Страсть на предохранителе

– Пиво пьют, – шепотом сказал Максим.
– Не думаю, что холодное. – Яна поежилась и передернулась изнутри.
Платье у нее открытое, спина от лопаток и выше обнажена, Максим заметил, как нежная загорелая кожа пошла мелкими пупырышками. Озноб девчонку хватил, ничего удивительного. Она же знала, с кем имеет дело, и все же не свернула с пути, выследила возможных преступников и Максима вызвала. Теперь он сам управляться будет.
– Не время сейчас холодное пиво пить, – сказал Максим, расстегивая пуговицы рубашки.
Под ней у него майка-безрукавка, ничего страшного, если он побудет в таком виде.
– Тихо, – едва слышно прошептала Яна.
Возможные преступники смотрели в их сторону. Неужели заметили? Куст пышный, расстояние не самое близкое, к тому же вечерние сумерки. Максим не зря понадеялся на эти плюсы. Подозрительные купальщики их не увидели и стали одеваться.
Максим набросил свою рубашку Яне на плечи. Она благодарно глянула на него, но ничего не сказала, а он увлек ее за собой. Нужно было идти к машине.
Шагали они по той самой тропке, на которую Яна вывела его по телефону. Сначала вышли к велосипеду, едва заметному в траве, затем добрались до машины, стоявшей у проселка, тянущегося вдоль реки.
– У них одна дорога, мимо никак не проедут, – сказал Максим.
С реки дул прохладный ветерок, но в салоне машины сохранялось дневное тепло. Яна сняла рубашку, едва только закрыла за собой дверь.
– Спасибо!
– Нет, это тебе спасибо!
– А если это совсем посторонние люди? – спросила Яна, улыбнулась и с хитринкой глянула на него.
– Как это посторонние? – Максим нахмурился.
– Увидела я кого попало, позвонила тебе. Может, мне скучно стало? С тобой чуточку повеселей.
– Да? – Он задумался.
Яна оторвала его от очень интересного дела. И тела. Но Павлов почему-то не считал это большой потерей. Может, потому, что с Яной ему интересней, чем с Юлей?
– Да шучу я. Они из сто четырнадцатого дома вышли. Вернее, один из них, этот, невыразительный, а другой за рулем сидел. Хорошо, там тропинка была, я сразу же с дороги съехала, спряталась. А они и правда киллеры?
– Скорее да, чем нет. Смелая ты девчонка!
– Не знаю. Я когда за ними ехала, у меня коленки тряслись.
– Ехала. Или у тебя велосипед слишком быстрый, или они слишком медленно катились.
– Ехали они быстро. Но я быстрее… – Юля как будто нарочно взяла паузу.
– Ехала? – принял игру Максим.
– Потеряла, – сказала она. – Еще быстрее упустила их из виду.
– А как нашла?
– Да очень просто. Ехала, смотрю, машина стоит. Сначала только крышу заметила.
– Молодец ты, не побоялась.
– Говорю же, скучно стало. Дай, думаю, тебе позвоню. Вместе веселей.
– Но этих двоих ты у сто четырнадцатого дома видела?
– Да, они со стороны леса подъехали. Я там катаюсь.
– Я помню. Интересно, зачем они туда приезжали?
– Не знаю.
– А потом сразу купаться?
– Ну да, купались.
– Одежду свою не стирали?
Возможно, эти двое вернули домой Маслакова, зарезали его или застрелили, испачкались кровью.
– Нет, не стирали.
– Но купались долго.
– Купались, – сказала Яна. – Ныряли.
– С тарзанки?
– Нет, просто так.
– Друг за другом гонялись?
– Нет вроде. Смеялись они, говорили что-то. Я не слышала…
– Тихо! – Максим заметил «Туарег», выезжающий на дорогу.
– А почему тихо?
– Потому!
Да, в самом деле, зачем понижать голос, если в той машине их не слышно?
«Туарег» стремительно набирал ход, приближался к ним, нужно было как-то закрыться от любопытных взглядов. Любовница Антонова просто отворачивалась, чтобы сторож не мог ее разглядеть, а Павлов поступил иначе. Одной рукой он обнял девушку за плечи, развернул к себе, другой взял за голову, вплотную приблизил губы к ее лицу, но не поцеловал. Видимо, Яна посчитала это ошибкой, которую нужно было исправить. Она сама обвила рукой его шею и поцеловала в губы, заставила Максима почувствовать вкус мятной малины. Перед тем как закрыть глаза, Максим успел заметить, как мужчина с лошадиным лицом прикладывал к уху телефон. На его «Форд» возможный преступник даже не глянул.
«Туарег» уже скрылся за плотной завесой пыли, а Яна не сразу отпустила его.
– Это же маскировка была? – спросила она, затаенно улыбаясь.
– Маленькая ты еще для такой маскировки!
Он развернул машину, связался с Груздевым и попросил его пробить «Туарег» с известным уже номером.
– Возможно, это сообщники Маслакова, – сказал капитан. – Были у него в доме, я сейчас еду за ними.
– Не отпускай их!
– Не знаю, может, и не удержусь. Слишком уж быстро они едут. Наверное, почуяли что-то или кто-то им позвонил.
«Туарег» действительно шел очень быстро, Максим пока что поспевал за ним, но впереди город, а там сложное движение. Как бы не потеряться.
– Постараюсь взять на сопровождение, – сказал Груздев.
– Кстати, они пиво пили. Можно через ДПС пропустить, узнать, кто такие. Только права не отбирайте!
– Без ДПС не обойтись, – согласился Груздев с этим предложением.
«Туарег» действительно очень скоро потерялся из виду, но вскоре гаишники его засекли через камеру, расположенную в центре города, а потом и на выезде из Пригорьевска. Там он и был остановлен.
Автомобиль был зарегистрирован на некоего Протасова Игоря Васильевича. За рулем находился некто Балахнин Степан Тарасович. Гаишники предложили водителю откупиться со скидкой. Управление автомобилем в нетрезвом виде обошлось ему всего в три тысячи рублей. Но Балахнин вынужден был поменяться местами с пассажиром. За руль сел Шалеев Петр Денисович. Права у него стражи дорожного порядка проверили, а тест на алкоголь взять почему-то забыли.
Пока Балахнина и Шалеева терроризировали сотрудники ДПС, Максим нагнал их. Яна ехала с ним. Он пытался высадить ее, но девчонка наотрез отказалась. Силу к ней применить капитан не решился.
У сотрудников ДПС не нашлось маячка, который можно было прикрепить к «Туарегу», но задачу они получили и выполнили. Голь, как известно, на выдумку хитра. В машину к клиентам они незаметно подложили обычный смартфон, Груздев взял его в геолокацию, а Максим – в сопровождение. Потом он погнал по ночной дороге в неизвестную даль.
– Ну и куда мы едем? – спросил он неизвестно кого.