицо и подавлять всплески силы, чтобы избежать проблем и народных волнений.
Сталкиваться со спокойным принятием моей сущности – было как то не по себе. Или здешние старцы знают гораздо больше? А целый рассказ Ши Бо о том, что моя сила – не зло… Все это правда? Ох, если в это так легко было поверить… Перед глазами снова пронесся тот огромный кусок маяка, что чуть не придавил насмерть беременную русалку…
– Еще есть баня, – встрепенулась, услышав продолжения. Экзистенциальные рассуждения ушли на второй план. Банька… Жару я, признаться, не любила. Но баня… Она буквально выпаривает из головы ненужные мысли. Хотя я не из стойких – меня хватает на 10-15 минут, максимум. Зато после, я чувствую себя новым человеком. К тому же, лучше распарить кости в сауне, чем плавать в озере, кишащим непонятно чем. Я уже в одном побывала, хватит. И плавать я не умею…
Кивнула, молча принятому решению, но так как все ждали мой ответ, пришлось его озвучить.
– Баня – звучит здорово.
Вик вскинул брови, а потом нахмурился.
– Не думаю, что в твоем состоянии… – начал тоном замороченной мамаши.
– Вода в фонтане Телесфора может вылечить любую болезнь, – вставил старик. – А то, что сейчас чувствует юная барышня, – я слегка поморщилась от словесного завертона. Так и хотелось вставить – «Машка Я!», – всего лишь усталость. Сытный обед и отдых – и все пройдет. Я проведу вас в бани.
Кивнула, заметно расслабляясь. Побуду в одиночестве, разгребу мусор в голове…
– Я с тобой, – невозмутимо бросил Вик. Мысли забегали, точно пассажиры на «Титанике», а все достойные аргументы «против», спасаясь бегством, отправились на лодках в дальний угол сознания, и я смогла только выдавить многозначительное:
– Э-э-э…
– Не бойся, – криво ухмыльнулся мой надоедливый спутник, – подглядывать не буду. Лишь удостоверюсь, что ты не хлопнешься в обморок.
Фыркнула, вместо ответа на высказывание и проследовала за Азарием.
– Это ваш дом? – обратилась к старику. Между лопаток пробегали странные, назойливые мурашки, а слух буквально резали приглушенные шаги Вика позади меня. Даже разглядывание искусных резных дубовых колон и наличников, обрамлявших окна и дверные проемы, не помогло отвлечься. Не то, чтобы я Вику не доверяла… Но он же парень… Хотя… Разглядывание моей слабой А-шечки вряд ли стоит таких жертв – ведь я могу и силой шарахнуть.
– В некотором роде, да. Это Храм Панакеи, сестры Телесфора Помогающего, дочери Бога-Врачевателя. По легенде, именно ее кровь наполняет чудо-фонтаны.
– Ясно, – коротко бросила в ответ, борясь с желанием оглянуться.
Азарий остановился, жестом руки задав направление. Но пар, просачивающийся сквозь щели закрытой двери, красноречивее всего говорил о том, что мы пришли.
– Как закончите, жду Вас в трапезной, – старик склонил седую голову и удалился.
– Иди, – Вик принял выжидательную позицию, прислонившись к косяку.
– А.… – хотела задать глупый вопрос: «А как пользоваться баней-то…?», запоздало подумав, что вместо обыкновенной печи у них может использоваться какая-нибудь огнедышащая зверюга, которой надо будет почесать пузо, чтобы добавить жару. Но решив не поддаваться на насмешливо изогнутую черную бровь в ожидании вопроса, захлопнула рот и вошла внутрь. Длинный предбанник с рядами скамеек и полок, источал знакомый древесно-сладкий аромат. Стянув рубашку и скинув с ног плетеные тапки, я без задней мысли дернула на себя нагретую полированную ручку. Пар ударил в лицо, заполнив легкие теплой и такой родной влагой – сразу вспомнился прошлогодний отпуск, проведенный в деревне у родителей. Где каждый день был похож на предыдущий. Утром огород, вечером – банька с шашлыками и кислым морсом. Папа на радостях зарубил свинью и своих десятерых кур. Ну, конечно же! Машенька целый год отпахала без смены места работы.
Отогнала от себя лезущее в голову воспоминания, когда поняла, что глаза печет не от жара, а от подступающего приступа истерики.
Я не для того так долго держалась, чтобы разревется белугой от гнета своей тяжкой участи. К тому же, пара лишних ушей за дверью не способствуют выплеску эмоций. Я не хочу, чтобы Вик меня жалел. Вглядевшись в интерьер, почувствовала стойкое чувство дежа-вю казалось, что, еще чуть-чуть, и я услышу зычный папин голос, подгоняющий меня закончить расходовать воду: простая, аккуратно сложенная печка из белого камня с чугунными заслонками, деревянные тазы, стоящие вряд, березовые веники и две бочки с водой.