Ом Свасти (СИ)
– Еще принести? – шепотом осведомилась курьер.
– Ага, и побольше, – тоже шепотом разрешил я.
Девушка проворно, чем несказанно меня обрадовала, сполоснула пустую бутыль из под спирта, набрала в нее воды и отдала.
– Уф, хорошо, – выдохнул я, через силу отрываясь от холодного источника блаженства.
– Вы Бертран Кастр? – почти уверенно и более смело спросила девушка.
– Ты будила меня только чтобы это спросить? Ты бы еще поинтересовалась, почему это мне не спится в такое раннее время!
– Уже три часа дня по Европейскому времени и у меня есть для вас пакет! – твердо заявила курьер. Я почувствовал легкий укол совести, но не извиняться же было перед соплюхой.
– Вообще-то, в таких случаях положено представляться! – нравоучительно заявил я, кряхтя и запихивая ноги в брюки.
– Рядовой-курьер Пи Кархулаанен, – уныло выговорила девушка, а потом добавила и вовсе обижено:
– Вы тут спите к верху... Не... спине же было честь отдавать...
– Давай пакет, Пи, – тяжело вздохнув, сдался я и курьер немедленно вручила капсулу с приказом.
В документе говорилось, что просьба удовлетворена и я должен, как можно быстрее прибыть на военную базу «Лунный пес», имея при себе личные вещи и денщика. Месторасположение базы я должен был узнать в штабе округа, а солдата выбрать по своему усмотрению из рядового состава АДС.
Я сунул приказ в карман и, моля Создателя чтобы Ронич не проснулся, стал быстро собираться.
– Я могу идти? – проговорила Пи, когда я скидывал в сумку последние мелочи.
– Подожди.., ты в штаб? – еще не понимая чем это может закончиться, спросил я. И, увидев утвердительный кивок, предложил:
– Я на машине. Тебя подвезти?
И ни чуть не удивился, когда она согласилась.
Я легко, по описанию дежурного офицера, нашел помещения курьеров. Не спрашивая разрешения, вошел, отыскал глазами Пи и сказал:
– Пи Кархулаанен, теперь для тебя есть пакет!
Девушка быстро оправилась от удивления, подошла, взяла капсулу и вперилась глазами в напечатанный адрес получателя. Но там стояло лишь ее имя. А приказ, прочитав который она приглушенно вскрикнула, гласил всего лишь, что с момента прочтения поступает в мое распоряжение в качестве денщика.
Стратолет без иллюминаторов сел в незнакомом порту поздно ночью. Взлетное поле было освещено редкими и тусклыми разноцветными фонарями, а административное здание и вовсе обходилось без света.
Словно тень, выплывший из под крыла солдат в камуфлированной форме, молча отдал честь и жестом предложил следовать за ним. Привел нас с Пи к выкрашенной в какой-то темный цвет двери и, все так же молча, указал на нее. Нам ничего не оставалось, как войти. Солдат следом за нами входить не стал.
Неулыбчивый сержант с металлическими нотками в голосе велел Кархулаанен забрать вещи и идти в дверь направо, а мне обидно и больно всадил какую-то прививку в шею и, взяв за плечо, прямо-таки впихнул в дверь напротив входа.
За дверьми, которые за спиной сразу захлопнулись, оказался длинный коридор с зачем-то мягким, словно перина, полом. Сначала показалось, что с потолка доносится какая-то красивая мелодия, но потом, прислушавшись и ни чего не услышав, я решил, что это была не более чем разыгравшаяся фантазия.
Я спокойно пошел по мягкому, упругому полу, но такое необычное покрытие продолжало смущать. Я все время ожидал какого-нибудь подвоха и так был насторожен, что на самой середине коридора даже слегка оступился, чуть не упав. Обследовав пол на предмет причины и ничего не обнаружив, ухмыльнулся и списал все на так и не прошедшее похмельное недомогание.
Подбадривая себя шутками, прошел последние метры, отделяющие меня от двери в другом конце коридора.
