Ториан (СИ)

— Предлагаете сделать бросок через местности Аллодов? — вступил в разговор эльф со шрамом у левого глаза, разрезающим напополам бровь. — У нас куплены карты этих территорий?
Этот одет в точно такое пальмовое одеяние, как и Джулиал, но расшитое золотыми нитями и украшенное цветами.
— Аллоды, — согласилась Афилия. — Карты куплены, я обыскала все чаты на черном рынке, но заключила сделку.
На некоторое время за столом повисло молчание. Потом заговорил эльф, выделявшийся одеждой с платиновыми ободками, серьгами и браслетами. Единственный тут, кто дошел до 100 уровня Воином. И единственный, кто относился с прохладцей к крафтовым безделушкам. Его одежда была заточена на дальнейшую прокачку персонажа. Перед тем как начать говорить, он легонько кашлянул:
— Предлагаю посетить Хребет Мертвецов. Тьма поможет найти ответ.
— Донаты никогда не бывают лишними, но сейчас они нам не помогут, — покачал головой эльф в тунике, покрытой листьями дуба.
— Телепортация…
— Может сразу напишем хумансам в чат о наших планах? Мы не можем рисковать, и допустить того, чтобы их Арканум уловил цифровой след.
— Не взять этих двух мы тоже не можем, — сказал Джулиал. — Таковы условия задания. Эти двое пойдут вместе с Иворуа.
Большинство кивнули, выражая согласие.
— Иворуа — разбойник 41 уровня, он не защитит от лага Черной смерти! Да, он лучший из доступных нам следопытов хиллеров. Но он не чудо или избавление от всех проблем, — вздохнула Золекилия.
Ответить чем-то вразумительным было некому. Эльф, стоявший перед лидерами 12 эльфийских кланов, образующих альянс Фларлан, был обычным мастером, едва перешагнувшим уровень 40, каких у эльфов пруд пруди. Да, из лучших, да прокачавшийся за половину 7 сезона, но он не избавит альянс от проблем, это наверняка. К тому же по условиям задания в поход шла парочка низкоуровневых сеттлеров, что сводило шансы на успешный исход к нулю.
— С ними Иворуа не сделает бросок к местности Великого Ручья, навык Ускорение окажется недоступен, — озвучил опасение Джулиал.
— Тоже вопрос, — согласился Меолинуаль.
— И не факт, что наше Противоядие поможет…
Все это время молчал один из эльфов, тоже принимавший участие в совете. Он чуть заметно покачивался взад-вперед. Теперь он заговорил.
— Вы правы, нам стоит опасаться Арканума. Несмотря на то, что хумансы отвлечены на междоусобицы и новый лаг — они почувствуют Силу. Поэтому мы предпочли магии обычный меч. Духи Тьмы указали на Иворуа и помогли нам донатами с его снаряжением и быстрой целевой прокачкой, — эльф поднял палец. — Выбор прост — или мы принимаем задание и приносим союзникам Противоядие или преклоняем колено перед хумансами раз и навсегда.
— Подождите, подождите… Какие же мы глупцы, — ударила себя по лбу ладонью Афилия.
Эльфы устремили на нее взгляды.
— Противоядие активируют те двое, которых прислали к нам северные союзники. В местности Феодалов они столкнутся с лагом Черной Смерти! Тогда и будет понятно: подействовал эликсир или нет? И если в пустошь войдут все трое, то союзники двинут свои войска. А если нет — тогда союзникам удастся избежать потерь и выжить.
— Как у тебя поворачивается язык называть ЭТО жизнью, — буркнул один из эльфов.
Но спорить никто не стал. Афилия говорила правду.
Иворуа остался недвижим и по-прежнему стоял, опустив голову и сложив руки на груди. Он терпеливо ожидал решения.
— Решено, — Джулиал встал из-за стола и, выпрямившись во весь рост, ушел в дальний угол зала, где среди елей стоял едва приметный сундук.
Темные за столом и Иворуа внимательно следили за Джулиалом. Теперь их взгляды упали на руку со стеклянной колбой. Джулиал вернулся к столу и занял свое место, по-прежнему крепко держа колбу. Белые лица эльфов побледнели при виде маленького пузырька. Джулиал показал собравшимся колбу и над столом появилась таблица.
Эликсир Жизни вод источников Рубиновой скалы.
