Солги обо мне

— Четыре комнаты, - продолжает Светлана, и панорамы острова сменяются видео с обзором номера.
Внутри очень красиво - какой-то волшебное сочетание этнических «банановых» мотивов с вырезанными из дерева масками и кокосовым декором, и современной отделки их розового мрамора, продвинутой техники и красивой мебелью. На веранде - полный комплект мебели из ротанга, чуть дальше, рядом с бассейнами, которые находятся на нескольких ярусах, лежаки из светлой породы дерева, выполненные таким образом, что могли бы украсить дом даже внутри. Тонкие, почти невесомые, занавески - и тяжелые шторы.
— Кровать размера кинг-сайз, - продолжает гид Светлана.
И на экране крупным планом появляется действительно королевского вида кровать на небольшом возвышении, украшенная балдахином в этническом стиле с красивыми резными столбиками. Полог тоже кажется почти прозрачным, и только вышитые на кремовой ткани созвездия придают ему какой-то приземленности.
Это не просто «кинг-сайз» - это целый аэродром и взлетная полоса в одном флаконе. Мне кажется, здесь и десять человек запросто разместятся так, чтобы не пихать друг друга локтями. А уж я…
Моя мысль так резко тормозит, что я срываюсь с кресла, потому что в нем вдруг становится очень неуютно.
Я представила, как буду валяться на этой огромной кровати, как буду буквально ползать по ней, исследуя словно игровую площадку, и выискивать самое «вкусное» место для сна. Но правда в том, что в этой кровати я буду не одна.
Рядом будет Олег.
Со всеми вытекающими, взрослыми и абсолютно логичным последствия под грифом «только для взрослых».
Только любопытный взгляд сотрудницы агенства удерживает меня от того, чтобы спрятать за ладонями внезапно вспыхнувшие от стыда щеки.
— С вами все в порядке? - почти участливо интересуется Светлана, но от ее взгляда точно не скрылось, посе какого именно кадра со мной случилось вот это «не в порядке». Тем более, что ее помощница как раз поставила воспроизведение на паузу и в кадре до сих пор красуется тот самый «кинг-сайз» с горой подушек и ткаными покрывалами. - Номер можно укомплектовать еще одной кроватью.
Я стараюсь никак не реагировать на ее, теперь уже нарочно выпяченную издевку. Но какая разница, если только полный дурак не провел бы абсолютно логичные связи между демонстрацией кровати и моими внезапными нервами.
— Олег, наверное, уже все решил, - отвечаю на ее предложение, но голос все равно предательски ломается.
— Олег Владимирович сказал, чтобы вы вносили все необходимые изменения. Этот номер, - Светлана переводит взгляд на экран, а потом снова на меня, - сдается в стандартной комплектации, потому что обычно его снимают молодожены. Но если вы захотите еще одну кровать, то…
Голос вернувшегося Олега не дает ей закончить мысль.
— Какие-то проблемы?
Я не вижу его, потому что он стоит позади, но чувствую, что едва не пригибаюсь под тяжестью легшей мне на плечо ладони. Так и хочется пригнуться, чтобы вырваться из-под гнета этого отеческого жеста. КАзалось бы - что такого? Он просто дает почувствовать свое присутствие. А вместо этого я чувствую себя домашним животным, которое не успело смыться с хозяйского стола, куда ему ход заказан.
— Ника захотела еще одну кровать, - очень широко, в пяти минутах от того, чтобы повторить улыбку Джокера, отчитывается Светлана. - Я сказала, что это не проблема и к вашему приезду одну из комнат могут переоборудовать под спальню с кроватью меньшего или аналогичного размера.
Почему только теперь, когда она все это сказала своим лощенным напомаженным языком, вся эта ситуация превратилась в сценарий копеечной мелодрамы, которые показывают по государственным каналам в прайм-тайм. Бедная девочка, богатый шикарный мужик и она вынуждена отдаться ему. Хотя Олег, нужно отдать ему должное, ни разу до сегодняшнего дня не позволял себе ни единого намека не то, что на секс - на любые оформленные отношения между нами.
— Хорошая идея, - раздается где-то над моей головой его спокойный голос. - Я люблю спать один в жару.
— В номере мощнейшая система вентиляции и три кондиционера, - тут же находится Светлана.
Она как нарочно снова и снова ковыряет именно эту тему. Типа, он - роскошный мужик со всеми удобствами, не должен спать на коврике в прихожей, потому что тело, которое он купил с потрохами, не согласно предоставить к себе доступ.
Купил.
Ко мне купили доступ. Как будто я - какая-то древность, и чтобы меня увидеть, нужно сперва получить абонемент постоянного пользователя.
Господи, меня сейчас стошнит.
Как рак, пячусь из-под руки Олега. Втягиваю голову в плечи, чтобы выскользнуть назад, а потом - на несколько шагов до двери, по пути чуть не свалив вазу с искусственным орхидеями.
— Прости, - я смотрю на пластиковые стебли и силиконовые головки, но, конечно, извиняюсь вовсе не перед ними. - Я так… не могу. Просто не могу. Извини. Мне… очень-очень жаль. Я… знаешь…
Икота окончательно оккупирует мой речевой аппарат и мне остается только позорно уносить ноги.
Слетаю по ступеням как торпеда, очень плохо лавирую в потоке человеческих тел. Чуть не сбиваю с ног какую-то мелкую девчонку, и слышу вдогонку пару «ласковых» от ее огромной неповоротливой мамаши. Уже почти дохожу до поворота, когда слышу резкий окрик:
— Остановись, Ника.
Его слова, как заклинание какое-то «Окаменей!» из Гарри Поттера, превращает мое тело в неповоротливую глыбу. Еще пара шагов буквально через силу - и я все-таки останавливаюсь как раз напротив угла огромного красного здания с вывеской «Наслаждение». Боженька, если это твоих рук дело, то не мог бы ты повременить с иронией?
— Не хочу разговаривать с твоей спиной, девочка, - слышу голос Олега практически затылком.
Еле-еле, как будто это - чужое тело и не мои ноги, поворачиваюсь к нему, опасаясь смотреть в глаза. И так понятно, что он злой как черт. Мне даже нечего сказать в свое оправдание кроме того, что нужно было думать раньше, до того, как напяливала на запястье подаренный Олегом дорогущий браслет.
— Вот, - он протягивает мне пачку разноцветных буклетов, большой конверт из плотной бумаги и билет, куда уже вбито мое имя и дата посадки - через три дня.
Я одергиваю потянувшуюся было руку, словно от радиоактивной угрозы.
— Олег, прости, но я…
— … летишь одна, - заканчивает за меня Юпитер.
Его пальцы на кипе разноцветных бумаг сжимаются сильнее.
Губы тоже словно превращаются в одну сплошную полоску.
Он очень старается держать себя в руках, хотя тут и ежу понятно, что после этой моей выходки, нервы сдали бы даже у мужика со стальными яйцами.
— Можешь не верить, но я просто хотел делать тебе сюрприз. - Голос Олега становится почти живым, в нем даже появляются нотки усталости. - Ты так убивалась со своими танцами. Я подумал, пара недель на пляже, помогут тебе восстановиться, а заодно избавят от искушения снова поскакать в студию или на этот ёбаный пилон.