Интуицио

Мы выпрыгнули из «скорой» и побежали со всех ног, оставив створку двери хлопать на ветру.
– Сворачиваем на Вторую авеню! – крикнул я. – Там одностороннее движение, он не сможет по ней проехать!
После трехсотметровой пробежки мы свернули на Тридцать третью улицу и лишь после этого замедлили шаг.
– Что теперь? – спросила, задыхаясь, Анна.
– Надо срочно найти спокойное место и устроить сеанс. Я хочу установить, где находится этот мерзавец, пока он сам меня не обнаружил. Лучшая защита – это нападение.
– Где-нибудь на природе? В сквере?
– Ага, я простужусь там насмерть в мокрой одежде. Лучше найти кафе, где можно посидеть в тепле.
– Хорошо, тогда веди, я здесь ничего не знаю.
– Я тоже не очень хорошо знаю этот район, но мы что-нибудь найдем.
Нам понадобилось меньше пяти минут, чтобы отыскать подходящее место, где посетителям предлагали бейглы и кофе. Небольшие столики в кафе располагались довольно далеко друг от друга, что нас очень даже устраивало.
Прежде всего мы наспех проглотили по сэндвичу, свой я запил горячим шоколадом, а Анна заказала холодный чай. Мне нужно было восстановить силы перед сеансом. Я хотел во что бы то ни стало обнаружить местоположение преступника. Несомненно, у него было какое-то убежище в Нью-Йорке, где он и готовил все поджоги. Если нам повезет и все сложится как надо, он вернется туда прежде, чем отправиться к месту новой атаки.
– Хорошо, – сказала Анна. – Допустим, мы его найдем. И что ты будешь делать? Мы же имеем дело с преступником…
– Знаю, у меня такое чувство, будто я встретился с персонажем собственного романа.
– Только ты писатель, а не мститель.
– Может быть, но…
– Тимоти, давай серьезно. Надо будет вызвать ФБР. Это тип настроен очень решительно, и он хочет тебя убить. На что ты рассчитываешь? Что ты убедишь его не делать этого? Надо быть реалистами…
– Я знаю, знаю… но я чувствую, что должен пойти к нему, пусть даже это нерационально.
– И просто-напросто глупо.
– Анна…
– И очень опасно.
Неожиданно для себя я накрыл ее руку своей:
– Анна, не могу тебе объяснить почему, но что-то внутри побуждает меня сделать это. Знаешь, это совсем не в моем духе, я кто угодно, только не вояка, обычно я вообще пугаюсь собственной тени, но тут… я должен поступить именно так, я это чувствую… я это знаю.
Анна не произнесла ни слова. Думаю, она отнеслась с уважением к моим словам. Невозможно быть профессиональным провидцем и при этом просить других людей игнорировать подсказки интуиции.
Сеанс длился не более получаса. Результаты выглядели странно, впрочем, уже не в первый раз.
Я увидел серую, очень неровную структуру, холодную и влажную, местами покрытую красным. На моих набросках эта конструкция была со всех сторон заштрихована частыми коричневыми линиями, как если бы рисовал ребенок. Но самым удивительным оказался набросок, демонстрировавший вид объекта сверху: он наводил на мысль о замке с башнями на каждом углу, с той лишь разницей, что внутри была зелень, какая-то растительность. В окрестностях чувствовалось присутствие воды, в очень больших количествах, вокруг или совсем рядом.
Мои ощущения, связанные с этим местом, вертелись вокруг чувства боли, одиночества, разочарования и смерти.
– Выглядит вдохновляюще, – сказала Анна. – Напоминает тебе что-нибудь?
– Совсем ничего.
– В любом случае это место кажется очень притягательным. Как раз такое, где хочется прогуляться в одиночестве посреди ночи.
Интуитивное восприятие эмоций, связанных с искомым местом, не важно, о каких эмоциях идет речь, прошлых или настоящих, заставляет вас их прочувствовать. Поэтому несколько минут я был охвачен отчаянием, глубокой печалью и страхом.
– Вокруг этого места все пропитано страхом.
– Хорошо. Тогда спроси себя поточнее, чего тут надо бояться.
Я вдруг почувствовал страшную усталость, тошноту, головную боль, боль в животе и спине.
– То, что я чувствую… наводит на мысль о болезни. О тяжелой болезни. Есть какая-то болезнь или больные, которые ассоциируются с этим местом.
– Это больница?
– Я не знаю…
– Кладбище?
– Скорее больница, чем кладбище, но проблема в моих набросках, потому что я видел…
Я вдруг замолчал.
– В чем дело? – спросила Анна.
– Думаю, я знаю, где это…
Анна внимательно посмотрела на меня.
– Есть один остров в проливе, который отделяет Лонг-Айленд от Манхэттена. Называется остров Рузвельта. На этом острове находится старая заброшенная больница, она не работает уже лет пятьдесят, если не больше. Оспенная больница.
– Оспенная?
– Да, она была основана в девятнадцатом веке для больных оспой, очень заразной в те времена. Поэтому больницу построили на острове, чтобы изолировать больных. Была страшная эпидемия, люди мерли как мухи…
– Я знаю: лекарства против оспы так и не нашли, смертность была чудовищной.
– Да. Эта больница стала, скорее, покойницкой… Ее закрыли только спустя двадцать лет, когда смогли разработать вакцину против оспы. Со временем здание превратилось в руины. Странно, но его так и не снесли, словно это какое-то проклятое святилище, которого не смеют коснуться. На остров запрещен публичный доступ, но, думаю, туда никто и не стремится. Я был на этом острове лет десять назад. К больнице невозможно подойти, но издалека видно, что растительность захватила все кругом: растения покрыли даже фасады и проросли повсюду… В этом месте природа одержала верх над творением рук человеческих.
– Природа одержала верх над творением рук человеческих, – задумчиво повторила Анна. – Именно такое место выбрал бы поджигатель…
– Это оно, Анна. Точно.
Перспектива отправиться в это мрачное место на встречу с преступником меня ужасала. Я чувствовал себя ребенком, который должен войти в процедурный кабинет, чтобы сдать кровь на анализ: в животе комок тревоги и нет никакой возможности этого избежать.
Но я должен был туда отправиться. Нельзя было дать страху завладеть мной. И тем более позволить сомнению укорениться в моем беспокойном разуме.
Я допил шоколад, пока Анна была в туалете.
Пять минут спустя мы шли по Первой авеню, двигаясь на север.
– Как только увидим такси, возьмем его, – сказал я.
– Не думаю, что получится…
Я совершенно забыл, что это был субботний вечер… Улица была полностью забита транспортом.
– По крайней мере, сейчас мы идем в правильном направлении.