Игры двойников

Каутильцы помрачнели – все они отлично понимали евроамериканский. Подгорецкий смотрел с живейшим любопытством, притоптывая от нетерпения ногой.
– Охрана экспедиции никого не атаковала! – мрачно глядя на меня сверху вниз, отчеканил Радхаван. – Федерация Каутилья выполняет все условия мирного договора, чего ждет и от представителей Союза Северного Полушария!
– Во главе отряда, напавшего на меня и двоих моих спутников, были вы сами, подполковник. Или ваша точная копия.
Перед моими глазами поплыли картины недавнего боя – горящие глаза Радхавана и его бойцов, закинутое лицо падающего Брачича, широкий блестящий клинок, клочья долонанской шерсти, взлетевшие над толпой убийц. Но ведь я не хотел этого вспоминать! «Все будет в порядке, командир, расслабься! Вспоминай и говори все подряд, проще будет и тебе, и мне!», – услышал я мысленный голос, но это было уже не странное внушение, а Подгорецкий, который мысленно заговорил со мной. Кажется, он еще и внушал откровенность и желание заново пережить жуткие события, но с его мягким внушением я бороться не мог. Значит, я был прав, внушение в лесу – это не он! Или это запись, изменившая биоволну, как записью меняют звук голоса? Зря я об этом думаю, Подгорецкий сейчас все услышит и поймет! Впрочем, он уже все слышал, даже, кажется, про двойников.
– Клевета! – возмущенно объявил подполковник Радхаван. – Пусть это дело решается в Галактическом Арбитраже! Также как и действия террористки и убийцы Нины Робертс!
Это еще что такое? Моя начальница – террористка и убийца? В таком состоянии, в каком она была, все возможно, но откуда каутильцы это взяли? Она только кричала на них около энергостанции, но никому не успела навредить.
– Господин консультант должен допросить этого диверсанта в применением доступных ему специальных средств и с записью биополя для протокола! – потребовал своим отчетливым голосом Гопал. Интересно, что он имеет в виду, кроме внушения? Подгорецкий, не говоря ни слова, вспрыгнул на крыльцо, таща меня за собой за руку, так что я едва успевал за ним. Подполковник Радхаван зашагал следом.
Когда же теперь я попаду на энергостанцию? Надо бы предупредить Борского, что я в плену, но со строительным модулем связи нет. А теперь еще Подгорецкий слышит все, о чем я думаю, а значит, в ближайшее время будет выжимать из меня информацию всеми доступными ему специальными средствами.
Интересно, что за средства имел в виду доктор Гопал, кроме внушения? И чем это кончится? Скорее всего, солдаты сбросят бренное тело двойника Антона Хальса прямо в кислоту колодца, командир энергостанции будет считаться погибшим вместе с Брачичем и Сигемоном. Несчастный случай при освоении Виты. Так что же, я зря дрался с гладенцом, хоронил кости в колодце и брел по лесу в поддельном «Берсерке» без двигателя? Все мои хлопоты и догадки – сизифов труд? Нет, этого не может, не должно быть! Я должен все растолковать биополевику и каутильцам! А вдруг моя электромагнитная активность помешает биополевику считывать мои мысли? Нет, это вряд ли… Значит, надо просто использовать ситуацию, как могу. Просто работать. Давай-давай, Сизиф, давай…
 
29
Как именно использовать ситуацию, я не знал. Здесь от меня вообще ничего не зависело. Подгорецкий усадил меня за стол в небольшой пультовой. У меня сразу начала зудеть вся кожа – электромагнитного оборудования здесь было более чем достаточно. Если бы я был долонаном, давно бы уже дергал всеми рожками, но сейчас я только украдкой чесался.
На столе стоял плоский серебристый прибор с индикаторами, сенсором на поверхности и миражом над ним. Я попытался прочитать надписи в мираже. Сила биополя, частота колебаний, вектор направления… Кажется, это был анализатор биополя – попросту говоря, прибор для чтения мыслей. Подгорецкий положил мою руку на сенсор прибора и удивленно поднял брови – индикаторы неровно замигали, в мираже забегали сине-черные помехи. Кажется, помехи создавал именно я, но никто, кроме биополевика не обратил на них внимания. Допрос начался.
– Когда произошло нападение на командира энергостанции и его спутников? – задал первый вопрос Радхаван, сверля меня строгим взглядом.
– Четырнадцатого апреля, около тринадцати часов.
Я старался говорить спокойно и четко, как на экзамене, но одних воспоминаний о сражении хватило, чтобы в мираже над анализатором снова побежали черные и синие полосы. Подгорецкий снова зашевелил пальцами на сенсорах, мираж из сине-черного стал зеленоватым с золотистыми отблесками и даже выдал какие-то цифры. Волнение постепенно спадало, я начал осматриваться по сторонам, опустил взгляд на собственные руки и едва не подскочил на стуле. Руки светились, как небольшой окулум. Подгорецкий покосился на них, но не сказал ни слова, продолжая настраивать анализатор. Чем это все для меня кончится? Кто я для него – полноправный человек, подданный другого государства, или животное, подлежащее изучению, а после оценки возможного вреда – уничтожению? Впрочем, сами биополевики на территории ССП до сих пор не считаются людьми. Это немного успокаивало, а вскоре мне стало так спокойно и тепло, как не бывало с детства. Я облегченно вздохнул, сияние вокруг рук угасло, а мираж над анализатором расцвел всеми красками. А, вот в чем дело, это Подгорецкий меня успокоил, чтобы свечение не было заметно другим. Похоже, он тоже не хочет, чтобы кто-то заметил мои особые способности.
– Кто был среди нападавших? – услышал я новый вопрос подполковника. Сердце заколотилось, руки засветились чуть сильнее – сейчас я нанесу оскорбление офицеру во время несения службы. Подгорецкий снова добавил мне спокойствия, и руки погасли.
– Я видел человека, похожего на подполковника Радхавана или самого подполковника Радхавана. Мануэля Кантора из охранной фирмы «Бастион». Трех человек, внешне похожих на уроженцев Каутильи, одетых в военную форму Каутильи.
Подгорецкий быстро взглянул на меня и поднял пальцы над сенсором мигающего прибора.
«Успокойся, командир! На вопросы вслух отвечай вслух, на вопросы мысленные только думай! Каков вопрос – таков ответ! Когда будешь отвечать мысленно, записи не будет. Рука на сенсоре – запись идет, пальцы подняты – записи нет», – услышал я мысленный голос Подгорецкого. Он не маскировал свой приказ под мои мысли, как это делала станция внушения, а просто давил огромной силой своего природного биополя и был серьезен, как никогда. Похоже, он имел в этом деле свой интерес, и не собирался раньше времени делиться информацией с каутильскими партнерами. Но его внушение чувствовалось совсем по-другому, не так, как то, что в лесу. Подгорецкий опустил пальцы на сенсор, начиная запись, и я принялся без запинок отвечать на вопросы вслух – так же, как мне задавали их Радхаван и Гопал.
– Нет, кроме подполковника Радхавана и Мануэля Кантора знакомых людей в отряде нападающих не было. Да, убиты долонан Сигемон с Регдонда и десантник отряда номер пять базового корабля «Дмитрий Донской» Йозеф Брачич. Модуль был заперт…
– Как государство ССП использовало модуль экспедиции «Сатья-Лока-2»? – задал вопрос вслух доктор Гопал.