Ветер и крылья. Старые дороги
За время пути лошади успели подружиться, более того, заинтересовались друг другом. И теперь стояли в соседних денниках, хрупая овсом.
А дан Каттанео слушал историю обретения коня.
Правда, оставался неясным вопрос о дане СибЛевран. Ну не могла она его видеть! Никак! Он ведь ее не видел… хотя – кто знает? Может, они с отцом через город проезжали? А Черныш – он такой, сразу запоминается. Его хоть раз увидишь – не позабудешь!
Антонио был благодарен за его спасение и клялся на свои земли ромов вообще не пускать.
Никогда!
Сволочи вороватые!
Позабавила его история с Бьянкой. Но кобылу он купил за честную цену, так что Паскуале стал богаче аж на сто лоринов. Хотя и отказывался, говоря, что он тут ни при чем.
Но… как это ни при чем?
Если бы не он, кто знает, что бы с Чернышом стало?
Антонио клялся в любви и дружбе, приглашал заезжать в гости, в любое время, а уж насчет беспошлинной торговли…
Родной ты мой!
Да что там те сольди! Торгуй хоть чем в любое время!
Паскуале был благодарен.
И Адриенну вспоминал тоже с благодарностью. Надо бы ей что-нибудь подарить. Сто не сто лоринов на подарок, но что-то же подобрать можно? Поинтереснее?
Вспоминал Адриенну и Энцо. Он уже понял, что на этом направлении у Паскуале образуются крепкие связи. А значит, они сюда еще приедут. И Энцо сможет увидеть свою любовь.
И это замечательно!
А в конюшне, неспешно пережевывая овес, стояли две лошади.
Черный и белая. Иногда переглядывались, тянулись мордами друг к другу, тихонечко ржали.
Древнее лошадиное поверье – да, у лошадей они тоже есть – гласило, что встретить Дитя Ветра – к удаче. Так оно и вышло.
Они живы, они вместе. Они у хорошего человека, в этом Бьянка верила Чернышу безоговорочно. А там и жеребята у них будут… для них уже кошмар закончился, и закончился он – хорошо. Дом, любящие и любимые люди, защита, спокойствие… лошади нужно то же, что и человеку. Пусть они и прошли через беды и горести, но им повезло встретить того человека. Правильного.
Дитя Ветра – это к добру.
Лошади это знали точно. А люди?
Люди торили свои дороги, и история продолжалась…