Сеть смерти

— Пойдем поговорим с другом убитого, — предложила Ханна.
 
* * *
Дверь четырнадцатой квартиры открылась сразу же. На пороге стояла бледная темноволосая девушка в синей рубашке до середины бедра. Несмотря на глубокую ночь, девушка была бодра, причесана и даже накрашена. Ее длинные обнаженные ноги сразу же завладели вниманием Бернарда, поэтому разговор пришлось вести Ханне.
— Здравствуйте! Я — детектив Шор, а это мой напарник, детектив Глэдвин. Я правильно понимаю, что Джером Пит сейчас у вас?
— Да. Бедняга… Он в таком шоке! — Девушка посторонилась и жестом пригласила детективов войти. — Меня зовут Петал.
— Как, простите? — переспросила Ханна.
— Петал. Пишется пэ-е-тэ…
— Петал — в смысле лепесток? [2]
— Именно! — Девушка улыбнулась.
Ханна постаралась сохранять невозмутимость.
Джером Пит сидел за кухонным столом с большой кружкой горячего кофе. Он был невысокого роста, с гладким розовощеким лицом и волосами цвета увядшей моркови. Верхнюю губу прикрывала щеточка усов. Ханне он показался очень непривлекательным.
— Это детективы. Из полиции, — пояснила Петал.
— Детектив Глэдвин, — представился Бернард, — и детектив Шор.
— Вас угостить кофе? — предложила Петал.
— Да, пожалуйста, — улыбнулась Ханна. Девушка ей определенно нравилась. Имя, конечно, дурацкое, но что поделать — все вопросы к родителям.
— Спасибо! — поблагодарил Бернард и сел за стол спиной к Петал, чтобы не видеть, как она хлопочет — достает кружки и нагибается к нижнему шкафчику за банкой кофе, еще больше оголяя ляжки.
— Расскажите, пожалуйста, что именно произошло, — попросил он, обращаясь к Джерому.
Ханна приготовила блокнот и ручку. Бернард обходился и без этого.
— Ну… Мы с Фрэнком вернулись из паба, — дрожащим голосом начал Джером. — Ходили выпить. Я недавно расстался с девушкой, и Фрэнк пытался меня подбодрить. Он был очень хорошим другом…
Голос Джерома прервался. Он вздохнул, сделал глоток кофе и продолжил:
— В общем, мы вернулись, выпили еще по рюмке текилы, и Фрэнк вызвал для меня такси, потому что я был уже не в состоянии сесть за руль. Через несколько минут позвонил таксист, сообщил, что ждет у подъезда. Я попрощался и вышел.
Ханна сделала несколько пометок в блокноте и уточнила:
— Вы не знаете, в какую службу такси звонил Фрэнк?
— Нет.
— Понятно. Продолжайте.
— Я спустился этажа на три, когда услышал крики наверху. Мне показалось, что это голос Фрэнка, поэтому я побежал обратно. Потом услышал, как Фрэнк вскрикнул, и все стихло. Я сразу почувствовал неладное — знаете, чувствуешь иногда, когда происходит что-то очень плохое.
Ханна кивнула. Она также знала, что в девяти случаях из десяти эти предчувствия не оправдываются. Однако люди запоминают тот единственный раз, когда предчувствие их не обмануло, и верят потом в свою невероятную интуицию.
— Я ускорил шаг, и тут кто-то промчался по лестнице мне навстречу. Чуть с ног не сшиб!
Детективы насторожились. Если Фрэнка убил не сам Джером, скорее всего, это и был убийца.
— Вам удалось его разглядеть? — спросил Бернард.
— Нет, на лестнице было темно. Знаю только, что это мужчина примерно моего роста. Больше ничего не запомнилось.
Бернард вздохнул:
— Продолжайте.
— В общем, я поднялся наверх. Дверь в квартиру Фрэнка была открыта, а он… он…
— Когда вы вернулись, Фрэнк был еще жив? — уточнила Ханна.
— По-моему, нет… Он выглядел мертвым, и вокруг было столько крови…
— Вы не помните, запирал ли Фрэнк за вами дверь? — спросил Бернард.
— Да, конечно. Он проводил меня до двери, а потом закрылся на замок.
— Что вы делали после того, как обнаружили Фрэнка?
— Я… я закричал.
— Я проснулась от крика Джерома, — пояснила Петал, ставя на стол кружки с кофе для детективов.
— До этого вы ничего не слышали? — уточнил Бернард.
— Мне послышался удар и, возможно, крики.
— Вы не стали ничего предпринимать? — спросила Ханна.
— Ну… Фрэнк иногда шумел по ночам.
Ханна понимающе кивнула. С таким арсеналом секс-игрушек не шуметь было бы трудно.
— Я выглянула и увидела Джерома. Спросила, что происходит, а потом пригласила его к себе. Он явно испытал облегчение, когда я его позвала.
— Еще бы, — согласилась Ханна.
— Во сколько, по-вашему, на Фрэнка напали? — спросил Бернард.
Джером поколебался.
— Я точно не знаю…
— Я проснулась в двадцать пять минут первого, — сообщила Петал. — Посмотрела время на телефоне.
— А в котором часу вы отправились в паб? — спросил Бернард.
— Примерно в полдесятого.
— Что это за паб?
— «У Лероя», здесь недалеко.
Ханна и Бернард переглянулись. Заведение было им знакомо: патрульные разнимали там дерущихся чуть не каждую ночь. Ханна взглянула на часы. Без двадцати два. Интересно, открыт ли еще паб…
— Во сколько вы вернулись сюда с Фрэнком? — спросила она.
— Минут за двадцать до моего ухода. Получается… около полуночи?
— Фрэнк ждал кого-нибудь? — спросил Бернард.
Ханна взялась за кружку, предоставив ему продолжать допрос.
— Нет. Он собирался в душ и спать.
— Не знаете, чем он занимался перед вашим походом в паб?
— Нет… Хотя погодите — он говорил, что навещал сестру в аутистическом центре.
— У его сестры аутизм?
— Да. Неподалеку есть центр долговременного ухода, поэтому Фрэнк и снял эту квартиру — чтобы быть поближе к сестре.
— И вчера он ее навещал?
— Да. Вчера днем.
— У Фрэнка были враги?
Джером ненадолго задумался.
— Нет.
— Вы уверены? Нам может пригодиться любая информация.
— Я не слышал ничего о врагах.
— Может, он кому-нибудь был должен?
— Насколько мне известно, нет.
— Он принимал наркотики? — вмешалась Ханна.
— Да, наверное. А кто не принимает?
Ханна прищурилась:
— А вы принимаете?
— Что?.. Нет, конечно!