Охота Грифа

— Привет, принцесса, — он заметил меня слишком быстро.
Я ещё не успела рассмотреть уши, нос и шею…
— Привет. Я купила твоим «Столичный» торт, — выпалила от смущения, что была поймана на месте преступления.
Фу-фу-фу, Диана. Это выглядит подхалимством..
— Умница. А у меня тоже кое-что для тебя есть.
Вау, подарки? Подарки — это хорошо, это я люблю. Но только бы не цветы, только бы не цветы! Я ненавижу срезанные… Хотя букетов нигде не было видно.
— Это ложка из Люксембурга, а эта из Бандар-Сери-Бегаван. Нравится?
Матвей как фокусник вытащил из ящика стола две чайные ложечки, и у меня сердце пустилось в галоп. Голову даю на отсечение, что в этот момент мои глаза загорелись алчным светом. Но откуда он знает о моём хобби?
— Ух ты, спасибо! — восхищённо выдохнула я, не сводя глаз с сокровищ, когда приблизилась к столу.
Моя коллекция уже давненько не пополнялась. Раньше — до того как уехала жить в Москву — я часто путешествовала и привозила из поездок сувенирные чайные ложечки из разных стран. Потом, когда стало не до поездок, мне привозили их друзья. Правда, последнюю — из Чехии — уже примерно с год назад. А тут из Брунея аж! Как он её раздобыл?!
— Нравится? — Матвей внимательно наблюдал за моей реакцией и довольно улыбался.
— Не то слово! — Я как под гипнозом протянула руки и взяла мою прелесть.
— Тогда благодари, — Матвей постучал пальцем по щеке, намекая, куда и как мне его следует отблагодарить.
Ну ла-адно!
Обогнула стол и наклонилась к Грифину, чтобы поцеловать, но тут произошло два события одновременно: стук в дверь, и Матвей молниеносно посадил меня к себе на колени. Я застыла, забывая дышать.
— Матвей Дмитриевич, тут цветы привезли, — крикнула Лена в закрытую дверь, не дождавшись позволения войти, — мне их у себя оставить?
— Да, это для мамы, — ответил он секретарше, так и не позволив войти, — Диана не любит цветы.
Я была настолько всем ошарашена, что вместо того чтобы спросить, откуда он знает про ложки и цветы, я спросила:
— Ты зачем это сделал? — имея в виду — усадил на колени. Но встать даже не попыталась.
— Соскучился, — сказал Грифин, глядя мне в глаза, и поцеловал.
Не страстно с языком, а просто коротко прикоснулся твердыми губами со вкусом кофе к моим. Но мне и этого хватило. Из груди вырвался судорожный вздох, и сразу же после него Матвей меня отпустил.
Боже, встреча вышла просто ошеломляющая. Даже колени теперь тряслись. И это мы ещё даже не дошли до главной цели моего визита.
А когда, забрав букет, мы покидали офис, я, будучи даже в состоянии крайне растрёпанных чувств, увидела глаза разъяренной Ангелины. Ну да, не понять, что Грифин везёт меня знакомиться с семьёй, сложно. Интересно, что у них были за отношения, что она так реагирует?
    
Глава 8
— Оставь машину на стоянке, завтра заберёшь, — Матвей потянул за руку в сторону от моего паркетника.
— Подожди, — упёрлась я, — у меня там вещи, торт...
Представляю, как мы смотримся со стороны. Интересно, в городе уже обсуждают новость о том, что мы встречаемся? Хоть в сети и появились фотки, пока ни отец, ни подруги меня вопросами не донимали.
— А, ну тогда давай их сюда, — настроен Матвей был решительно, да и я не видела причин спорить.
У нас в городе вопрос с парковками стоял так же остро, как и в столице. К тому же отчего-то я разнервничалась, так что пусть за рулём сидит Грифин.
Мы перенесли вещи в его большой черный внедорожник. Подсадив меня, Матвей занял водительское место и повёл машину в сторону нового района. Я там ещё ни разу не была. За четыре года город сильно разросся, и у меня возникло чувство, что я в каком-то совершенно новом месте, далеко-далеко от дома…
— А откуда у тебя эти ложки? И как ты вообще узнал, что я их собираю? — нарушила я тишину.
Было бы неплохо разузнать, насколько глубоко Грифин уже копнул обо мне информацию. Ну и захотелось просто поговорить, чтобы стряхнуть нервозность.
— Я об этом ещё четыре года назад узнал, не помню, Рус сказал, что ли... А это важно?
Ещё как важно! Не могу объяснить, чем именно, но важно. Например, то, что он все четыре года обо мне помнил, да ещё и купил сувениры, намекает на серьёзные чувства. Ох, лучше себе не придумывать лишнего…
— Ты был в Брунее?
— Не, приятель по команде оттуда родом. Он привёз.
Вот! Об этом я и говорю! Похоже, все серьёзнее, чем мне казалось.
— Это как-то странно, Матвей, ты меня пугаешь, — созналась я.
— Да чем, Диан? Я разве когда-то скрывал, что ты мне нравишься? Просто Рахмат тогда он у нас у всех спрашивал, кому какой привезти сувенир, и я внезапно вспомнил о тебе…
— Но прошло столько времени, ты жил в Штатах, наверняка у тебя появилось много других знакомых девушек...
— Не парься, Ди, я просто не очень-то легко меняю свои убеждения и планы. Приехали.
Сейчас мне стало ещё страшнее. Это он о чём? Загадками изъясняется. Очень интересно, что он сказал матери и сестре. А вдруг они обо мне все четыре года знают? Думают, что я меркантильная стерва. Тогда Матвея отшила, а сейчас вцепилась двумя руками. Уф-ф, хоть разворачивайся и беги.
Но… поздняк метаться. Матвей сунул мне в руки торт, сам подхватил корзинку с цветами и, взяв меня за руку, повёл в подъезд.
— Ледышка, у тебя руки ледяные. Нервничаешь, что ли?
— А что ты им про меня рассказал? — еле слышно спросила в лифте.
— Ничего, — отрезал Грифин и прижал меня к стенке, встав почти вплотную, — если ты сейчас не успокоишься, я тебя поцелую.
Какая страшная угроза!
Вскинула на него взгляд и нечаянно облизнула губы. Синие глаза напротив налились тьмой, и все бы точно закончилось жадным и страстным поцелуем, но лифт приехал на нужный этаж. Двери открылись.
Ура, пронесло! Кстати, метод Матвея оказался действенным. Когда дверь квартиры открывалась, я вообще уже не боялась знакомства… потому что теперь боялась предстоящей ночи.
— Ой, какие чудесные цветы! Мои любимые! Спасибо, сынок. Ну проходите же скорее! — раздался приветливый голос, и мы шагнули через порог.
У Матвея очень красивая мама. Какой-то тёплой, уютной, располагающе-домашней красотой. И цвет глаз он взял от неё.
— Знакомьтесь, это моя Диана, — он подтолкнул меня вперёд и положил на плечи руки. — Диана, а это моя сестра Ольга, — а с сестрой они вообще не похожи, — и мама Светлана Павловна.
— Очень приятно, — я тепло улыбнулась и протянула Ольге торт.