Эффект: противоядие от Черной смерти.
Действие: делает персонажа невосприимчивым к лагу Черная Смерть.
 
Побочный эффект: смерть.
Темный посмотрел на Иворуа и тот спрятал колбу с Противоядием в свой инвентарь.
— Будет исполнено, — сказал Иворуа.
Вместо ответа табличка Противоядия сменилась табличкой задания:
Задание Темных Духов Рубиновой Скалы.
Доставьте Противоядие в Пустошь и вылейте в воды реки.
Узнайте, кто из жителей местности Пустошь достоин жизни в 8 сезоне.
Принять задание?
Да\Нет.
Иворуа не раздумывая принял задание.
— Ты слышал все сам, — сказал Джулиал. — Дай активировать эликсир тем, кого прислали союзники. Сделай это перед началом рейда.
Иворуа склонил голову, выражая покорность.
— Рассчитывай только на себя и на свои силы, а Фларлан подготовит свое наступление… — в глазах Джулиала блеснули молнии. — В путь, Иворуа!
— Да видят духи, что следующая наша встреча произойдет в новом мире!
— В путь!
***
Рядом с дворцом Иворуа ждали двое существ, про которых говорили жрецы в тронном зале. Орк и гоблин, жители Пустоши. Один — здоровый детина с зеленого цвета кожей. Третий уровень, с огромными клыками и лысой головой, ростом куда больше двух метров и с руками толщиной с самое настоящее бревно. Второй — маленький, почти по колено орку, с кожей цвета листьев дуба, с тоненькими, но длинными ручонками и такими же тоненькими, но короткими ножками, с неестественно большими для таких размеров кулаками и ступнями. Этот вовсе сеттлер первого уровня.
Орк одет в хлопковый жилет без застежек и штаны из плотной шерсти. На гоблине из одежды набедренная повязка из телячьей кожи. И тот и другой не смогли разжиться ничем лучше, чем вещи из базового набора расы.
Выглядела парочка весьма странно в местности Фларлана, куда они бы в жизни не добрались со своими уровнями. Ни орк, ни гоблин не обращали внимания на косые взгляды снующих возле дворца темных и живо беседовали.
— Моя тебе говорить-говорить, дубина, моя все отдать, чтобы жить в таких краях, — твердил гоблин.
Орк, с понимающим видом, кивал.
— А кто бы от такого, дык, отказался, чтобы в таких землях-то жить?
— Вот, в том-то оно и дело-дело. Никто не отказаться, все хотеть. Только, хумансы всех прогнать-прогнать, жить не давать, — вздохнул гоблин и мечтательно протянул. — Поля, камня, шалаш, травка, как в первом сезоне…
— А у нас пещеры, дык, были, в песках кто жил. Нам многое не надо, а нам и этого не дают. Хумансы, дык, отняли.
— Моя будет хумансов бить-бить.
— Дык, бить, — согласился орк.
Со стороны разговор выглядел забавным, и многие темные сеттлеры из последних сезонов переселения посмеивались в сторонке, при всей своей вежливости заботясь только о том, чтобы прикрывать рот. Но таково одно из базовых условий выбора расы орков и гоблинов — пониженные очки репутации, взамен на дополнительные очки основных характеристик. Поэтому бедные орки, гоблины, тролли, огры, циклопы и те, у кого занижены стартовые очки репутации, разговаривали жутко коряво. Но как говорится: хочешь жить — умей вертеться, и зря горделивые эльфы востока, так чтящие свои нравы и обычаи, смеялись над гоблином и орком. «Ториан» что-то отнимал, но что-то давал взамен. Любой первоуровневый орк куда мощнее того же хуманса или эльфа, а гоблин обладает куда большей Выносливостью по сравнению с другими расами.
Встречались ли среди зеленых те, кто не коверкал речь? Встречались. Среди тех зеленых, кто сумел поднять очки репутации. Однако хумансы давно отняли у этих добродушных существ шанс качественной прокачки. Наверное, от того, темные из заставших первые сезоны, не смеялись над тем, как забавно орк с гоблином выговаривают слова. Их речь не теряла своего смысла, но обнажала горе зеленых, которое принесли в Пустошь хумансы…Живя сами, люди не давали жизни другим. За это и не любили Императора и его союзников. За это не любили главный инструмент террора Империи магический клан Арканум.