Промежутье

Купер и Джесс дошли до розового куста. Мальчик протянул ленту сестре и внимательно осмотрел колючие ветки. Найдя самую крепкую, он сказал:
– Сюда.
Джесс завязала ленту простым и надёжным узлом. Затем протянула брату ладонь, которую он с радостью сжал. Они помолчали, подставив лица дождю. Вспыхнула последняя молния. На мгновение перед ними возник жёлтый дом с голубыми ставнями, а в воздухе разлился аромат тыквенного пирога. Затем всё исчезло.
Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. В душе Купера наконец настал покой, которого он не знал с тех пор, как вернулся из Промежутья.
– Вот теперь всё действительно кончилось, – он обнял сестру за плечи, а она его – за талию. Вдвоём они проводили глазами гаснущий закат. Когда на землю опустились сумерки, Купер сказал:
– Джесс, по-моему, тебе надо поговорить с мамой насчёт её свидания.
Девочка задумчиво кивнула и ответила:
– А по-моему, тебе надо поговорить с Заком и позвать его в гости.
– Ты абсолютно права.
Джесс улыбнулась и прижалась лбом к его плечу. По-прежнему обнимаясь, они медленно повернулись и пошли домой. Возле гаража и мусорных баков Джесс внезапно остановилась и высвободилась.
– Эй! А это как сюда попало?
Рядом с баками стояла злополучная ферма бабочек. Утром Купер слышал, как мама объявила, что пора наконец избавиться от этого дурацкого кокона. Он думал, что Джесс тоже слышала, но, видимо, ошибался.
Купер подошёл к сестре и подмигнул:
– Давай спрячем её у меня в шкафу? Наверное, надо ещё немножко подождать!
Купер потянулся к зелёной матерчатой ручке и тут краем глаза заметил ещё кое-что. Он прищурился. Под мусорным баком, рядом с одним из его пластмассовых колёс, лежало что-то золотое. Мальчик сел на корточки, протянул руку и нащупал кончиками пальцев холодный металл.
Голова у него слегка закружилась. Он выпрямился, сжимая в кулаке штырёк отцовских карманных часов. Мелкие насечки на круглой головке, как линии меридианов на глобусе, оставили следы у него на коже. До сих пор приятно было перекатывать эту головку в пальцах, хоть часы и пропали безвозвратно. Да и сам штырёк погнулся, потемнел и не подлежал восстановлению.
И всё-таки Купер бережно спрятал его в карман. Затем протянул сестре коробку с коконом и сказал:
– Пойдём домой. Я замёрз.
Только сейчас Купер заметил, что одежда на нём совершенно сухая.
Они с Джесс подошли к своему крыльцу и дружно вздрогнули. На крошечную долю секунды, на один блистательный миг задняя дверь преобразилась. Казалось, её украли из королевского замка или царского дворца: резное дерево щедро покрывали золотые листья и завитушки.
Брат с сестрой широко улыбнулись друг другу. Пришло их время.
– Готова? – спросил Купер.
– Да, – сказала Джесс, сжав его руку. – Вроде готова.
– Пять, четыре, три…
– …Два, один, – договорила Джесс. Они не стали кричать «Ой!». Боль, без которой нельзя начать новую жизнь, они уже испытали.
Вдвоём они поднялись по ступенькам, открыли дверь и шагнули внутрь.
Дверь мягко затворилась за ними, на миг вспыхнув золотом в последний раз.
 
Примечание автора

Чтобы сочинить книгу, которую вы только что дочитали, мне понадобился источник вдохновения, и я решила поискать в интернете истории загадочных катастроф. Вот так я и нашла подлинную и до сих пор не разгаданную тайну крушения поездов в английском городе Чарфилд.
В 1928 году ночной пассажирский экспресс из-за густого тумана не остановился на красный сигнал семафора и столкнулся с курьерским поездом в районе станции Чарфилд. Погибли шестнадцать человек, но опознать удалось лишь четырнадцать из них. Имена двоих детей, мальчика и девочки, так и не установили. За ними не явились ни родители, ни опекуны, ни школьные учителя. В Чарфилде до сих пор стоит памятник жертвам катастрофы, где среди погибших указаны «двое неизвестных».
Я пишу об этом с грустью и недоумением. Как же могло получиться, что двое детей покинули наш мир в результате громкого происшествия, но никто этого словно бы не заметил? С этого вопроса и началась моя история.
Работая над книгой, я позволила себе небольшие вольности. По моей версии, в железнодорожной катастрофе погиб лишь один безымянный ребёнок. В статьях о крушении поездов действительно упоминаются форменный школьный пиджак и кепи, найденные среди обломков вагона, но эмблема с девизом Vigilantes Unum – плод моей фантазии. Пожар на нью-йоркской швейной фабрике «Трайангл» и обрушение торгового центра «Сампун» в Сеуле тоже вполне реальные исторические события. Ради развития сюжета я упоминаю вымышленных персонажей, но в остальном всё изложено так, как произошло на самом деле. В интернете можно найти подробный рассказ об этих трагедиях.