Летальный исход. Год 2093 (СИ)

  
 
 - Бен, на месте не было ничего кроме трупа. ФБР потрудились и подчистили улики?
 
 Рано приобщать фрагмент кожи к делу, сначала отдам на экспертизу Брюсу, нейрогению нашего участка. Парень втюрился в меня без памяти, так что позволительно доверять ему некоторые тайны.
 
 - Н-на сколько я понял, раньше всех по-по-подоспел НИМБ.
 
 - Точно. Чертовы секретные агенты. Видимо, убийство Фрея подняло на уши не только мэра, но и кого повыше.
 
 - Ещ-ещ-еще бы, крупнейший производитель имплантов и бо-бо-боевых роботов в США, а может и в мире. Это я еще не уп-поминаю о миссиях на Марс, н-научных исследованиях и всякой мелочи, в-вроде производства эл-лектроники. С-смутные времена наступают, Саманта, - Бен с досадой покачал головой, и тонкие редкие волосы на его макушке затрепыхались, - С-с-слишком много г-громких преступлений в последнее время: директор ФБР, т-теперь Фрей.
 
 - Без них справимся! Нашёл по кому горевать.
 
 - Д-да дело-то не в уб-бийствах. Это лишь пок-казатель, лакмусовая б-б-буммажка, определяющая насколько далеко мы все за-зашли. Тебе ли не знать, с-сержант, что на углу сорок третьей з-западной и дев-вятой авеню пятнадцатилетние мальчишки запросто бе-берут скай; какой смрад и бо-болезни царят в Ямах; сколько з-з-зла бродит по земле в человеческом обличье.
 
 - А разве бывает иначе? Отец повторял: «Жизнь - это череда испытаний».
 
 - Я з-знал твоего отца. Он был человеком старой з-акалки, рыцарь в сером плаще. Не позволял себе высокомерия, цин-низма и всегда был рас-судительным. Он то знал ц-ц-цену покоя на улицах.
 
  
 
 В полиции папа стоял на хорошем счету. За ним не числилось крупных дел, он, скорее муравей-трудяга. Безупречная репутация без единого косяка, сотни раскрытых преступлений на протяжении почти сорока лет службы! Таких копов в Нью-Йорке раз, два и обчелся. Но отец не ответил мне на главный вопрос: почему так и не пошёл на повышение. Высокая должность казалась ему чём-то вроде огня, пугался даже мысли об этом. А ещё я уверена в его предвзятости к званию Мердока и успехам остальных друзей, несмотря на хорошие отношения.
 
  
 
 - При всем при том, отец всю жизнь отдал службе, боролся с ворьем, жульем и убийцами. Он видел эти улицы в эпоху полного упадка, пережил времена, когда нечем было кормить семью. Сомневаюсь, что он назвал бы прошлое безоблачным, учитывая, сколько дерьма пришлось съесть. Впрочем, Бен, ты и сам повидал побольше моего. Неужели все так плохо?
 
 - Н-н-не было в людях злобы. Каждый считал себ-бя более-менее равным ос-стальным, недаром м-мы страна среднего класса. А что сейчас? Одни т-т-только Ямы чего стоят.
 
 - И всё-таки, неужели в депрессию жили как у Христа за пазухой? Судя по тогдашним полицейским сводкам, каждому гражданину непременно полагались свой персональный вор, автоугонщик, насильник, наркодилер, да ещё и проститутка с сифилисом в придачу.
 
 
  
 
 Бен засмотрелся куда-то вдаль, и дальше не спорили. Думаю, он, как все старики, скучает по молодости. На самом деле отец не раз говорил: хоть те времена были голодными и рисковать жизнью приходилось в день по нескольку раз, чувствовал он себя живее всех живых. Я просто не стала говорить об этом Бену, чтоб не уморил ностальгией до смерти.
 
  
 
 В участок прибыли ни с чем: кроме куска кожи изо рта трупа, находку которого я скрыла, взять было нечего. Тело Фрея доставят в морг при ФБР, но работать с ним будет и наш судмедэксперт тоже, поэтому вести об инородном ДНК во рту убитого придут в управление завтра. Я же рассчитываю получить информацию от Брюса уже сегодня, чтобы с утра отправиться к хозяину покусанной руки, ну или за что там Фрей кусал своих убийц.
 
  
 
 На КПП полицейского паркинга нас встретили Ларри и Луи. Первый - старожил участка, седовласый, с непробиваемым взглядом офицер Ларри Войт. Откладывал выход на пенсию уже раз десять. Второй - боевой робот, подарок корпорации «Глобалик» на стопятидесятилетие участка. Не помню что за модель….Н-1000 или Н-101, в любом случае «Н» в названии расшифровывается как «нейтрализатор», это я запомнила. Пусть наш Луи всего лишь урезанная версия полноценного боевого экземпляра на службе армии, зато в двух вещах он большой виртуоз: болтает без умолку и по щелчку пальца достаёт десяти миллиметровую пушку.
 
  
 
 - Привет, Ларри, - я подъехала к будке КПП, заглянула в датчик сетчатки глаза и стала дожидаться, когда откроются ворота на паркинг.
 
 - Привет, Саманта! Бен! - голос Ларри скрипел, словно отсыревшая дверь.
 
 Бен высунулся с пассажирского места и приветственно помахал в ответ:
 
 - Как твоё здоровье, дружище? Заступил на сутки?
 
 - Спасибо, старик, неплохо. Хотя, артрит в пальцах стал донимать - теперь в тире выбиваю лишь девять из десяти.
 
 Старики рассмеялись и стало как-то тепло, что-ли. Есть в них задор и искренность, как в маленьких детях. Вот и отец был таким, любил посмеяться и меня посмешить.
 
 Ворота открылись, и из-за будки выехал Луи. Стальной колосс, окрашенный в черно-синий, с полосками хромированных вставок по бокам и верхушкой, стилизованной под шлем то ли рыцаря, то ли бойца спецназа.