На мой стук из-за двери не донеслось ни звука. Я толкнул оказавшуюся незапертой створку и вошел в заставленную столами комнату. Бегло осмотрев помещение, понял причину. В комнате не было ни единой живой души. Хотел было вернуться к неприветливому сержанту в приемную, но вместо этого обнаружил, что дверь через которую только что вошел заперта. Тень тревоги затронула душу. Я быстро прошел через лабиринт столов к другому выходу и убедился, что попал в клетку. Лишь приоткрытое окно в залитый солнечным светом сад изменяло всю обстановку в лучшую сторону.
Решив, что должен подождать кого-нибудь здесь, уселся на кресло у одного из столов, но долго не просидел. Тревога уже вовсю хозяйничала во мне.
Я поднялся и стал прохаживаться между столов. Внимание привлекли в беспорядке разбросанные по столам бумаги. Взяв несколько, обнаружил, что все они абсолютно чисты с обеих сторон. Полон недоумения, я разложил листки на их прежние места, пошел к облюбованному креслу и снова уселся.
И снова долго не усидел. Стало вдруг казаться, что я больше не один в этой странной комнате. То легкое движение воздуха у уха, то скрип пола за спиной навязчиво намекали, что сзади кто-то есть. Я, стараясь не нервничать, поднялся. Делая вид, что заинтересовался чем-то за окном, а потом резко обернулся.
Там никого не было. Но ощущение того, что «враг», а кто еще мог так издеваться надо мной, где-то рядом не проходило.
Мышцы поджались, волосы на загривке встали дыбом. Пришла в голову мысль, что попался в ловушку тех самых злоумышленников, что уже однажды приходили за моей жизнью. Утешало только, что в пустой комнате кроме меня не смогло бы укрыться более ни одного человека. Я готов был дорого продать свою жизнь.
Однако все еще смущали столы. Мне показалось неприличным раскидывать и крушить мебель в поисках врагов. Я прошелся вдоль стены до угла, а потом снова резко обернулся, прижавшись спиной к стене. И снова сзади никого не было. Лишь слабый ветерок сдвинул несколько листков на ближайшем столе.
– Выходи, я тебя вижу, – тихо, стесняясь своего нерешительного голоса, сказал я. Слабый шелест листьев в саду стал единственным звуком, услышанным в ответ.
И все-таки я был уверен, что не один в помещении. Ярость и страх дикой смесью бурлили в венах. Чего больше всего не хватало, так это доброго глотка водки для прочищения мозгов.
Я оглянулся в поисках какого-нибудь оружия и единственным подходящим предметом показался костяной нож для разрезания конвертов. Я надеялся, что он сможет разрезать и человеческую кожу. Зажав в кулаке оружие, я почувствовал себя значительно увереннее, и даже стал способен трезво мыслить. И без алкоголя голова стала работать неплохо. У меня появилась идея перехитрить невидимку.
Я покинул свой угол и, делая вид, что сам черт мне не брат, на негнущихся, слегка даже дрожащих ногах вышел на самую середину помещения. Нужно было выманить врага из его укрытия. Я думал, предполагал, что он обязательно поймается на провокацию.
Парой секунд спустя, решив, что невидимка уже занял свое обычное место за спиной, я пошел, наконец, к своей цели.
На одной из стен висело зеркало. Я, трепеща, чуть ли не бегом подошел к нему и вперился в свою собственную бледную рожу. Врага сзади не было и вместе с тем, чувство, что он вообще существует в этой комнате, покинуло меня.
– Паранойя, – пробормотал я и вытер покрытый холодным потом лоб. Я состроил своему отражению рожу и почесал костяным ножиком себе затылок. И даже принялся насвистывать какой-то мотивчик...
Тем более что к мотивчику вдруг появился ритм. Несколько человек уверенно шли, стуча подошвами по бетонным плиткам, которыми были выложены дорожки в саду. И шаги звучали все громче и громче. Люди приближались.
Я, нечаянно опрокинув стул, побежал к окну в надежде выяснить у прохожих, куда я попал и долго ли еще ждать. Побежал, внутренне опасаясь, что и эти люди окажутся невидимыми.
Троица одетых в «хамелеоны» камуфляжных костюмов командос существовали наяву. Лица были скрыты под тускло отблескивающими масками с прорезями для глаз и ртов, а в руках они держали короткие штурмовые винтовки с тупыми рылами глушителей. Я, вроде как, находился на базе спецвойск и появлению троих боевиков ни чуть не удивился.