Жребий некроманта 3

— Ничего странного? — удивился Шурик, округлив глаза.
— Ага. Горгульей, скорее всего, управлял ментальный маг, — высказал я предположение, надел порванную верхнюю одежду и потопал прочь отсюда. — И этот маг уже давно дал дёру. Нет никакого смысла его искать.
— Ты уверен, что горгульей управляли? — взволнованно прострекотал братец, поскакав по улице рядом со мной.
— Угу.
— Но кто? — спросил Корбутов, выдыхая облачка пара. — Тебя же явно хотели убить? Кто бы посмел сотворить такое? Какому ментальному магу ты перешёл дорогу?
— Почему сразу перешёл? — фыркнул я. — Его вполне могли нанять.
— Но кто его мог нанять? — продолжал пытаться меня Санек, усиленно пыхтя.
— Не знаю, — пожал я плечами, солгав брату.
На самом деле мой поднаторевший в интригах мозг уже просеял крупицы имеющийся у меня информации и пришёл к выводу, что ментального мага на меня натравили явно не Корсаков и Повелитель. Следовательно, тут был замешан кто-то другой: богатый, дабы нанять мага, обозлённый, раз решил убить меня, и не слишком дальновидный, а может наоборот — весьма дальновидный. В общем, как бы то ни было, под описание очередного моего врага вполне подходил Павел Белозеров. А точно выяснить мне это поможет та самая девушка, коя некоторое время провела вместе со мной в переговорной. Чую, она могла подслушать мой разговор с Алёшкой и узнать, что я сегодня вечером покину общагу. Но как она подслушала? У неё такой острый слух или под рукой был какой-то артефакт? Впрочем, без разницы. Главное, что она подслушала мой разговор и сообщили мои слова Белозерову, а тот передал эти сведения менталисту. И последнему оставалось лишь проследить за мной и выбрать удобный момент для нападения.
    
Глава 15
Мы с мрачным Шуриком прошли несколько метров по улице. И я заметил свежие отпечатки от колёс автомобиля. Их ещё не успел припорошить мелкий, колючий снег, который сыпал с неба. Похоже, киллер привёз горгулью на тачке. И на ней же он свалил после неудачного покушения. Крысёныш. Я почувствовал обуревающую меня злость. Нет, надо успокоиться. Сейчас мне предстоят весьма тонкие манипуляции с кошачьими головами.
Я пару раз глубоко вдохнул морозный воздух, а затем безапелляционно сказал Шурику:
— Так, братец, о нападении горгульи никому не говори. И о моём гипотетическом враге — тоже молчи. Усёк?
— Ладушки, — кивнул тот и взволнованно добавил: — А ежели этот душегуб попробует повторить своё злодеяние? Он же прямо сейчас может натравить на нас какую-нибудь крылатую гадину.
— Нет, не натравит. Как я уже говорил, он свинтил отсюда. А по поводу повторного нападения… я буду к нему готов, — прогрохотал я, вошёл в дом Ильи и отпер дверь его логова.
Внутри квартиры нас встретила темнота и знакомое постукивание коготков под кроватью.
— Чёртовы крысы, — выругался Санек, держась за моей спиной. — Спасу от них нет.
— Твоя правда, — промычал я и криво усмехнулся. — Где тут у Илюшки керосиновая лампа?
Она обнаружилась в шкафу на полке. Рядом лежали спички. Я зажёг её и поставил на стол с исцарапанным полотном. Мягкий свет тотчас озарил комнатку и упал на отглаженный мундир. Он висел на вешалке, а та прикорнула на толстом загнутом гвозде, торчащим из стены. На мундире гордо поблёскивали две медали: одну Илья получил за Перекамск, другую — за битву на Безымянном поле.
Я пару секунд придирчиво разглядывал мундир и уверенно проронил:
— Ну, точно Илюшка скоро пойдёт к отцу своей зазнобы. Руку её просить.
— Согласится папаня? — выдохнул братец и с надеждой посмотрел на меня.
— Скорее всего, — ответил я и принялся выкладывать на стол головы кошаков и купленные Алёшкой ингредиенты.
Потом мы с Саньком принялись обрабатывать мои раны на спине. В этом богоугодном деле нам помогла аптечка Ильи. Ну а после оказания первой помощи я прихватизировал сорочку Ильи и надел её вместо своей рваной.
После этого наш дуэт принялся изготавливать артефакты. Дело пошло бойко. Правда, в комнате стало вонять заметно сильнее. У меня в носу защипало, а у Шурика на глазах навернулись крупные слёзы. Пришлось приоткрыть окно. И как раз в этот момент за дверью раздались торопливые шаги. Кто-то повернул ручку, но дверь не поддалась. Она была предусмотрительно заперта. Тогда в неё с той стороны забарабанили кулаком и прозвучал знакомый голос:
— Эй, открывайте!
— Алёшка пришёл, — облегчённо выдохнул Санек, который, как и я, не заметил, кто вошёл в подъезд. — Хорошо, что не Илья.
— Угу, — поддакнул я и покосился на мундир. Не провонял бы он…
Между тем Шурик открыл дверь. И в квартиру с шумом ввалился Лёха. Он пару раз подпрыгнул на месте, стряхивая налипший на тулуп снег, а затем сморщил физиономию и проронил:
— Ну и вонь.
— Вынужден согласиться, — пробормотал я и добавил: — Но мы скоро закончим. Ты как раз вовремя.
— Я всегда вовремя, — самодовольно улыбнулся Алёшка, уселся на шаткий стул и закинул ногу на ногу. И пока мы с Шуриком игрались с головами, он принялся с чувством рассказывать: — Я такую танцовщицу отыскал! Ух-х-х! Кровь с молоком. А как она танцует? Ноги выше ушей закидывает. Вы бы её видели, братцы. Она принесёт мне уйму денег.
— Нам, — напомнил я, исподлобья глянув на мечтательно лыбящегося брата.
— Да, да, нам, — поправился он, покашляв в кулак.
Шурик же покосился на мундир, потом перевёл взор на Лёху и неожиданно громыхнул:
— Жениться тебе надобно.
— Мне? — вытаращил глаза Корбутов. И даже кончики его усов как-то обвисли.
— Да, тебе. Стыдно будет, когда мы все женимся, а ты так и будешь ходить бобылем.
— Не бобылем, а свободным, — возмутился парень. — И чего ты такие речи завёл? Неужто жениться собрался? Ах-ха-ха. Кто же разглядел в тебе будущего супруга?
Алёшка захохотал и стал от избытка чувств хлопать себя по колену. Шурик насупился и замолчал. Но я видел в его глазах жгучее желание рассказать брату об Анне-Марии. Суеверного Санька останавливал лишь страх навлечь сглаз на его отношения с Анной-Марией. Видать, Шурик реально любил её, раз всё-таки смолчал, дав брату возможность отпустить ещё пару колких шуточек. Хорошо хоть тот быстро успокоился. А потом мы и вовсе разошлись в разные стороны. Но перед этим Лёха, уже на улице, удивлённо глянул на подранную спину моего полушубка и спросил:
— А это чего?
— Озабоченная горгулья налетела. Чуть девственности не лишила, — беззаботно отмахнулся я и передал ему головы-артефакты.
— Эвоно как, — дёрнул щекой Алёшка и отправился пристраивать головы к делу.
А мы с хмурым Саньком без происшествий добрались до приличного района. И там поймали извозчика. Тому тоже не понравился мой полушубок, но он молча пустил нас в свой транспорт.