Книга чая. Магия, пропитанная ядом

– Отпусти ее.
Руйи бросает меня, и я прижимаю руку к себе, покачивая ее. Боль пульсирует в такт моему сердцебиению.
– Побереги свою энергию, – с холодным весельем говорит принцесса, – она пригодится тебе, чтобы выполнить то, что я потребую.
Я ничего не понимаю.
– Меня порядком удивило, когда я узнала, что ты привлекла внимание кое-кого во дворце, – продолжает она. – Я следила за своим двоюродным братом, когда его перевели в резиденцию. Мои охранники доложили мне, что каждую ночь он уходит в час призраков, а возвращается в час воров. Чтобы увидеться с… тобой.
Я чувствую горечь во рту. Я сглатываю. Так, значит, все это связано с Каном. Нити, связывающие меня с ним, а его с ней. Нити судьбы, пульсирующие между нами.
Принцесса приближается ко мне, ее тень падает на меня.
– Скажи мне, Нин. Ты работаешь с ним? Что он замышляет?
– Не знаю, – я качаю головой. – Я встретила его на рынке в день начала состязания.
Принцесса хватает меня за подбородок, запрокидывая мою голову назад и заставляя меня посмотреть на нее.
– Если ты лжешь мне, – спокойно говорит она, – я прикажу убить твою семью.
Единственная угроза, которая может уничтожить меня.
– Он… он сказал мне, что император мертв.
Принцесса безэмоционально смотрит на меня, как будто обдумывая все великолепные способы, которыми она могла бы заставить меня замолчать.
Я заставляю себя выдержать ее взгляд и произношу следующие слова медленно и осторожно:
– Вы знаете, что я говорю правду.
Она отпускает меня, и я прикрываю глаза.
– Не вздумай никому рассказывать о его лжи, – учтиво говорит принцесса. – Ты сблизишься с ним, узнаешь, что он замышляет, а потом доложишь обо всем мне. Если предоставишь мне полезную информацию, я вознагражу тебя после состязания и предоставлю все необходимое для твоей семьи. Если же ты не окажешься мне полезной…
Ее угроза предельно понятна. Принцесса хочет, чтобы я стала ее шпионкой. Она хочет, чтобы я использовала Кана, чтобы узнать планы его отца. У меня в арсенале не так уж много вариантов, поэтому придется согласиться.
Мне есть что получить, равно как и потерять.
Я киваю.
– Я сделаю это.
– В таком случае тебе уже пора идти. Приближается час призраков. – Принцесса протягивает руку и ломает ветку сливы. Некоторые цветы уже завяли. Ничто прекрасное не длится вечно.
– Как я найду вас, если у меня появится информация, которой я смогу с вами поделиться?
– Руйи покажет тебе, как со мной связаться, – она машет рукой, отпуская меня.
Руйи снова подходит ко мне и жестом приглашает следовать за собой. Немногословная девушка. Она ведет меня к воротам, расположенным по другую сторону сада. Очередной туннель, но этот значительно короче предыдущего.
Мы оказываемся в заднем коридоре, и по белым стенам я узнаю, что мы находимся за дворцовой библиотекой. Тут тянется укрытая в тени тропинка; каменная галька образует дорожку, украшенную изображениями богов. Ученые могут снять обувь и прогуляться босиком, чтобы прояснить ум и прийти к новым идеям. Окаймляют тропу каменные львы, у них такие же свирепые морды, как и у предыдущего.
– Отсчитай двоих с южного конца, – говорит Руйи, указывая на льва. Она вручает мне вышитую желтую ленту. Ее легко заметить издалека. – Привяжи к львиной лапе до первого удара вечернего гонга. Я встречу тебя здесь в час воров. Если принцессе нужно будет поговорить с тобой, повяжу такую же ленту на льва перед твоей резиденцией. Встреться со мной в это же время.
Руйи кланяется мне, касаясь рукой своего плеча.
– Удачной охоты, Нин из Су.
Почти беззвучно Руйи растворяется в тени, оставляя меня в одиночестве искать дорогу обратно в жилые резиденции.

 
Глава 20
Я заснула спустя какое-то время после того, как гонг ударил в четвертый раз, понимая, что сегодня ночью Кан не придет. Полагаю, это уже в какой-то степени делает меня шпионкой-неудачницей, но тем не менее я благодарна за небольшую отсрочку. После встречи с принцессой мои нервы на пределе, и я не уверена, что смогла бы как следует притворяться, встреться мы с ним сегодня ночью.
Утром мы с Лиан завтракаем мягкими бао-цзы, только что приготовленными на бамбуковых пароварках на кухне Малыша Ву. Мы разламываем тесто, чтобы раскрыть начинку – свиной фарш, смешанный с нарезанным зеленым луком, сбрызнутым небольшим количеством кунжутного масла, – и дуем, чтобы остудить. Мне следовало бы радоваться, что я сижу здесь, но тревога так и ползет вверх по горлу, пока я окончательно не лишаюсь аппетита.
Интересно, как долго принцесса планирует скрывать правду о здоровье императора. Даже представить не могу, как разозлятся люди, когда поймут, что их обманывали. Я видела множество ее масок – на сцене, глазами Кана, и недавно в саду лично. Она человек, который приближается к краю.
– Нин! – Лиан машет рукой перед моим лицом. – Ты такая тихая сегодня!
– Я… – я поворачиваюсь к ней, откусываю большой кусок булочки и чуть не давлюсь. – Я… я просто переживаю за следующий этап.
Мне надо научиться врать, да побыстрее, иначе я глазом моргнуть не успею, как все мои секреты раскроются.
Лиан кивает.
– Это понятно. Дальше ведь будет только тяжелее. Особенно если учесть, что нам отвели два дня на подготовку к следующему испытанию.
Лиан пытается отвлечь меня рассказами о вчерашнем банкете. Она рассказывает, как ей пришлось сидеть рядом с некоторыми из низших чиновников, которые склонны к чрезмерной болтовне, особенно когда вино льется рекой. Лиан делится и тем, что все вокруг только и болтали о том, почтет ли император их своим присутствием, хотя бы ненадолго. Но он так и не появился.
Как Изгнанный Принц узнал о смерти императора, когда принцессе удалось скрыть это даже от двора? В голову вновь лезут мысли о слухах, что у его шпионов всегда есть уши и глаза… они похищают детей, чтобы те стали новыми жителями его темного королевства…
– Можешь поподробнее рассказать о принцессе? – если Лиан поделится со мной информацией, возможно, тогда с ее помощью мне удастся сориентироваться во всем, что я видела за последние несколько дней.
– Когда я зимовала здесь, все дети старались держаться вместе, – говорит девушка. – Чжэнь была… серьезной. Тихой, всегда сосредоточенной на учебе. Неудивительно, ведь ее бабушка была вдовствующей императрицей, – на этих словах Лиан морщится.