Целитель

Альмод отогнал ненужные мысли, молча встал, ожидая, когда Рагна начнет первой — неловкие паузы его вовсе не смущали, наоборот, было забавно смотреть, как мнется собеседник.
Рагна, впрочем, мяться не стала. Протянула кожаный кисет:
— Твои деньги. Точнее, серебро и золото. Чеканить монеты я, увы, не могу.
Ясное дело. Но и на том спасибо. Разменяет хоть у той же Хильды, кубышка покойного мужа наверняка у нее.
— Благодарю, — поклонился он. — Вы взяли то, что вам причиталось?
— Ну зачем ты так… — проворковала Рагна, коснувшись его руки.
Альмод вздохнул. Грубить не хотелось, но слишком много всего свалилось на него в последние дни, и сил делать вид, будто верит Рагне, не осталось.
— Поиграли, и будет. На Эйнара это, может, и действует, но я — не он. Что ты хотела?
— Я боюсь, — сказала она.
Он усмехнулся.
— Продвинутый боевой курс.
— И много он тебе помог сегодня?
— У меня был базовый, — снова хмыкнул Альмод.
Она не ответила на улыбку.
— Похоже, кто-то всерьез объявил охоту на одаренных, и я не хочу оказаться в лесу одна.
— На одаренного. Одного-единственного одаренного.
— Да кому ты сдался?
— Знал бы, кому именно — решил бы проблему, — пожал плечами Альмод. — Но думаю, тебе ничего не грозит. Уезжай спокойно, куда ты там хотела. Просто держись от меня подальше, и можешь не опасаться за свою жизнь… по крайней мере люди тебе не навредят. За волков и разных гадов не поручусь. Впрочем, они безобидней человека.
— Только стреляли сегодня не в тебя. — Рагна зябко поежилась.
— С чего ты взяла?
— Так говорят.
— Говорят много чего.
— А еще пустые говорят, что все их беды пошли от нас. И… Что если кто-то из них решил отыграться? Такое ведь уже было когда-то.
— Было, — согласился Альмод. — Очень давно. И едва ли повторится. Пустые много чего говорят, но это не значит, что нужно их слушать.
— Тебя пытались отравить. В девушку… как ее имя?
— Нел.
— В Нел сегодня стреляли. А я нашла под тюфяком вот это.
На ее ладони появилась сплетенная из ниток куколка — такими играют деревенские дети. Только из нитяного тельца торчали иголки.
Альмод расхохотался.
— Рагна, это даже не смешно. Ты всерьез пытаешься меня убедить, что взрослая, хорошо образованная женщина верит в подобную чепуху? Может, начнешь лить воск? Или выметать мусор на ночь глядя, приговаривая… Как там было… — Он на миг задумался, припоминая. — А! «мету-мету, заметаю, на сердце хвори нагоняю…»— Альмод не договорил, давясь смехом. — Хотя нет, сейчас не выйдет. Надо чтобы обе луны были убывающими.
Нет, право слово, могла бы что-нибудь поизобретательней выдумать. Отсмеявшись, Альмод отстранился от двери.
— Спасибо за деньги. Надеюсь, я больше ничего тебе не должен? Выспись, и лучше всего не одна — это, пожалуй, будет самым действенным лекарством от пустых страхов.
— Дело не в том, во что верю или не верю я, — сказала Рагна. — Дело в том, во что верит тот — или та — кто мне подложил куклу. Точнее, в том, что у него есть намерение убивать. Это— ерунда. Но в следующий раз кто-нибудь сунет мне поганку в похлебку. Или колючку под седло моей лошади. Я боюсь. И хочу, чтобы ты поехал со мной.
— И чтобы потом мне пришлось бить морду, а то и убивать твоего нынешнего… кавалера?
Эйнар, конечно, гаденыш тот еще, но рвать друг другу глотки из-за ни к чему не обязывающего развлечения?
— Я вовсе не о том, — она, наконец, перестала изображать скромницу и посмотрела прямо в лицо. — Я поняла, что ты не из тех, кого можно прогнать, а потом поманить обратно. Жаль, конечно, таких, как ты, мало. Но… Что сделано, то сделано. Эйнар — славный парень…
Альмод бы с ней поспорил, но не его дело.
— И я бы не стала его огорчать, приходя к тебе, если бы у меня был выбор.
— Это называется не «огорчать». Это называется «разъярить». И едва ли ты не понимаешь, что делаешь.
Хотя подразнить щенка было бы забавно…
— Я боюсь, — в который раз повторила Рагна. — И хочу, чтобы рядом кто-то был, если я вдруг обнаружу яд в своей тарелке, или из леса вдруг полетят стрелы. Как ты был не один вчера, или она… Нел не была одна сегодня. Эйнар на жаловании у Харальда, и не может никуда отлучиться. Ты — свободен. Почему я не могу нанять тебя в качестве телохранителя?
— И расплатиться моим же золотом? — ухмыльнулся Альмод.
Что за игру затеяла Рагна? В глазах был искренний страх, и голос звучал так, будто она в самом деле напугана. Дурацкой нитяной куколкой. После того, как не испугалась его, взбешенного донельзя — он ведь и в самом деле был готов ее убить, если подчинив разум, обнаружит, что яд — дело ее рук. Невзирая на то, что между ними было.
— Я верну, — быстро сказала Рагна. — И заплачу сверх того.
Альмод готов был поклясться, что ей зачем-то надо вытащить его из города.
Или ему опять что-то мерещится? Один раз уже выставил себя дураком, второй раз оказываться им не хотелось.
Дверь распахнулась, заставив его пошатнуться. Нел коротко поклонилась Рагне, на Альмода словно не обратила внимания.
— Прошу прощения, что вмешиваюсь, — сказала она. — Я не хотела подслушивать, но кое-что услышала. И мне интересно… Еще раз прошу прощения. Вам нужен в телохранители именно господин целитель? Или охотница тоже подойдет?
Альмод медленно вернул на место отвисшую челюсть. Рагна выглядела не менее ошарашенной.
— Продвинутый боевой курс, — продолжала Нел, словно не заметив их замешательства. — Магистерская по боевым плетениям, «сверх ожиданий». Год в приграничье. Потом меня нашл… нашел орден и сделал предложение, от которого я не смогла отказаться.
Она помолчала с полмига и продолжила.
— Мои дела в городе закончены, но, признаться, я несколько поиздержалась. Так что если вам действительно нужен охранник, я к вашим услугам.
 
    
Глава 20
— Я похожа на безумную? — медленно произнесла Рагна.
— Прошу прощения? — подняла бровь Нел.
— Отправиться к престолу творца из-за остановившегося во сне сердца ничем не лучше, чем после отравы или стрелы в спину. Хотя не так мучительно, наверное.
— Но зачем бы мне это делать? Я охотница, а не убийца.
— Не вижу разницы.
Альмод совершенно не к месту подумал: откуда Нел вообще знает про охотников? Сочиняет на ходу? Слишком уверенно. Где-то сталкивалась? Где? Обычно одаренные от охотников шарахались. Не слишком приятно общаться с тем, кто, если что, пойдет по твоему следу и загонит. В тот год в приграничье? Если и его не сочинила. Хотя о таких вещах обычно не лгали. Надо же… А девочка-то полна сюрпризов.