Лето в маленькой пекарне

Полли мгновенно разозлилась. Если бы он вкладывал время и силы в свой бизнес, вместо того чтобы зря тратить их на бесконечное преследование конкурентки, то пекарня – ее пекарня, Полли не могла отделаться от этого чувства – могла бы процветать, ее наполняли бы покупатели, и служащие, и дети, и тупики, вместо вот этих ароматов погибшей закваски.
– Могу быть полезен? – угрюмо спросил Малкольм.
– Да, – кивнула Полли. – Я пришла, чтобы сказать: вы должны прекратить вашу маленькую кампанию. НЕМЕДЛЕННО.
– Какую кампанию?
– Преследования, издевательства и сами знаете что, – заговорила Полли дрожащим голосом. – Вы слышали о наказании за словесные оскорбления? Полиция в наше время серьезно к этому относится.
– А? – пробормотал Малкольм.
– Итак, вам известно о наказании за оскорбление личности. Не говоря уже о порче имущества – моей собственности. И не упоминая о нанесении материального ущерба вашими граффити и вообще о том, что вы ОТВРАТИТЕЛЬНЫ! – Она не смогла сдержаться и уже кричала.
– Эй, погодите-ка! – рявкнул Малкольм, краснея по уши. – Это свободная страна, насколько я помню, и я могу делать что хочу, черт побери, не спрашивая вас, любительница птичек! И это не ВАША собственность, фантазерка, вам сто раз говорили!
– Держитесь подальше от всего, что мне принадлежит! – заявила Полли. – И если вы ее хоть пальцем тронете…
– Кого «ее»? О ком вы, черт побери? Флоре это нравится – правда, милая?
– Ну… – протянула Флора, уставившись в пол.
– Не к Флоре! К моему фургону! К Нэн-Фур! – заорала Полли во всю силу своих легких. – Держитесь от нас подальше!
– Да что такое с вашим проклятым фургоном?
– Держитесь подальше!
– Ну, милая, это же просто шутка!
– Нет, черт побери!
Внутренняя дверь шумно распахнулась, и в пекарню вошла сонная Селина. От нее пахло спиртным, под глазами набухли мешки.
– Извините, – сказала она, – но нельзя ли прекратить этот дурацкий шум? Тут некоторые пытаются заснуть наверху.
– Эй, Селина, уже одиннадцать утра! – сказала Полли. – Ты просто не привыкла слышать здесь голоса, потому что он растерял всех чертовых покупателей!
Селина уставилась на Полли, словно совершенно ее не узнавая.
А Малкольм продолжал орать:
– И это ваша чертова вина, вы, вороватая девка!
Полли отступила.
– Я не намерена ввязываться в никчемную перепалку, – сказала она. – Но если я вас увижу поблизости… поблизости от моего дома или фургона, то вызову полицию.
Малкольм недоверчиво встряхнул головой.
– Отлично! – заявил он. – Они смогут наконец убрать вашу старую ржавую телегу!

Яркий свет снаружи ослепил Полли, когда она вышла из грязного магазина. На нее налетел маленький мальчик.
– ИЗВИНИТЕ! – весело заверещал он.
– Привет! – грустно сказала Полли, глядя на него сверху вниз.
– Это хлебный магазин? – спросил малыш.
– Ну, вроде того, – ответила Полли и отступила в сторону, пропуская его.
– Мамуля сказала, я могу купить пирожное! Она сказала, что здесь знаменитая кондитерская!
Его мать подошла к Полли с другой стороны, она выглядела очаровательно – на ней была юбка в горошек и белая блузка.
– Раньше, во всяком случае, тут работала пекарня, – сказала она, без особого оптимизма глядя на витрину. – Я по прошлому году помню: тут продавали изумительную выпечку.
– Все меняется, – уныло ответила Полли.
– Неужели?
– И еще у них там ПТИЧКА, в магазине с пирожными! – поделился с Полли малыш.
– Не думаю, что она теперь там есть, – пробормотала Полли.
Личико малыша вытянулось.
– Не беспокойся, Джозефус, – поспешила сказать его мама, с разочарованным видом рассматривая пыльное окно. – Может, вместо этого купим мороженого?
– МОРОЖЕНОЕ! МОРОЖЕНОЕ! – восторженно закричал мальчик со странным именем и помчался мимо пекарни вверх по холму.
Мать поспешила за ним.
Полли вздохнула.

Полли сидела у стенки набережной со стороны моря, и по ее лицу текли слезы. То место, которое она защищала, которое любила, ее дом… туда словно заползла жаба, здоровенная ядовитая бородавчатая тварь, и расселась там…
Селина прошла мимо с таким видом, словно просто прогуливается. Полли окликнула ее.
– Эй! – сказала она. – Мне нужно видеть хоть одно дружеское лицо.
Селина бросила на нее странный взгляд. Полли подумала, что у нее началась паранойя. Ей вдруг почудилось, что весь мир восстал против нее. Но это не помогло ей собраться.
– Ох, Селина… – грустно произнесла она.
– В чем дело?
Полли покачала головой:
– Ничего у меня не получается… Все идет плохо. Все.
Селина фыркнула и промолчала.
– Почему ты словно не в себе? – спросила Полли.
Селина прикусила губу, ее лицо окаменело.
– Иногда я не справляюсь с собой, – сказала она. И посмотрела на Полли. – Джейден ходил со мной в паб.
– Да он вроде в порядке был сегодня утром, – удивилась Полли.
– А должен быть с большого похмелья, – заметила Селина.
Полли погладила ее по спине:
– Ладно, все нормально. Со всеми случается. Вообще-то, в следующий раз позови меня. Я знаю, где Энди держит последние запасы Керенсы, там приличное вино.
Селина оттолкнула руку Полли.
– Не важно, – буркнула она и пошла прочь.
Была середина дня, и солнце пригревало, но начали сгущаться тучи, воздух стал душным и тяжелым, все окрасилось в желтоватые тона. Полли побрела обратно и столкнулась с Джейденом.
– Сегодня все просто УЖАСНО, Джейден! – пожаловалась она.
– Да, – согласился он. – Я тоже плохо себя чувствую. – И посмотрел на небо. – Нехороший цвет. Я бы сказал, что парням не нужно выходить в море.
– Они и не выйдут. Арчи очень осторожен насчет погоды. Ну а с тобой-то что?
– Выпивали с Селиной, – ответил он.
– Только выпивали?
– Ну да, – кивнул Джейден, хотя и залился краской. – Но больше не стану.
– Вы оба напились в стельку? Она совершенно не в себе сегодня.
Джейден ничего не ответил на это.
– И еще, если ты всю ночь пил с Селиной, как ты умудрился встать в пять утра?
– А я встал? Ох да. Ничего не помню.