Спасительница волшебных книг
– А почему нет?
– По кочану!
– Ищи тогда толкового мага!
– Из толковых магов в Лиллидоре один Тахир. Погоди... я видела у него книгу... в которой описываются те самые ритуалы. Он ее читал.
Я рассказала Эвану об утренней встрече с колдуном и его странных словах о добре и зле.
– Значит, нужный нам колдун у нас под боком. У него есть и книга, и артефакты. Вопрос лишь в том, на чьей он стороне... – рассуждал Эван, а затем сурово потребовал:
– Иди к нему. Наведи его на разговор о заколдованных книгах. Предложи ему что-нибудь.
– Что я могу ему предложить, кроме тебя и твоих товарищей по несчастью?
– Нет-нет! Про нас не говори. Будь хитрой. Ты же женщина, в конце концов! Вы все хитрые. Хитрые и красивые... Слушай, – оживился Эван. – А может, ты Тахира в себя влюбишь? Тогда он сделает все, что ты захочешь. Вы же все мечтаете замуж за колдуна выйти!
– Совсем сбрендил? Тахир уже старый! Ему лет шестьдесят. Он мне совсем не нравится. Даже если бы нравился – влюблять в себя я не умею. В меня никто никогда не влюблялся.
– Ладно, понял. Что ж! Значит, буду потихоньку превращаться в бумажную пыль. Но ты не думай обо мне, нет-нет! Живи, наслаждайся жизнью. Тебе ж повезло, тебя ж Бармалан в книгу не успел превратить! Я очень за тебя рад.
– Вот только не надо мной манипулировать!
Но я задумалась.
Да, надо поговорить с Тахиром. Собственно, я почти пришла к такому решению еще утром. Расспросить осторожно, намеками. Он, кажется, более откровенен, чем Матеус. В том числе в своей ненависти ко мне. Вдруг его мотивы совсем не такие, как я думаю? А как было бы здорово заиметь в союзники могущественного мага!
– Ладно, – я порывисто встала. – Пусть будет Тахир. Схожу к нему еще раз. Посмотрим, что получится. Если что-то пойдет не так, у меня есть против него одно средство. Он боится, что о его проделках узнают в Совете колдунов. Старый добрый шантаж должен сработать.
Таким образом я убеждала себя, пока шла к «Голове мантикоры».
Захочет ли Тахир вообще со мной разговаривать? Или же сразу превратит в лягушку?
Постараюсь прощупать: черный он колдун или белый. Даже если серый, сойдет. Попробую воззвать к его разумности. Он же взрослый дядька, сильный маг! Он обязан быть мудрым. Он ненавидит Бармалана. Я тоже ненавидела своего спасителя. Пусть эта тема станет начальной для нашего разговора. у нас все же есть кое-что общее с колдуном.
Когда подошла к трактиру, солнце клонилось к горизонту.
Твердым шагом зашла в зал и спросила хозяйку:
– Мне нужно повидаться с господином Тахиром. Не могли бы вы вызвать его вниз?
– А он ушел, – развела руками хозяйка. – Отправился в лавку купить растворитель для клея. Подождите его. Подать вам что-нибудь?
– Спасибо, я на улице подожду.
Внезапно я сильно разнервничалась. Моя затея предстала мне в истинном свете. Она была ужасно глупой.
Я забрела в сад у задней стены трактира и села под деревом.
Вот что я делаю? Зачем впряглась спасать эти разнесчастные книги? Мало у меня своих хлопот! Убрать их с глаз долой и забыть!
Так я говорила себе, но знала: нет, не уберу и не забуду. И дело даже не в моей самоотверженности. Мои мотивы были сугубо эгоистичными.
То, что я делала, пыталась помочь другим, будучи сама в глубокой яме, помогало мне видеть эту яму не такой глубокой и беспросветной. Когда я защищала Эвана, выпроваживала Жильбраса, давала отпор Тахиру и Матеусу, я как будто становилась другой! Сильной, благородной, безбашенной. Порой даже хитрой и умной! И эта новая Зоя мне очень нравилась. Мне хотелось продолжать водить с ней знакомство. Поэтому я пойду на прочие безумства. Спасу Эвана – к которому я успела привязаться.
Вот возьму и расколдую его! В конце концов, я приехала в сказочный мир! Отчего бы не позаниматься немного магией?
Две недели в Эленвейле научили меня тому, чему я не могла выучиться всю жизнь – не стоит бояться пробовать новое. Даже то, к чему у тебя нет никаких способностей.
Вот мой новый лозунг: «Действуй, Зоя! А там разберемся».
Такими мыслями я довела себя до лихорадочного состояния. Мне не терпелось действовать.
Несмотря на браваду, внутренности скручивало мучительное беспокойство. Я боялась Тахира. И боялась, что разговор с ним только все испортит.
Колдун – опасный враг; он может принести мне серьезные неприятности. Верно, он говорил о добре и зле. Но что он вкладывал в эти понятия? Добро и зло легко меняют полярность в зависимости от точки зрения.
Сомнительно, что Тахир станет моим союзником. Еще, чего доброго, разозлится и обратит меня в книгу, как Эвана! Колдун сведущ в этой магии.
Но мне нужна его помощь! Нужен тот магический том, где описаны ритуалы. Нужны артефакты, которые у него есть! Больше взять их негде.
Встала и прошлась по садику туда-сюда. Подобрала палку и уничтожила куст крапивы.
Подняла голову, изучая окна постоялого двора. И увидела, что за окном второго этажа сушится на распорке знакомый плащ. Тахир снял его, почистил и вывесил проветриться.
Значит, он остановился в той комнате. Толстый сук упирается прямо в окно. Так-так.
Мигом созрел план. Заберусь-ка на дерево и загляну одним глазком в его комнату! Вдруг увижу что-нибудь эдакое, запретное, что смогу использовать в своих целях. Лишний туз в рукаве при разговоре с колдуном не помешает.
Огляделась: никого. Садик заросший, тихий, прячется за каменной оградой. Все окна, кроме Тахирового, закрыты ставнями. Меня никто не увидит. А если и увидит – нестрашно. Я же ненормальная иноземка, от меня всего можно ожидать. Хочу – по деревьям карабкаюсь. У нас так на Земле принято для поддержания физической формы.
Удачно, что на встречу с Тахиром я переоделась в джинсы. В платье с корсетом я не смогла бы вскарабкаться на дерево. Ветки росли часто, я переступала по ним, как по ступенькам.
Добралась до толстенного сука, легла на него животом и поползла к окну. Футболка задралась, кора больно царапала живот, с соседней ветки на меня отчаянно ругалась сварливая птица.
– А ну вали отсюда! – вдруг прошипели из листвы справа.– Я вперед пришел!
Я чуть не упала. Первой моей мыслью было: сердитая птица заговорила? И такие чудеса есть в Эленвейле?!
Из листвы показалось лицо с натянутым до глаз красным шарфом. Несмотря на маскировку, соседа по дереву узнала сразу. Его выдало отсутствие правого уха.
Опять тот воришка!
– Колдун мой, иноземка, и все его цацки мои! Я его со столицы пасу. Вали отсюда, кому сказал!
Я сразу смекнула, что к чему.