Танго с призраком. Канженге
Кардинал задумался.
– Отец Анхель, ритана сама предложила приехать в Лассара?
– Да.
– Вы не намекали, не уговаривали…
– Нет.
– Тогда изымать ничего не нужно. Пусть захватят с собой нескольких копиистов. Снимут на месте копии с книг, отметят, чем обладает род Лассара, и вернутся.
– Да, ваше преосвященство.
– Сотрудничество с некромантом может быть взаимовыгодно для Храма. Надо поощрить девушку.
– Слушаюсь, ваше преосвященство.
Кардинал отпустил священника и задумался.
Да, Лассара.
Старая семья, некроманты…
Это будет замечательный пример для всех маловерных. Если получится…
* * *
Магазин так и стоял.
Темный, грустный…
Тони зажгла лампы, открыла кладовку с тряпками и принялась наводить порядок. Протирать пыль… сколько ж ее тут скапливается?
Жуть тихая, сильно пыльная…
Тони вытирала, подметала, болтала с призраком – и едва не пропустила момент, когда скрипнула входная дверь. Но Рей мигом напрягся.
– Тони, там трое…
– И?
– Кажется, это прописка. Знаешь?
– Знаю, – Тони, которая как раз копалась на втором этаже, отставила в сторону совок и веник и направилась вниз. – Рассказывали.
– Если что – я появлюсь. Или если захочешь вызвать – щелкни пальцами. Подсказать постараюсь, – шепнул Рейнальдо. И скрылся.
Хотя ему сейчас и напрягаться для этого не пришлось.
После растраты сил на побережье выглядел призрак не светящимся силуэтом с человеческими очертаниями, а так… скорее, контуром.
Тони медленно спустилась вниз.
– Чем обязана, сеньоры?
Сеньоры повернулись на голос, скорее, демонстративно. Не услышать ее было невозможно. Но «прописка» диктует свои правила.
Хуан Мартель рассказывал во времена оны. И про криминальный мир, и про то, что каждый, желающий работать на чьей-то территории, будет платить налог. Неофициальный, не особенно высокий, но – лучше не спорить. Иначе жизни не дадут.
Сеньора Луиса об этом не говорила, но Тони подозревала, что платила и она. Или как-то еще взаимодействовала. Бывает…
Итак, трое.
Старший – крепкий, кряжистый такой, основательный мужчина лет сорока. Черные волосы подстрижены в кружок, темные глаза смотрят спокойно и уверенно, лицо избороздили морщины, на щеке два шрама. Не пешка.
Но и не ферзь.
Одежда хоть и хорошая, но не дорогая. Сеньор такое не наденет, собираясь в гости. На работу – дело другое. На каждый день…
Рядом с ним двое…
Тут все понятно. Силовики. Как говорила сеньора Долорес – бычье. Безмозглое.
На лицах написано, что мозгов нет. Но вот с дубинками, кастетами и ножами управляться должны отменно. Это тоже видно сразу. Как они стоят, как по сторонам смотрят…
– Здравствуйте, ритана, – предсказуемо начал старший.
– И вам здоровья, сеньор. Не хотите пройти, присесть? У меня и чай есть, и к чаю есть…
Тони мысленно поблагодарила сеньора Симона, который столько ей собрал с собой. Очень удачно получилось. Ей бы этого на неделю хватило, а сейчас, вот, все и съедят?
Мужчина подумал пару минут, а потом кивнул.
– А давайте чаек, ритана. Поговорим о том, о сем…
– Сейчас поставлю. А вы пока в гостиную проходите… да не переживайте. Не сбегу. И в полицию не кинусь, чай, не дура.
– Вижу, ритана.
– Так проходите и располагайтесь. Только ноги о коврик вытрите как следует, я только подмела.
Мужчины переглянулись, но просьбу ританы выполнили. Тони улыбнулась им и упорхнула на кухню. Ставить чайник.
– Рей, что скажешь?
– Пока к тебе шестерок послали. Попроси поговорить с тем, кто повыше.
– Думаешь, согласится?
– Намекни, что ты Лассара. А это может быть обоюдовыгодно.
Тони качнула головой.
– Не хватало мне еще криминалу услуги оказывать!
– Так ты много и не можешь, только с призраками беседовать. А добрая воля к переговорам, да еще от ританы, да еще от некромантки… ты поверь, с тобой даже из простого любопытства поговорить захотят.
– Думаешь?
– Уверен. Вот увидишь…
– Попробую. С этими о делах не договариваться?
– Нет.
Тони кивнула, подхватила поднос – и понесла в гостиную. Расставлять на небольшом столике тарелочки, мисочки, чашки и чайник. Ходить пришлось аж три раза.
Наконец, все заняло свои места, и Тони устроилась за столом.
– Сеньоры, давайте я за вами поухаживаю, – она обращалась к ближайшему соседу, которым оказался один из «бычков». – Какой чай вы предпочитаете?
Мужчина чуточку растерялся, но потом все же выдавил из себя короткое:
– Черный.
– С сахаром? Без?
– Без…
– Мед? Варенье? У меня есть апельсиновое…
– Варенье, – оживился мужчина.
– Прошу вас, – Тони передала ему розетку и занялась следующим гостем.
Мужчины не торопились. Ели лепешки, мазали их медом и вареньем, щедро запивали чаем…
Тони тоже не давила. Улыбалась, делала маленькие глотки чая из синей фарфоровой чашки с золотой каемкой. Любимая чашка сеньоры Луисы.
Наверное, с ней связана какая-то история… Тони никогда ее не узнает.
Грустно.
Впрочем, долго унывать некромантке не дали.
– Ритана, вы унаследовали этот магазин?
– Я, – не стала скрывать Тони.
– Вы сами будете им заниматься, или кому доверите?
– Сама буду заниматься, – Тони говорила спокойно.
– Сеньора Маркос что-то вам рассказывала о сеньоре Пенья?
– Нет. Но полагаю, вы мне сейчас расскажете?
– Сеньор Пенья… как бы это сказать, – чуть замялся мужчина.
– Скажите, сеньор, а как мне к вам обращаться?
– Сеньор Донато.
– Просто Донато?
– Донато Карлос Гомес.
– Очень приятно, сеньор Гомес. Полагаю, вы меня знаете. Антония Даэлис Лассара, к вашим услугам.
– Мы наслышаны о фамилии Лассара, ритана.
– А я наслышана о теневой жизни квартала, сеньор Гомес. Я правильно полагаю, если я не буду платить определенную сумму, с магазином случится что-то неприятное?