Путь хранителя

Жил он тут с времен ещё первых хозяев дома, когда трава была зеленее, а боги не были запретными. Призвали его и привязали попросту. К земле, чтобы наверняка. Может, мне показалось спьяну, но и у их братии были семейства. Уж больно исковерканное повествование было похоже на обычную иерархию аристократов.
Получалось, что разумных и говорящих демонов хоть отбавляй. Пусть Чупаня меня и заверял, хрустя яблочком, что он один такой неповторимый и вообще последний в роду. А самогоноварение у них потомственное. Может демон сам нажрался, потому что начал хвастаться, что за его пойло даже владыки что-то там продадут.
Кто такие владыки, пьяное исчадие не созналось, сделав вид, что мне послышалось. Впрочем, мне настаивать было непросто, забористая гордость последнего из рода давала по мозгам так, что в какой-то момент начало разное мерещиться.
В общем, прогнать я его не мог. Без разрушения неизвестной мне магии, что держала этого коротышку здесь. Убить же… Рука не поднималась, и не только из-за того, что в принципе тяжко было конечностями двигать.
Первый разумный представитель иной расы, как ни как. Не считая предыдущего, что мою тушку отжать хотел, но вот это я считал неразумным. Допрос как то быстро превратился в изливаемые жалобы на нелегкую жизнь и я понял, что не такие уж мы и разные…
Проснулся я в пустыне. По-крайней мере чувство, что я всю ночь жрал песок и рот полон именно им, было главным. Сильнее головной боли и рези в глазах, которые я пытался открыть очень долго.
Лежал я прямо на кухонном столе, заботливо укрытый простынкой, а в качестве подушки под моей головой была моя же скомканная рубашка. Сквозь окна, которых тут оказалось слишком много, пробивался утренний свет.
Ну а рядом стоял встревоженный Ларс и молча разглядывал меня, принюхиваясь.
События ночи с огромным трудом всплывали в памяти. Последнее, что я помнил, как мой новый подопечный посетовал на заросший сад и сложность доступа к сырью для самогоноварения.
И я пошел косить траву…
— Хррр, — выразился я не очень конкретно.
Камердинер, да хранят его всевозможные боги, понял меня без слов. Слегка кивнул и отправился к раковине, возле которой так и стояли материализовавшиеся граненые стаканы. Швед взял один из них, но предусмотрительно не стал нюхать, а сполоснул и налил воду из под крана.
Шевелиться я смог после четвертого. Поднялся, подошел к крану, выкрутил на полную и засунул голову под струю. Ледяная вода потекла за шиворот и я застонал от удовольствия. В голове, как ни странно, сразу же прояснилось, тошнота отступила, как и жажда.
— Ооо, — обрел я дар речи. — Тут и раковины зачарованные?
— Нет, ваше сиятельство, это простая вода.
Много он понимал… Это волшебство! Святая вода, как минимум. Я уже размечтался о том, что на моей новой территории ещё и источник имеется, с водицей чудодейственной. Священные грунтовые воды. И на них то и гонится демоническое пойло, нда…
— К вам там… — замялся Ларс, не решаясь прервать моё блаженство.
— Кто? — я поперхнулся, едва набрав полный рот живительной влаги. — Как вообще? Откуда…
— Вас искали, ваше сиятельство. Ваши друзья.
Вся команда в полном составе, кроме наставника, мялась у ворот, точнее у того, что от них осталось. Впереди маячил бледный Герман, которому я не успел сообщить про спасение. За ним высился Карл, с детским удивлением разглядывая имение. Ростовский выглядел обалдевшим, а Семён настроженно сложил руки, готовясь призвать оружие.
Никто из них не мог переступить границу без моего разрешения.
Я даже на секунду малодушно обрадовался такому факту, но приглашающе махнул, выйдя наружу. Строганов выставил вперед руку и нерешительно шагнул, вздохнув с облегчением. Понятно, с чего он готовился нападать, видимо приложило первым.
— Странное место какое-то, — княжич принюхивался и оглядывался.
— Ты в слове стремное сделал несколько ошибок, — улыбнулся я в ответ. — Что-то случилось?
— Илья, — сказал Сёма с укоризной. — У нас сегодня экзамены!
Ох ты ж святые ёжики… О таком счастье я совсем забыл. Головная боль резко вернулась, упрашивая сказаться больным и остаться дома под таким благовидным предлогом. Я уж думал, что опять случилось что-то страшное, судя по количеству пропущенных вызовов и непрочитанных сообщений. И оно действительно случилось.
— Ты чего это… — оживился Герман, подойдя поближе и втянув воздух через ноздри. — Без нас тут отмечал свой титул?
— Вынуждено, — чистосердечно сознался я, стараясь дышать в другую сторону. — И случайно…
— Судя по концентрации, случайно такое произойти не могло, — провел экспресс-анализ граф. — Если только ты не упал в чан с сивухой.
Внутри дома возмущенно упало и со звоном разбилось зеркало, вынудив всех вздрогнуть. Знакомить их с местным демоном я пока не собирался, но похоже за оскорбление адского крафта оракулу придется ответить.
От ответа я уклонился и обреченно отправился в отель. Готовиться к неминуемой расплате за многочисленные прогулы и особое внимание от преподавателей. Ларсу я дал указания обустроить быт как можно скорее, перевезти с баржи то целое, что там осталось и остальное из гостиничного номера.
И купить мне долбанный надувной матрас, так как спать на кухонном столе для графа не комильфо.
В ресторане отеля очень удивились просьбе подать на ранний завтрак наваристый бульон с зеленым чаем, но исполнили безукоризненно. И на дополнительную опцию в виде банки рассола отреагировали невозмутимо.
Команда, отправившаяся со мной и сразу засевшая в ресторане, умилительно любовалась моими мучениями с последующим воскрешением. На самом деле так уж плохо мне не было. Сыграла всё таки кровь. Но подготовиться к явно насыщенному грядущему стоило.
И только когда я закончил, немного непонимающе поинтересовался Герман:
— А чего ты к целителю то не заехал? За минуту убрал бы…
Я чуть в рожу ему не дал. И передумал говорить о небольшом флаконе, лежащем в моем кармане и несущем главное мужское счастье. По-крайней мере до вечера. Пусть, гад, пострадает.
Можно же было сказать раньше про то, что целители лечат последствия злоупотреблений. Тем более что один целитель, принимающий неофициально, у меня уже был.
Обитель встретила нас скорбными и бледными рожами адептов, необычайной тишиной, нарушаемой лишь прощальными тихими вздохами. Как говорится, ссались все. Это не философию сдавать, где как раз с похмелья зачет получить легче легкого.
Демоноборцы всех мастей готовились к жесткой практике. Мастера шастали по аудиториям, накладывая слой за слоем защитные печати. Святое место готовили к кощунственному разрушению до основания.
Даже настоятель лично осматривал помещения, покрикивая на всех, кто подворачивался под руку. Эдуард и сам складывал ладони, выворачивая пухлые пальцы в каких-то сложных сплетениях.