(не) Верь мне (СИ)

— Что у тебя? — поторопил Глеба с озвучиванием его размышлений.
Я сейчас был не в ом состоянии, чтобы выдерживать драматические паузы.
Глеб кивнул, и мягко, словно разговаривает с психом, спросил:
— Скажи, а ты уверен, что Настя не сливала информацию Стрельцову?
— Конечно, — ответил уверенно. У меня и мысли такой не возникало в отношении девушки.
— Просто все это странно. Девушку везут в самый элитный район области...
— Информацию начали сливать до ее появления в компании, — жестко перебил его на полуслове.
Понимаю, куда он клонит, но я уверен в девушке, как в самом себе. И никому не позволю даже думать о ней, как о предателе.
— Ты сейчас на эмоциях, — проговорил Глеб, выставляя ладони перед собой. — Однако подумай хоть несколько секунд. У нее могли быть сообщники. На Стрельцова точно работает не один человек из компании. Есть кто-то еще. Кто-то у кого есть доступ к нужной информации.
— И это точно не Настя, — вновь перебиваю его. В этот момент мой голос звучит, как никогда уверенно и твердо.
— Да, но вполне возможно, что человек, который работал на Стрельцова ранее, не справился с задачей, и подослали Анастасию. Втереться в доверие, задействовать женские штучки и вызвать у тебя симпатию...
Коллега не договорил. Со всей силы врезал ему кулаком в челюсть, выплескивая весь гнев, который вскипел в жилах после его слов.
— Настя этого не делала, — жестко произнес, глядя, как начальник службы безопасности стирает тонкую струйку крови с губы.
Я уверен в девушке. Знаю, что она не предаст.
Однако факт слива информации имеется... А с Настей у нас не самое мягкое и дружное прошлое...
Неожиданно дверь распахнулась, и в кабинет вошел вооруженный мужчина. Его лицо скрывала маска, а вот опознавательные знаки на форме отсутствовали.
— Все готово, — строгим голосом отчитался он Глебу, после приветственного кивка. Военный внимательным взглядом окинул помещение, словно где-то тут притаился его злейший враг.
— Отлично, — кивнул начальник службы безопасности, после чего неожиданный визитер снова кивнул и удалился, плотно прикрыв за собой дверь.
Я удивленно приподнял брови, и посмотрел на Глеба.
— ОМОН, — ответил он на мой немой вопрос. — Решили, что лучше не светить шевронами.
Тоже верно. Тем более, что Настя находится в таком месте, куда просто так не пройдешь. У нас нет разрешения на то, чтобы вломиться на охраняемую территорию. А значит придется пробираться в дом не через центральные ворота. А так как там везде понатыканы камеры — надо, чтобы парней не могли распознать.
Наконец-то Глеб дал отмашку, и мы покинули кабинет радушного хозяина отеля, у которого из-за нашего мероприятия прибавилось слишком много хлопот. Ведь в гостинице, где мы отмечали юбилей, в это время отдыхали простые люди. Теперь Тимуру предстоит выслушивать жалобы по поводу испорченного отдыха.
Но это меня мало волновало. Пусть этим занимается наш непосредственный директор. Сейчас у меня были дела гораздо важнее.
Мы расселись по машинам, и стройной колонной отправились по нужному адресу.
Когда выехали на трассу, я заметил, что наш кортеж, который состоял из двух внедорожников и одного микроавтобуса растянулся, и теперь между нами ехали по две машины гражданских. Что ж парни действительно профессионалы, раз решили именно так ехать. Ведь в любом случае, кортеж из черных, тонированных машин, легко может привлечь внимание.
 
Пока мы ехали, в машине воцарилась гнетущая, напряженная тишина. Непроизвольно я вспомнил о словах Глеба, о том, что Настя могла все-таки сливать информацию.
Я в это не верил.
Или не хотел верить?
Но оглядываясь назад, в наше прошлое, а точнее в те времена, когда мы были зелеными первокурсниками....
Тогда я повел себя, как настоящая свинья, которой были важны признание общества, лидерство среди крутых парней. Настолько важно, что совсем забыл о таком важной вещи, как настоящая дружба.
Сейчас я понимаю, что Настя была для меня не просто другом детства. Она вызывала чувства куда более серьезней, чем дружеские. Но тогда я был зеленым сопляком и совершенно не понимал, что со мной происходит.
Почему оценивающие взгляды одноклассников вызывали раздражение? И почему каждому хотелось дать в глаз, чтобы не смели в ее сторону не то что смотреть, но и дышать.
А вот на первом курсе, что-то у меня в голове щелкнуло... И, к сожалению, не в ту сторону. Я познакомился с самыми крутыми студентами ВУЗа, и решил, что дружба с ними гораздо важней и интересней, чем с Настей.
Одним из этих крутых студентов, так называемых друзей, был Демьян.
Все эти годы Настя хранила обиду на меня за травлю, которая началась по моей вине.
Я ненавижу себя за это.
Сердце кровью обливается, когда представляю, через что пришлось пройти этой девушке. Хочется найти всех, кто хоть словом обидел мою девочку и избить так, чтобы мать родная не узнала.
Сжал кулаки и отвернулся в окно. Мы ехали по ночному городу, и до нужного места оставалось еще примерно минут двадцать пути.
Хотелось выскочить из салона и подтолкнуть машину, чтобы она ехала быстрее.
В голове были картинки, того, как Настю связали и бросили в сырой, темный подвал. Как ее охранники ежесекундно угрожают убить мою девочку.
Она моя.
И даже если вдруг окажется, что это она сливала информацию, все равно это ничего не изменит...
Она моя.
 
 
Глава 30 
Анастасия
Пробуждение было тяжелым. Голова раскалывалась с такой силой, словно по ней проехал поезд.
Не открывая глаз, повернулась на спину и замерла.
От такого просто действия в голове раздался перезвон колоколов, и я положила прохладные пальцы на виски, слегка массируя, надеясь хоть так унять это болезненное чувство.
Что со мной происходит? Неужели я вчера на юбилее компании так напилась, что сейчас испытываю весь этот кошмар?
Постепенно воспоминания начали возвращаться, и я резко распахнула глаза.
Я была в незнакомой комнате, похожей на гостиничный номер: огромная двуспальная кровать, кресло, маленький шкаф. На противоположной стене висела большая картина, и я бы обязательно залюбовалась творением мастера, вот только неизвестность моего местонахождения пугала до дрожи.