Тихое баронство
— Нужно через Гильдию действовать. Что-то запросить, например, про реагенты из Колоний, она ответит как бы от себя, государь не одобрит. Тут её от должности можно и отставить.
— Идея неплоха, начинай проработку. Однако желаю послушать и другие варианты. Если что надумается, прошу сразу ко мне. Даже если совсем сырая идея, мы вместе обсудим, и возможно сможем её реализовать.
— Что-то ещё нам знать надо?
— По делу всё сказал, для общего понимания обстановки есть кое-что о Тихом. Стах вырастил и отдал Лидии Мостовой Розу Некроманта. Родители девушки отдарились амулетами. Шранты, воздушники, родственники девицы по матери, очень недовольны — им Мостовые прямо заявили, что Лидия замуж не собирается. Ни за Тихого, ни за кого другого, так что на доступ к башне не стоит рассчитывать.
— Это хорошо. Мы в гарнизоне восемь наших держим, два волшебника и шесть помощников. Результат чувствуется сразу. Даровая мана плюс хороший инструктор творят чудеса.
— А Стах как?
— Ему Диваза в учителя нужна. Может быть, Сала сможет чего показать, но тут не уверен. Фина — сомнительно, однако и её попробовать можно. Остальных он точно перерос.
— Даже так?
— Чего тут удивляться? Архимаг с родовыми способностями к огню!
— С Дивазой и Салой поговорю — возможно, смогут уроки Стаху давать. А Фина ради Тихого даже в отставку пойдёт. Он ей лицо поправил.
— Да, тихая мамочка за барона любого сожжёт, пепел сдует, а потом скажет, что так оно и было. Единственно, его величество против не будет?
— Государя отвлекать от наиважнейших государственных дел по столь ничтожному поводу мы не станем. Посторонние проболтаются — сильно обижусь. Ну а коли его величество всё же спросит — отбрешусь. Скажу: молодой, хоть немного обучить нужно, а то вдруг чего спалит… Прямой запрет едва ли последует, невместно посторонним, какие бы они не были по званию, в родовые дела влезать, а никаких намёков я не пойму.
— А если Неста доложит? Она по своим каналам многое узнаёт.
— Тогда у меня будет железный повод с ней разругаться.
Силестрия
Её светлость Силестрия, великая герцогиня Синедольская, пила чай с подругой в Розовом салоне Клубничного павильона. Изящные малюсенькие пирожные, размером на один укус, были совершенно незаслуженно забыты за разговором. Да и чай в чашках уже подостыл.
— Как тебе сказать? Поспокойнее стало, сильно поэкономнее, особенно когда шефство над полком передала, но, сама понимаешь, почёта и уважения тоже стало поменьше. Сильно поменьше.
— А у тебя в герцогстве?
— Там как было, так и осталось. Муж — государь, сын — наследник, а я так… жена и мама. В герцогстве у меня влияния меньше, чем здесь. Особенно после того, как дочку замуж выдала.
— И с финансами?..
— Нет! Гневить богов не стану, хоть с деньгами у меня неплохо. Доходы с приданого регулярно поступают, муж содержание не задерживает, а здесь брат ещё установил хорошую дотацию.
— Так чего тебе осталось желать?!
— Тут ты не права. Сколько лет после смерти мамочки я была первой леди королевства? А сейчас кто? Даже не шефиня своего полка. Хотя Лагоз был очень щедр, когда просил передать его Мариане.
— Ну, а как с личным?
— И не спрашивай! Мне так неудобно перед мужем. Слухи-то до него доходят.
— Да ты что! И он ничего?
— Мы же дали друг другу свободу. И я ему давно неинтересна. У него интерес поднимается только на пастушек, которые совсем молоденькие. Но всё-таки неудобно.
— У тебя, что не один амант?
— Ах!
— Двое? Ты даёшь!
— Постоянных… более-менее… трое. И не всегда могу сдержать женскую слабость к мужчинам. Они такие приставучие! Говорю же, мне так неудобно перед мужем.
— Ты и выглядишь очень миленько. Это всё твой мальчик-чародей?
— Да, он придал мне уверенности.
— Не хвастает своими связями?
— Он же Тихий! И не только по фамилии. Ты слышала, что к нему инкогнито ездил кое-кто из Довиза?
— Сама?..
— Я тебе этого не говорила. Может, доходили слухи про вдруг пропавшее родимое пятно со щеки у принцессы Еграри?
— Про это слышала. Это всё он? А мы-то удивлялись!..
— Барону такое не просто даётся, но он один из тех, кто продолжает меня уважать. Хотя и в опале, но к моим рекомендациям прислушивается.
— А как обычно его благодарят?
— Кто как хочет. Но поместье в Довизе король заставил Стаха передарить.
— Поняла. А его крема?
— Это полный восторг и нега для женской кожи. Шепну про кое-что для мужчин. Понимаешь? Но тут надо быть осторожным. Один старичок трёх девок разом огулял и помер.
— Моему бы такое подсунуть.
— Что? Он уже не?..
— Меня уже не! А залезть под юбку какой-нибудь дуре-простушке он очень даже да.
— А у тебя на сердце кто-то есть?
— Как бы тебе сказать?..
— Ничего не говори, и так всё ясно — тебя надо свести с Тихим.
— Право слово, неудобно… Опять же не знаю, как муж отнесётся… И зелий бы мне. Да и для мужа то чудодейственное снадобье.
— С зельями сложнее — их ещё надо сварить, а компоненты редки и дороги. Впрочем, я слышала, что буквально неделю или две назад его корабль из Колоний вернулся. Ему Лагоз разрешил три раза в год посылать за редкими реагентами и всякими травами. Для прибытку тоже, но этим купец занимается. Так что может сейчас, у него что-то потребное появилось.
— Как бы узнать поточнее?
Шарлотта
— Отец! Я хочу вернуться в башню и сказать этому Тихому, что он мне совсем не интересен!
— Да? Хм… Капа, что юноша так эффектен?
— Причём здесь это? Он груб, нагл и совсем не достоин наших милостей!
— Шарли, помолчи! Я не тебя спросил.
— Ваша милость, молодой человек силён, статен и с боевым шрамом на лице. Многим глупышкам такой может сразу вскружить мечтательную головку.
— Я!..
— Шарли! Ещё одно слово и ты пойдёшь к себе.
— Всё равно! Я не глупышка!
— Ясно. С остальным, значит, согласна. Капа, что с источником?
— Источник Силы имеется, и он действительно могуч. Немного не нашей направленности, но пренебрегать таким нельзя.
— Как парень отреагировал на малышку?
— Серьёзно совсем не воспринял, но, пока она говорила, откровенно ею любовался. Ничего такого, однако, как минимум, Шарлотта ему не противна.